Вы были одним из первых, кто сказал, что латвийские русские не виноваты в деяниях Кремля. Однако есть у нас люди, которые считают, что ответственность лежит на всех русских. Что бы вы им ответили?

Ну, во-первых, что Латвия — свободная демократическая страна, а Россия такая, какая она есть. В России — да, там все несут ответственность за происходящее, поскольку народ выбрал такую Госдуму, которая вся проголосовала за войну. А у нас нет оснований говорить, что все ответственны за то, что начал президент Путин.

В Латвии мы все одинаково отвечаем за соблюдение спокойствия, за доверие, за стабильность нашего общества, нашего государства. Bот так надо провести эту границу между ответственностью в России и здесь, в Латвии.

И тут вообще нет разделения по этническому принципу, поляризация может наблюдаться и внутри национальных общин. И то, какой она будет в Латвии, — это уже наша общая ответственность.

А как подбодрить тех латвийских русских, которым стыдно за то, что делает Путин?

Я скажу, что и мне стыдно за то, что он делает. Мы еще не задумались над тем, что Путин, совершив нападение на Украину, этой войной оскорбил память всех двадцати шести миллионов жителей Советского Союза, павших во время Второй мировой войны или Великой Отечественной. Он оскорбил их память. Вот когда это дойдет до умов людей…

Пули и снаряды ведь не разбирают, кто ты. Они бомбили Харьков — город, в котором большинство русские. То, что делает Путин, уму непостижимо, но на самом деле это такое мессианское безумие. Он реально стал петлей на шее 21-го века. А появление этого знака Z! Это же полсвастики! По сути, происходит не денацификация Украины, а нацификация самой России, и вот это уже трагедия русского народа.

На этом фоне каким, по-вашему, может быть 9 мая в этом году? День, когда люди идут возлагать цветы к памятникам советским солдатам, вспоминая своих близких?

Точно не могу сказать. Никто не знает. Но я думаю, что этот день пройдет под флагом Украины. И это поменяет очень многое. Я сам возлагал венки как к могиле Неизвестного Солдата в Москве, так и к мемориалу Вечной Славы в Киеве. Память — это святое дело, которое Путин оскорбил своими деяниями.

А что с шествием 16 марта? Может ли эта тема на фоне войны в Украине получить развитие и послужить аргументом для денацификации уже Латвии?

Да, военные действия в Украине под лозунгом денацификации только потому, что кому-то что-то не нравится, не спросив об этом живущих там людей, — это безумие, которое отразится и на нашей жизни.

А что касается 16 марта, то давайте не будем называть участников шествия неонацистами. Никто не стремится воспевать нацизм или фашизм. Легионеры были все-таки военнослужащими. И отношение к этому дню всегда было таким: чтобы не было конфликтов, дадим людям возможность их помянуть. Это также пример отношения к войне как таковой. А Россия всегда ждала и ждет этой даты, чтобы заявить, что в Латвии возрождается нацизм, но у нас ничего не возрождается, а в ней — рождается.

В мою бытность президентом Латвии, у меня был обед с послами стран Евросоюза. Приехал новый посол Великобритании и спрашивает, как у нас тут идет борьба с возрождением нацизма. Я говорю: «Сколько месяцев вы здесь находитесь?» «Шесть месяцев», — отвечает посол. «Сколько нацистов вы видели?», — продолжаю я. «Ни одного», — признается он. «Я думаю, что я ответил вам на ваш вопрос», — заключил я.

 Нам надо осознать, что у нас в Латвии очень современное общество. Иногда мы ругаем друг друга, но, в принципе, то, как мы живем, как мы относимся друг к другу — это уже общество 21-го века. И это наша ценность. Нам надо использовать этот момент и каждому в своей голове, в своей душе оценить, что такое война. Каждому надо решить он за войну или за мир. Но нельзя просто сказать: «Я за мир». Надо сказать: «Я против войны», потому что мира без четкой антивоенной позиции быть не может. Это уже лицемерие.

Почему так важно объединить общество именно сейчас?

Иначе война придет на нашу землю. Все очень просто: или объединяемся или спорим. Ставки очень высоки — мир или война. Я думаю, что никто не хочет, чтобы война пришла в наш дом.

Сейчас все возмущаются, ну как такое может быть, потому что привыкли, что в Европе нет войны. Европейский союз создавался, чтобы не было войны, и вдруг она есть!