- Что может ожидать Латвия от бюджета Европейского Союза (ЕС) на следующий год и следующего многолетнего бюджета?

- Специфика работы Европейского парламента (ЕП) такова, что существует множество громких публичных вопросов, дебатов и споров, когда ЕП голосует за резолюции. Тогда зал пленарных заседаний полон, и все активно участвуют в дискуссиях.

Резолюции очень важны, но это не самый эффективный инструмент для улучшения жизни. Местная власть не может убрать снег с помощью резолюции — снег либо убран, либо нет.

Однако одна из сфер, где ЕП действительно играет важную роль и имеет возможность влиять на изменения, — это бюджет. У ЕП есть значительные полномочия, но, в отличие от Сейма Латвийской Республики, у него нет права законодательной инициативы. Единственное, о чем он действительно может принимать решения, — это бюджет.

И то, что существенно затронет Латвию и Восточную Европу, — это многолетний бюджет ЕС. А также очередной бюджет на 2026 год.

Текущий многолетний бюджетный цикл завершится в 2027 году, и с 2028 года начнется «новая жизнь» на следующие семь лет — до 2034 года. Следующий многолетний бюджет ЕС — один из важнейших документов для Латвии, поскольку в нем будет заложено финансирование на сплочение (коэзию), поддержку сельского хозяйства, а также учтена новая ситуация, требующая средств на безопасность и оборону. Это жизненно важно для Восточной Европы и Латвии. В публичном пространстве много говорится о так называемом «восточном фланге», о необходимости укрепления региона, граничащего с Россией. Мы работали над тем, чтобы показать ситуацию в Латгалии, Нарве, на литовской границе с Беларусью, в Польше. Это отражено в бюджетных предложениях.

Но одно дело — предложения, а другое — реальные цифры, стоящие за ними. Если посмотреть на бюджет на следующие семь лет, то он остается таким же, как и текущий. Однако в новом бюджете будет гораздо больше программ, включая оборону и другие сферы. Латвии придется выплачивать проценты по кредитам, взятым во время пандемии COVID-19, что создает большую нагрузку. В результате бюджет фактически будет значительно меньше.

Мы понимаем, что это только предложение, и все еще будет согласовываться между странами-членами, но бюджет станет меньше.

Средства на сельское хозяйство и коэзию будут объединены в одну программу. Не будет преувеличением сказать, что фермер, которому нужен новый трактор, будет конкурировать с самоуправлением, которому нужно заасфальтировать дорогу.

Сейчас деньги ЕС поступают через работу с Европейской комиссией (ЕК), которая воспринимается как далекая и бюрократическая Брюссельская структура. Но с новым многолетним бюджетом начнется совершенно другая жизнь: большую часть решений о том, кому, что и в каких пропорциях выделять, будут принимать национальные правительства — правительство Латвии, Польши и т.д.

Это создает потенциальные политические риски, поскольку может возникнуть ситуация, когда правительство формирует одна коалиция партий, а самоуправление — другая. В таком случае есть риск, что самоуправлению не выделят финансирование.

Напряжение также будет связано с тем, сколько денег останется на оборону и сколько — на другие сферы. Таким образом, новый многолетний бюджет на данный момент выглядит как сопряженный с огромными рисками для Латвии и Восточной Европы.

Мы, депутаты ЕП, стараемся объединить все силы. Например, мне удалось создать рабочую группу из социал-демократических депутатов Восточной Европы — из девяти стран. Мы подчеркиваем, что у наших стран ситуация немного иная. Нам удалось привлечь внимание социалистов и демократов из других стран к необходимости укрепления восточной границы ЕС, и что это можно и нужно финансировать из средств ЕС. Безопасность Латвии или Эстонии — это безопасность всего ЕС.

Сейчас также идут дебаты по очередному бюджету на следующий год. Из депутатов ЕП в них участвуют только трое, и я один из них. Я участвую, потому что с следующего года в мои задачи будет входить работа над бюджетом в целом, я буду в рабочей группе по многолетнему бюджету.

Это действительно странно, потому что в ЕП часто проходят громкие и долгие споры, но здесь, где решаются крайне важные вопросы, обсуждения проходят с участием всего трех депутатов.

Например, в Сейме Латвийской Республики работа организована так, что по законопроекту №12345 проводятся дебаты, а затем голосование. В ЕП же процесс оптимизирован: голосование идет как на конвейере — в дни пленарных заседаний голосуют по множеству документов подряд, а дебаты проходят как отдельный конвейер — дебаты по одному вопросу, затем по другому, по третьему. Я, например, не участвую в дебатах по вопросам защиты окружающей среды, потому что это не моя тема и я не специалист в этой области. Но депутатов, интересующихся экологией, может не интересовать бюджет.

