Вместе с сокращением уровня угрозы, страны НАТО одна за другой начали уменьшать численность сухопутных войск и замедлять процесс замены вооружения и военной техники на более модернизированные образцы.

Развитию такой тенденции способствовал упадок российской военной мощи. Во время «медового месяца» России и Европы, происходившего до 2012 года, Россия не спешила наращивать силы на европейском направлении. На протяжении 10 лет одновременно на вооружении состояло всего 300 танков Т-90, а многочисленные мотострелковые дивизии и полки были сокращены.  В 2012 году у России было всего несколько бригад, готовых к развертыванию по мобилизации.

Однако в последнее время Россия запустила широкомасштабную программу модернизацию вооруженных сил с целью повышения их боеспособности. Были восстановлены такие крупные ударные формирования, как мотострелковые дивизии и танковые армии, началась военная реформа «эпохи Шойгу».

С того момента, как в 2014 году Россия внезапно аннексировала Крым, ее отношения с Европой сильно ухудшились, соответственно ускорились работы по укреплению боеспособности российской армии. В Западном военном округе было создано три армии, семь мотострелковых дивизий и множество вспомогательных бригад, которые структурно превосходили сухопутные войска стран НАТО и Восточной Европы.

К концу 2019 года в Западном военном округе старые танки были заменены на Т-72Б3. К 2020 году в составе основных танковых сил насчитывалось более 1200 Т-72Б3, происходило масштабное оснащение комплектами индивидуальной боевой экипировки «Ратник-2», благодаря чему был «преобразован облик» российской армии.

Сосредоточившись на наращивании сил в Западном военном округе, Россия смогла вновь получить военное преимущество перед всеми европейскими странами. Для примера рассмотрим 1-ю гвардейскую танковую армию по состоянию на 2019 год: 

— 2-я гвардейская мотострелковая Таманская дивизия четырехполкового состава перешла на танки Т-90 и Т-72Б3, БТР-82А, модернизированную самоходную гаубицу 2С19, в тестовом режиме приняли на вооружение военную технику нового поколения: танк Т-14, БМП «Курганец», САУ 2С35, БТР «Бумеранг».

— 4-я гвардейская танковая дивизия перешла на использование танков Т-72Б3.

— 6-я отдельная танковая бригада перешла на танки Т-72Б3 и БМП-3.

— 72-я отдельная гвардейская мотострелковая бригада.

— 96-я отдельная разведывательная бригада.

— Артиллерийская бригада, 112-я гвардейская ракетная бригада, 53-я зенитная ракетная бригада, 60-я бригада управления.

В составе 1-й армии находится 1100 танков и БМП и она в одиночку способна «раздавить» противника в лице стран Восточной Европы. Даже самая сильная среди них страна, Польша, имеет всего три механизированные дивизии и три отдельные бригады. Литва, Эстония и Латвия в сумме обладают шестью легковооруженными бригадами, оснащенными передовыми натовскими противотанковыми управляемыми ракетами, но испытывающими серьезную нехватку танков и прочей бронетехники.

Страны Восточной Европы также уступают России, так как в последнее время она увеличила скорость перевода армии в боевую готовность. Несмотря на то, что на бумаге сухопутные войска НАТО количественно превосходят российские, исходя из инициативы «Четыре тридцатки», утвержденной НАТО в 2018 году, можно сделать вывод, что Альянс не способен мобилизовать 30 механизированных батальонов, что по численности примерно равняется одной армии Западного военного округа  РФ.

Из-за отставания в скорости мобилизации, в случае войны страны НАТО не смогут стянуть достаточное количество мобильных сил для противостояния России.

На руку российской армии играет и «человеческий фактор». Российские офицеры имеют опыт участия в конфликтах в Сирии и Украине. Они находились на передовой современной войны, ведя нетрадиционные боевые действия в условиях политического хаоса, и многому научились.

Подобной военной культуры не хватает армиям Европы, на долгое время застрявшим в трясине "мировторческих операций".