Пара слушает патефон на пирсе
Гамбург. Санкт-Паули. 4 часа утра. Полицейский поддерживает под руку пьяного
Берлин. Потсдамер плац
Берлин. Потсдамер плац
Берлин. Доставка угольных брикетов
Вечерний пейзаж на Балтийском море
Винтермор. Члены молодежного туристического движения
Влюбленные под цветущими деревьями
Гамбург. Заводской праздник по случаю проведения в городе Всемирного конгресса по организация внеслужебного досуга
Гамбург. В порту три моряка на причале
Гамбург. Гребцы со своими складными лодки на берегу Альстера
Гамбург. Дети, играющие во дворе многоквартирного дома
Гамбург. Люди гуляют среди цветущих деревьев
Гамбург. Люди на станции Бармбек
Гамбург. Портовые рабочие тянут трос
Гамбург. Призрачный поезд
Гамбург. Санкт-Паули. 4 часа утра. Женщина возле дежурной аптеки
Гамбург. Санкт-Паули. 4 часа утра. Уборка в баре
Гамбург. Санкт-Паули. Музыканты возвращаются домой в четыре часа утра после закрытия заведения
Гамбург. Санкт-Паули. Сторож вспугнул влюбленных
Гамбург. Сбор вишни. Фермер с корзинами, наполненными вишнями
Гамбург. Таможенный досмотр. Таможенник проверяет пиво, предназначенное для экспорта в Южную Америку
Гамбург. Члены Национал-социалистического механизированного корпуса стоят с факелами на митинге у здания мэрии
Гамбург. Японский пароход выходит из гавани. На переднем плане рыболовное судно на причале
Куршская коса. Женщина на пляже
Куршская коса. Таможенник за чтением
Линебург. Группа молодежи организованно отдыхает за городом
Мальчик пробует свои силы с козой
На мукомольной мельнице
На рыбокомбинате
На судостроительной верфи
На хлебозаводе
На чугунолитейном заводе
Окрестности Гамбурга. Молодежь проводит свое свободное время на каноэ на Альстере
Пикник
Портье у входа
Последствия езды на велосипеде по снегу
Прищурившийся малыш
Работники машинописного бюро в офисе крупной компании
Работница прядильной фабрики
Стирка белья
Студийная вечеринка
Студийная вечеринка
Травемюнде. Политзанятия в Лиге немецких девушек
Хайде. Фермерский рынок
А через 4 года началась война...
Аймар Вентсель пишет о своей живущей в России родственнице Наташе и о том, что она думает об Эстонии. Люди вроде Наташи не меняются, как бы там ни фантазировали наши друзья "хороших русских", считает Вентсель, эстонский этнолог и антрополог. Его размышления публикует err.ee.
У меня есть родственники в Москве. Когда-то, в конце XIX века кто-то из моих предков уехал в Москву на заработки – вроде, работать прислугой, – и так у нашей семьи появилась московская ветвь. Теснее всего в последние десятилетия я общался с Наташей, с которой мы родственники по линии ее бабушки.
Аймар Вентсель пишет о своей живущей в России родственнице Наташе и о том, что она думает об Эстонии. Люди вроде Наташи не меняются, как бы там ни фантазировали наши друзья "хороших русских", считает Вентсель, эстонский этнолог и антрополог. Его размышления публикует err.ee.
У меня есть родственники в Москве. Когда-то, в конце XIX века кто-то из моих предков уехал в Москву на заработки – вроде, работать прислугой, – и так у нашей семьи появилась московская ветвь. Теснее всего в последние десятилетия я общался с Наташей, с которой мы родственники по линии ее бабушки.
В Латвии снова вспыхнул спор о бюрократии в общественном транспорте. Один из пользователей соцсети X рассказал, что его сыну-подростку в Риге отказались продать билет на поезд Vivi со скидкой Goda ģimene, хотя у ребёнка была цифровая карта 3+ в телефоне и документ, удостоверяющий личность.
В Латвии снова вспыхнул спор о бюрократии в общественном транспорте. Один из пользователей соцсети X рассказал, что его сыну-подростку в Риге отказались продать билет на поезд Vivi со скидкой Goda ģimene, хотя у ребёнка была цифровая карта 3+ в телефоне и документ, удостоверяющий личность.
Иногда человек думает, что у него устала шея от работы, возраста, плохой подушки или нервов. А потом выясняется, что главный подозреваемый весь день лежал у него в руке.
Иногда человек думает, что у него устала шея от работы, возраста, плохой подушки или нервов. А потом выясняется, что главный подозреваемый весь день лежал у него в руке.
Искусственный остров Остервильм в Балтийском море продали на аукционе в Гамбурге за 60 000 евро. Стартовая цена составляла 39 000 евро. Новым владельцем бывшей военной платформы времён ГДР стал австрийский предприниматель Оливер Пезендорфер, руководящий компанией McCube, которая занимается экологичными модульными домами.
Искусственный остров Остервильм в Балтийском море продали на аукционе в Гамбурге за 60 000 евро. Стартовая цена составляла 39 000 евро. Новым владельцем бывшей военной платформы времён ГДР стал австрийский предприниматель Оливер Пезендорфер, руководящий компанией McCube, которая занимается экологичными модульными домами.
Министр войны США Пит Хегсет решил резко сократить число религиозных групп, которые могут направлять военных священнослужителей в армию. Как сообщает Military.com, вместо более чем 200 групп в официальном списке останется только 31.
Министр войны США Пит Хегсет решил резко сократить число религиозных групп, которые могут направлять военных священнослужителей в армию. Как сообщает Military.com, вместо более чем 200 групп в официальном списке останется только 31.
В Аугшдаугавском крае пограничники задержали гражданина Франции, которого подозревают в перевозке людей, незаконно пересёкших государственную границу. Об этом сообщила представитель Государственной погранохраны Иоланта Бабишко.
В Аугшдаугавском крае пограничники задержали гражданина Франции, которого подозревают в перевозке людей, незаконно пересёкших государственную границу. Об этом сообщила представитель Государственной погранохраны Иоланта Бабишко.
История несправедлива не только к побежденным, но иногда и к самим победам. После фильма Эйзенштейна каждый школьник слышал о Ледовом побоище. Картина ясна и привычна: Александр Невский, рыцари, проломившийся лед, бегство врагов. Между тем для самого Ливонского ордена куда более страшным ударом стало другое сражение, случившееся спустя несколько десятилетий возле Ашераденского замка, нынешнего Айзкраукле.
История несправедлива не только к побежденным, но иногда и к самим победам. После фильма Эйзенштейна каждый школьник слышал о Ледовом побоище. Картина ясна и привычна: Александр Невский, рыцари, проломившийся лед, бегство врагов. Между тем для самого Ливонского ордена куда более страшным ударом стало другое сражение, случившееся спустя несколько десятилетий возле Ашераденского замка, нынешнего Айзкраукле.