"Глава государства начал действовать решительнее. Отобранные Вейонисом эксперты из группы политики сплочения общества, старые знакомые из академических кругов во главе с сороситкой, педагогом Лиесмой Осе составили план, как сделать так, чтобы русский народ в Латвии не испытывал дискомфорт. Вот уж нелепые времена наступили! Навязывают все латышское, скоро не будут позволять говорить на русском, вон, в Ревеле (Таллине) школы перейдут на русский язык обучения — что же Латвия медлит? — и альтернативное понимание истории прячет в углу, - иронизирует Эгилс Лицитис в "Латвияс авизе".

В связи с тем, что депутатство было занято, как говорится, вопросами бюджета, выход в свет документа с дальновидными инструкциями заметили и опротестовали только самые ярые националисты и никакой злобный ветер за окнами Рижского замка в ответ не пронёсся. Хотя и заверенный президентским гербом, сей печатный продукт все же пока только бумага и горох об стену.

Но и он пригодится мадонскому красавчику, бережно копящему популярность как копейку за копейкой. Президент уже морщит лоб: не сшить ли из понравившегося нацменьшинствам плана законопроект для Сейма? Лишь бы более светлые умы предупредили высокопоставленное лицо отложить кусок мыла! Потому что

с нынешней широкой магистрали, согласно которой интеграция происходит на основе латышского языка и культуры, наймиты Вейониса свернули на неосвещённую, кривую улочку.

Предлагается пересмотр политики интеграции. Выговор получили оставшиеся 10 - 12 политиков, которые в своём упрямстве продолжают общаться с представителями других народов на государственном языке, в то время как похвалы удостоились чиновники, говорившие на ломаном русском. Авторы призывают стремиться к двусторонней коммуникации и искать компромиссы, формы совместного проживания в многокультурном («мультикультурный» не в моде) обществе.

Исследование предлагает организовывать совместные мероприятия, праздники, и подождите немного,

в скором времени 9 мая президент Латвии у подножия памятника оккупантов задержится у памятных свечей, поднимет чарку водочки и крикнет «Ура!» гвардии Великой Отечественной.

Нет, группа Осе нашу страну все ещё признает национальной, но все же за каждым изгибом буквы доклада маячит желание по возможности искоренить признаки национального государства, с предпочтением вместо этого элементов двухобщинного государства. Вот, например, двуязычие можно было бы поднять выше, а статус государствообразующей нации опустить вниз, дабы русскость сильнее проявлялась и не чувствовала дискриминации по отношению к себе. И от президента падает длинная тень.

В Латвии дело обстоит так, что промыватели мозгов всех видов, борцы за права человека, энтузиасты русификации, почувствовав уступчивость и потакание, затребуют больше, еще больше!

Когда Урбановичу что-то не нравится, он угрожает вывести на улицы единомышленников. Люди, внедряющие второй государственней язык, ссылаются на уважение к родному языку, они все слезы выплакали о том, что «Согласие» не берут в правительство (как будто это обязательно надо было сделать). Естественные эмоции используют в качестве аргументов для усиления влияния русского языка и создания неправильного понимания сплочённости общества, когда его сильнее раскалывают, нежели создают чувство принадлежности.

У группы писателей, организованной Вейонисом, не возникает сомнений, что предложенная модель соответствует цене, запрашиваемой у латышей, но им не хватило чернил, чтобы описать, как единая политическая нация включит в себя поедателей щей, которые ждут прихода "зелёных человечков" с винтовками. Нет ответа и на вопрос, скольким проживающим здесь русскоязычным нужно свободное, независимое латвийское государство."

Эгилс Лицитис,

Латвияс авизе