Суббота Вести еженедельник 7 Супер Секретов Mājas virtuve
LAT Вторник, 25. Июня Завтра: Maiga, Milija

Великая Отечественная: есть такая профессия — Родину защищать

Мне посчастливилось расти в семье офицера–фронтовика, а затем на Черноморском флоте служить под началом боевых командиров, прошедших Великую Отечественную войну с ее первого до последнего дня. Отец Несколько слов об отце. Иван Дмитриевич Черевченко окончил Сталинградское бронетанковое училище в июне 1941 года и, прикрепив на петлицы по два лейтенантских "кубика", был отправлен на фронт в Белоруссию командиром танкового взвода. Участвовал в августовских сражениях под Смоленском, гнал гитлеровцев от Москвы в декабрьском наступлении. В одном из боев его танк был сожжен, сам он был тяжело ранен. Полгода в госпиталях — и назначение командиром аэросанного батальона на Северный фронт. Затем вновь танковые войска, Сталинградская битва, танковое сражение под Прохоровкой. Войну Иван Дмитриевич закончил в Венгрии. И после победы был направлен в то же училище, которое окончил в июне 1941–го. Правда, теперь оно передислоцировалось в Харьков и получило новое название — сначала просто Харьковское танковое училище, позднее, уже в начале 60–х, — Харьковское танковое командно–инженерное училище имени Верховного Совета Украины. В нем отец, закончивший войну в звании капитана, прошел путь от командира учебной роты до начальника штаба и в начале 70–х вышел в запас в звании полковника. В общей сложности отдал армии 37 календарных лет. А ведь отец в юности вовсе не мечтал о военной карьере. Крестьянский сын, выросший в деревне Дымино–Михайловка Кировоградской области, с детства увлекался живописью. Сельская школа рекомендовала его для поступления в Харьковское художественное училище. В тогдашнюю столицу Украины 17–летний хлопец отправился пешком — денег на проезд в семье не было. Да колхозники 30–х годов вообще не знали, что такое деньги. А на жалкие трудодни железнодорожного билета не купишь. Преодолев таким вот образом 400 километров, Иван прибыл в Харьков. Там его ожидало горькое разочарование — вступительные экзамены в училище были завершены. Он опоздал. Что было делать деревенскому парню в огромном незнакомом городе? Работать, благо молодые рабочие руки в промышленном центре республики требовались повсюду. И он поступил разнорабочим на Харьковский тракторный завод, надеясь на будущий год возобновить попытку. Но судьба распорядилась по–своему. В воздухе отчетливо пахло грозой, и по комсомольскому призыву он был направлен в бронетанковое училище… Отец рисовал всю жизнь. Его полотна украшают жилища многих харьковчан. Он и порог смерти перешагнул за мольбертом. Умер 9 марта 2007 года, на 86–м году жизни, на руках моей родной сестры Ольги, живущей в Севастополе. Похоронен там же. Я провожал отца в последний путь под троекратные залпы почетного караула, присланного штабом Черноморского флота. Боевые награды отца достались моим внукам — его правнукам. А недавно на свет появился его праправнук, названный в честь прапрадеда Иваном. Еще один Иван Черевченко. Род продолжается! Крейсер "Дзержинский" Летом 1959 года, окончив в Харькове среднюю школу, я успешно сдал вступительные экзамены в Черноморское высшее военно–морское училище имени П. С. Нахимова. Тогда же Главком ВМС СССР издал приказ, в соответствии с которым все поступившие в военно–морские учебные заведения в звании матросов направляются сроком на год на боевые корабли. Осенью после курса молодого матроса в 46–м минно–артиллерийском учебном отряде Черноморского флота в числе 28 будущих однокурсников я попал на крейсер "Дзержинский". Теперь я назывался комендор башенный, элеваторщик зарядного погреба правого орудия первой башни главного калибра. Все старшие офицеры крейсера и главный боцман мичман Новокрещенный были фронтовиками. Командир корабля — капитан 1–го ранга Старшинов, кстати, родной старший брат поэта–фронтовика Николая