От Сейма требуют распустить NEPLP — ответ Аболиньша

В обращении в Сейм Аболиньш насчитал несколько конкретных обвинений и попытался их опровергнуть:

«Первое заключается в том, что NEPLP безосновательно вмешивается в содержание, которое создают СМИ. Такого никогда не было, NEPLP применял наказания за выявленные нарушения закона. Статистика показывает, что штрафные санкции совет применяют крайне редко – всего в 2022 году было вынесено 459 постановлений, из них 15 о наложении административного штрафа. Это 3,2% от всех решений, кроме того, к кабельным операторам применено 4 штрафа, к телеканалу «Дождь» – 2, за нарушения предвыборной агитации – 2, и еще 7 штрафов осталось к прочим службам радио и телевидения. Еще раз повторяю — 7 штрафов за год. Все заявления о NEPLP как о карательном учреждении — это нарочитая, гнусная и ничем не прикрытая ложь.

Второе — NEPLP постоянно действует за пределами своей компетенции и полномочий. Это просто примитивная ложь, потому что таких случаев не установлено, таких фактов просто не существует, и непонятно, как можно без каких-либо доказательств высказывать такие серьезные обвинения.

Третье — NEPLP «узурпирует право регулирования всего информационного пространства». Комментировать это заявление особенно сложно, поскольку NEPLP действует в рамках установленных законом функций, и одной из наших обязанностей является защита информационного пространства Латвии. Что значит присвоить? Это нечто настолько расплывчатое и абсурдное, что действительно невозможно это как-либо комментировать. С другой стороны, что касается «всего информационного пространства» (что бы ни подразумевалось под непривычным термином «информационное пространство»), то NEPLP не следит ни за печатной прессой, ни за интернет-порталами, а действует узко в пределах своей компетенции.

В-четвертых, NEPLP угрожает свободе слова и демократии. Как именно? Беспочвенность этого заявления доказывает даже Мировой индекс свободы прессы, где Латвия поднялась на 16-е место в мире после всех принятых в прошлом году решений о закрытии кремлевских каналов и сайтов».

В-пятых, из-за NEPLP уменьшилось количество контента и количество программ. Это обвинение самое абсурдное и вопиющее из всех. Да, в прошлом году совет действительно исключила из латвийского информационного пространства более 120 программ Кремля. И винить в нынешних условиях борьбу с кремлевской пропагандой как минимум — странно. Хотя, конечно, не неожиданно, точно зная, кто понес наибольшие потери после исключения из Латвии кремлевских и связанных с Россией каналов, и кто именно выразил наибольшее возмущение, когда НЭПЛП начала блокировать сайты, угрожающие национальной безопасности.

Все. Обвинений больше нет. В совокупности получается, что самые серьезные «правонарушения» NEPLP — это соблюдение санкционного режима ЕС, борьба с кремлевской пропагандой и с распространением кремлевских нарративов, а также установленный законом мониторинг отрасли, который, конечно же, включает и штрафные санкции. Призывы к политической расплате с независимым регулятором не вернут в Латвию закрытые кремлевские каналы и заблокированные сайты, а также не изменят того факта, что совет продолжит защищать информационное пространство Латвии в рамках закона.