6 «школьных» заблуждений о пакте Молотова-Риббентропа

«Да это империалисты всегда хотели натравить Германию на СССР! А Сталин их обманул!»

Давайте посмотрим документы:

«Германская политика должна учитывать двух заклятых врагов, Англию и Францию, для которых мощный германский колосс в самом центре Европы будет помехой, причём оба государства будут противостоять дальнейшему усилению Германии как в Европе, так и в других частях света, причём их поддержат все политические партии».

Это совещание в рейхсканцелярии, Берлин, 5 ноября 1937 года. Присутствовали фюрер (aka Гитлер), министр обороны, командующие сухопутными силами, флотом, ВВС и министр иностранных дел. До официального начала Второй мировой — меньше двух лет.

Кто «заклятые враги» рейха — написано чёрным по белому. И что же с ними делать?

«В целях улучшения нашего военно-политического положения при любых военных осложнениях нашей первой задачей должен быть захват Чехословакии и одновременно Австрии, чтобы снять угрозу с фланга при возможном наступлении на запад».

На запад. О нападении на СССР речи не идёт вообще.

Третьего апреля 1939 года посол Майский пишет из Британии наркому иностранных дел Литвинову, что Гитлер, получив в распоряжение ресурсы Центральной и Юго-Восточной Европы, скорее всего, ударит по Франции. А не по СССР.

Кто после расчленения и оккупации Чехословакии отозвал послов «для консультаций» из Берлина? Великобритания, Франция. Кто вручил Германии ноты протеста? Они же и СССР.

Кто начал судорожно выдавать гарантии Польше, Румынии, Греции и даже Турции? Британия и Франция.

Казалось бы, если есть хитрый умысел и всё идёт по плану — то, наоборот, рейх надо всячески поддерживать. Но когда Гитлер нарушил уже и Мюнхен — тут терпение Англии и Франции лопнуло. Но не совсем.

«Империалисты специально затягивали переговоры!»

А давайте поставим себя на место европейских держав. Каким они видели СССР?

Верный союзник? Два слова —   «Брестский мир». Это Советская Россия в разгар недавней мировой войны заключила мир с Германией. А позже ещё и отказалась платить по долгам прежнего правительства и присвоила имущество. Вы бы поверили такому союзнику? Вот и европейцы…

Опять же факт наличия Коминтерна с идеями и практикой мировой революции не внушал доверия.

Но главным камнем преткновения стала Польша. Она даже слушать не хотела о проходе советских войск через свою территорию. Почему?

Не потому ли, что ещё и пятнадцати лет не прошло, как советские войска в лице отборных диверсантов вволю ходили по польской земле — причём процесс этот был абсолютно взаимным? А немногим ранее Красная армия чуть не взяла Варшаву.

Имея в союзниках победителей Великой войны, чьи земли покрывали мало не весь глобус, — зачем Польше СССР? Когда Польша и одна (ну почти одна) победила Советскую Россию в 1920?

А товарищ Сталин специально инструктировал дипломатов ставить вопрос о пропуске войск ребром. Итог — нет согласия Польши, нет общего договора.

А что думал СССР? Для него Британия и Франция — недавние интервенты и вдохновители любой гадости против государства рабочих и крестьян. Даже в советской боевой фантастике они — первейший враг.

И даже в английских гарантиях Польше дипломаты СССР видели угрозу — а вдруг Союзу с Польшей воевать придётся?

Увы, поэтому переговоры c англо-французскими делегациями шли ни шатко, ни валко.

Германия, напротив, ещё недавно радостно поставляла в СССР «юнкерсы» для борьбы с басмачами и прочие полезные штуки.

«Англия и Франция не хотели воевать!»

Конечно, не хотели. А кто хотел? Всё то поколение отлично видело, к чему приводят фантазии «мы тут быстренько повоюем и вернёмся». К миллионам трупов. Причём часто — на личном примере, как премьер Франции Даладье под Верденом.

Если двадцать с лишним лет назад на Лондон уже кидали бомбу весом в тонну — то что упадёт сейчас? До Лондона из Германии — чуть больше часа неспешного лёта. До Парижа — и того меньше. По всему земному шару уже идут войны. Пока — малые.

Поэтому быть тем, кто первым бросит нацию в очередную бойню, не хотел никто. Включая СССР.

«СССР заключил пакт с нацистской Германией, какой ужас!»

Ну, ужас. А другого выхода у СССР не оставалось. Точнее, другие варианты были с точки зрения «там и тогда» ещё хуже. СССР тоже не хотел оставаться один на грядущем «празднике жизни» в виде большой войны — и без союзников.

Причём инициативу проявил Гитлер: в Москву 23 августа должен был лететь Риббентроп (министр иностранных дел), а в Лондон — Геринг. Визит в Лондон Гитлер и отменил. Он же отменил нападение на Польшу 25 августа — когда стало известно о подписании польско-британского договора о взаимопомощи.

И он же 28 августа приказал всё-таки атаковать Польшу 1 сентября. Заранее именно такие «кульбиты» никто предсказать не мог.

Не говоря уже о подписанных годом ранее франко-германской и англо-германской декларациях, символизирующих «волю народов никогда более не воевать друг с другом».

«Эти ваши секретные протоколы — ложь и выдумка!»

Нет. В 2019 году официально опубликованы сканы советского оригинала Договора о ненападении между Советским Союзом и Германией от 23 августа 1939 года и секретного дополнительного протокола к нему. С подписями Молотова и Риббентропа.

О чём договор? Вкратце — что Германия и СССР не будут воевать между собой, не начнут войны из-за любых споров и не позволят втянуть себя в войну третьим странам. Большой привет «кошмару коалиций» ПМВ, когда именно так и завертелась мировая мясорубка.

А самое интересное — секретный протокол. Где будут проходить «границы сфер интересов» СССР и Германии на землях Прибалтийских государств, а также Финляндии, Польши и Бессарабии. Согласия последних никто не спрашивал. Интерес Литвы к Виленской области (то есть к части тогдашней Польши) признаём — и хватит.

Поэтому Советскому Союзу признавать наличие протокола было неудобно. Как же так — СССР и вдруг поступает ровно так же, как империалисты.

«Гениальный Сталин всё правильно сделал!»

Нет. Советский Союз действительно получил от договора с Германией массу полезного. От станков до советской Прибалтики и Западной Украины с Белоруссией. А Польша, злейший враг, вообще исчезла с карты.

Но потом… 22 июня 1941 года. Напала та самая Германия, с которой СССР полтора года назад подписал договор «о воздержании от всякого насилия». Двадцать восьмого июня пал Минск, 9 июля — Псков.

Когда мы до сих пор даже потери армии считаем с точностью «два миллиона людей туда, два миллиона сюда» — трудно назвать такое решение гениальным.

Отсрочка времени? Так ровно так же поступили Британия и Франция в 1938-м. И Британия, кстати, в итоге выиграла. Но за Мюнхен мы их традиционно обличаем.

Так что же произошло? Пожалуй, сейчас наиболее правильно будет признать, что ошибались все.

Польша, надеясь, что рейх просто не решится воевать против таких союзников Посполитой. Англия и Франция — не желая ещё раз влезать в мировую бойню из-за пограничного спора в тысячах километров. СССР — везде видя происки буржуев. И все в свою очередь заплатили свою цену. Страшную цену.

Наверное, самый главный урок тех лет — не стоит видеть кругом исключительно врагов. Как знать, не придётся ли вместе сражаться против ещё большего врага.

Евгений Белаш, warhead.su