Старшинова, с которым я значительно позже, во время учебы в литинституте, приятельствовал; его старший помощник капитан 2–го ранга Лысаков; командир дивизиона орудий универсального калибра капитан 3–го ранга Савостьянов; замполит капитан 3–го ранга Лисенков; командир нашей, первой башни ГК капитан–лейтенант Терсков… Это те, кого я запомнил. Служба на крейсере для меня и моих товарищей стала хорошей жизненной школой. Конечно, на первых порах было трудно приспособиться к строгому ритму корабельной жизни, к физическим нагрузкам, осмыслить всю меру ответственности, которая вдруг легла на твои плечи. Ведь все мы, 28 кандидатов в курсанты, были, по сути, еще мальчишками. Мне вот совсем недавно исполнилось семнадцать. Но поскорее и без потерь встроиться во флотскую систему нам, за редкими исключениями, помогали старослужащие, которые относились к нам, салагам, не просто доброжелательно, без снисходительности и демонстрации своего превосходства, а как старшие братья. Это проявлялось во всем — и в терпении, с которым они обучали нас специальности, передавая свой опыт, и даже в том, что каждый из них щедро делился с нами — смешно вспомнить — матросской пайкой. Кормили нас по высшему классу, но все равно не хватало. …Сигнальщик чует берег за версту, его разлука за сердце хватает. А мне пайка морского не хватает, ведь мне — семнадцать, я еще расту… Последние четверть века много говорится о так называемой дедовщине в частях российской армии и флота — явлении не просто безобразном с нравственной точки зрения, но явно криминальном. И искоренить ее, насколько мне известно, пока что не удается. Глубоко убежден в том, что причина тут кроется в попустительстве офицерского состава, в его наплевательском отношении к моральным устоям российских вооруженных сил. Нетрудно себе представить, как все это отражается на боеспособности частей подразделений, в которых правит бал эта самая дедовщина. Ничего подобно в армии и на флоте в мое время не могло быть по определению. Потому что нравственный климат в вооруженных силах страны формировали офицеры–фронтовики, которые, помня о недавних боях, прекрасно понимали, что честь и достоинство военнослужащего любого звания — ценности того же порядка, как их жизнь и здоровье, как честь и достоинство знамени полка или флага корабля. "На боевом курсе" Зимой 1959–1960 годов в моей матросской судьбе произошел крутой поворот — по приказу замполита кап–три Лисенкова я впервые стал журналистом! Вообще–то юнкором харьковской "молодежки", областной комсомольской газеты "Ленiнська змiна" я с восьмого класса. И здесь, в Севастополе, мои заметки и ученические стихи довольно часто печатала флотская газета "Флаг родины". Публиковался я и в крейсерской многотиражке "На боевом курсе", выходившей во время якорных стоянок один раз в неделю форматом А–3 на двух полосах и ежедневно в походах, тоже двухполоской, но форматом А–4. Редакция ее состояла из двух человек — редактора, им был старший лейтенант Шлык, и ответственного секретаря. Этот пост занимал мичман, фамилии которого я, к сожалению, не помню. Во время одного из наших походов случилось несчастье — отвсек корабельной газеты внезапно умер. Прободение застарелой, вконец запущенной язвы желудка. Опытнейший хирург крейсера был бессилен. На следующий день меня вызвал замполит: — Значит так, приказом по кораблю ты назначен и. о. ответственного секретаря нашей газеты. Каюта мичмана в твоем распоряжении. Вместе с тем все свои обязанности по книжке "Боевой номер" остаются за тобой, в башне заменить тебя некем. Справишься? Я справился. В свободные от вахт, приборок, учений часы гонял по кораблю с блокнотом в зубах, собирая материал для очередного номера. Материала было предостаточно. Затем, запершись в предоставленной мне каюте, строчил статьи и заметки. А после спускался в кормовые шпили, где располагалась наша типография, осваивать ручной набор, учился управлять допотопной