- Исполнительный вице-президент Европейской комиссии и комиссар ЕС по финансовым услугам Валдис Домбровскис в интервью «nra.lv» ранее успокаивал, что не стоит слишком беспокоиться о нехватке средств на проект «Rail Baltica», так как в следующем многолетнем бюджете деньги на это будут выделены. Будут ли?

- Есть надежда, что на военную мобильность деньги будут предусмотрены, но вряд ли их хватит, чтобы строить международный «космодром» у каждой станции. Для обеспечения военной мобильности придется строить скромнее и немного иначе.

Объединение средств на сельское хозяйство и коэзию в одну программу создает риск, что правительство может сказать: «Знаете, самоуправлениям в этот раз денег не дадим, фермерам тоже, а все направим на крупный проект “Rail Baltica”».

Уже три десятилетия латвийские министры сельского хозяйства титанически борются за более справедливые прямые выплаты фермерам, но они все еще ниже среднего уровня по ЕС. Станут ли они когда-нибудь справедливыми?

Мне не кажется, что справедливость возможна, если общий объем финансирования будет меньше. Если говорить о деньгах для фермеров, то общее сокращение в ЕС составит около 20%. И если сокращение будет таким, то нет иллюзий, что удастся добиться какого-то выравнивания в пользу Латвии.

Обсуждение многолетнего бюджета еще впереди — примерно полтора-два года. Очень важно объединить все силы, независимо от того, к какой политической силе кто принадлежит в своей стране, чтобы ситуация в Восточной Европе не стала еще хуже.

- Каковы ваши отношения с другими депутатами ЕП от Латвии, представляющими другие фракции? Удается ли чего-то добиваться совместными усилиями?

- Когда речь идет о важных вещах, мы все сотрудничаем. У меня нормальные рабочие отношения со всеми депутатами от Латвии. Например, когда нужно было привезти депутатов бюджетного комитета ЕП в Латгалию, чтобы они увидели, как выглядит граница и что там происходит, над этим работали два депутата ЕП — я и Робертс Зиле. В результате теперь на уровне бюджетного комитета ЕП все крупные фракции понимают, что на границу нужно финансирование.

По вопросам, важным для государства, все латвийские депутаты едины.

Часто удается договориться и с девятью странами Восточной Европы, а также выработать общую позицию с северными странами.

- У стран ЕС, таких как Италия, Греция, Испания, есть большие проблемы с внешними границами из-за наплыва мигрантов. Понимают ли эти страны, что у нас тоже есть проблемы с границей?

- Исторически сложилось так, что в ЕС лучше понимают проблемы средиземноморских стран, чем то, что происходит у нас. Поэтому для нас было важно привезти в Латвию и Латгалию депутатов из Испании, Франции, Португалии. Это произошло в апреле. Мы, например, организовали встречу с мэрами нескольких городов Латгалии в Балви, а также съездили на пограничные пункты. Теперь они говорят: «Мы там были, и мы вас понимаем».

- Как в других странах организованы государственные и муниципальные закупки? Так ли, как в Латвии, придерживаются принципа самой низкой цены? Ответственные лица утверждают, что нет никакой возможности поддерживать латвийских производителей и поставщиков услуг, потому что Брюссель сразу накажет. А побеждают иностранцы.

- К сожалению, поддержка отдельных стран-членов ЕС очень ограничена — я не хочу ни защищать, ни критиковать эту систему.

- Не бывает ли так, что, например, в Германии в итоге конкурсы на важные проекты выигрывают немцы?

- Такое случается. Но посмотрим с другой стороны! Если все страны будут поддерживать только своих, и немцы будут делать так же, то у латвийцев не будет шансов продать в Германии даже одну морковку.

- Страны ЕС уже несколько лет обсуждают новый регламент, известный как «Chat Control», чтобы ограничить распространение материалов о сексуальной эксплуатации детей в интернете. Планируется ввести обязанность сканировать переписку пользователей на онлайн-платформах. Министерство внутренних дел Латвии склоняется к поддержке «Chat Control». Однако вы недавно в интервью «nra.lv» высказали иное мнение…

- И я, и многие другие депутаты ЕП получают письма, в которых выражается обеспокоенность по этому поводу. Письма отправляются и в ЕК. Но я хочу подчеркнуть, что очень важно писать также своим правительствам и министерствам. Вопрос «Chat Control» очень важен.

Уже сейчас можно с уверенностью сказать, что большинство ЕП, включая мою политическую группу социалистов и демократов, а также я лично проголосуем против контроля. Мне трудно представить, как можно найти компромисс между текущей позицией Совета ЕС и позицией ЕП. Контроль переписки не должен нарушать нашу приватность. Скорее всего, никакого контроля не будет введено. Это хорошая новость для всех граждан ЕС. А Европейской комиссии и Совету ЕС придется искать другие пути, чтобы, с одной стороны, остановить волну детской порнографии, а с другой — не превратить ЕС в цифровой концлагерь.