плоскопечатной машиной. Кстати, в каюте отвсека не ночевал ни разу, возвращался на койку в родной третий, носовой кубрик… Старпом Однажды в мою рабочую каюту заглянул вестовой старпома, тоже из наших. Как его звали? Не припомню. Помню только, что он был сынком какого–то генерала интендантской службы. И что все мы, расписанные по боевым номерам, презирали его за то, что он устроился на теплое "лакейское" местечко. — Сань, тебя срочно вызывает старпом в свою каюту. Капитан 2–го ранга — это морской подполковник. Именно такое звание было в то время у моего отца. Но отец, будь он даже маршалом, остается отцом. А старший помощник командира крейсера для рядового матроса–салаги — совсем другое. Расстояние до него — как до бога. Все команды на кораблях рядовой и старшинский составы исполняют бегом. Побежал и я, с некоторой тревогой размышляя над тем, зачем вдруг понадобился старпому. А вдруг я в газете допустил какой–то ляп и теперь старпом впаяет мне на всю катушку — типа тридцать суток без берега? Кап–два Лысаков сидел за письменным столом, вертя в руках какую–то бумагу. — Вот что, матрос. Ты во "Флажке" (так на флоте ласково называли газету "Флаг родины") стишки всякие печатаешь, здесь газету делаешь. Читал, неплохо получается. А я, кроме приказов, ничего в жизни не писал. А надо! Вот, читай, — сказал старпом и протянул мне бумагу. В письме на бланке Политуправления Черноморского флота говорилось о том, что готовится к печати сборник участников Новороссийской операции в память о моряках, погибших при взятии города с моря. И капитану 2–го ранга Лысакову — в то время командиру торпедного катера передового отряда — предлагается написать свои воспоминания о боевых товарищах. — Садись. Есть что и о ком вспомнить. Я буду тебе рассказывать, а ты записывай. То, что я услышал от старпома, потрясло меня. Говорил он отрывисто, лаконично, все глубже уходя в себя, в события тех дней. Передовому отряду торпедных катеров капитана 2–го ранга Проценко, одним из которых командовал лейтенант Лысаков, было приказано торпедировать, прорвать боно–тросовые заграждения, преграждавшие вход в Цемесскую бухту. Задача, связанная со смертельным риском: каждый квадратный метр бухты был тщательно пристрелян тяжелой артиллерией гитлеровцев, расположенной на Мысхако. Очень немногие катера уцелели в той атаке. На глазах Лысакова прямым попаданием был уничтожен катер его ближайшего друга — младшего лейтенанта Владимира Школы. И все–таки заграждения были прорваны. В прорыв устремились десантные суда. Первым на новороссийский берег высадились морские пехотинцы Цезаря Куникова… Закончив рассказ, старпом несколько минут молчал как бы в забытьи, затем, очнувшись, спросил: — Недели тебе хватит? От вахт освобождаю. Свободен. Писал я весь оставшийся день и всю ночь. Даже ужин пропустил и вечерний, девятичасовой, чай. К утру очерк был готов — первый очерк в моей жизни, хотя и подписанный другим именем. Утром я отловил вестового. — Доложи старпому, что приказ его выполнен. Вскоре я предстал пред светлы очи Лысакова. — Ну, давай глянем, что ты там настрочил… Читал он медленно, время от времени внося в текст какие–то поправки. Старпом явно слукавил, сказав, что ничего, кроме приказов, в жизни не писал, — его правка была и дельной, и существенной с литературной точки зрения. Видно было, что очерк ему понравился. — Молодец, душевно написано. Не ожидал. Чего ты в моряки подался? Тебе бы в журналистику, в литературу. Впрочем, морской офицер должен быть человеком высокой культуры… Сейчас мы это отметим. Старпом нажал под столом кнопку, и у комингса каюты, как чертик из табакерки, возник вестовой. — Завтрак на двоих, — приказал старпом. Подождав, пока вестовой накроет стол, он достал из сейфа початую бутылку армянского коньяка и картонную коробку с орденами. Наполнил янтарным напитком крошечные хрустальные рюмки. — Ну, давай, моряк, помянем моих товарищей. Это был первый глоток коньяка в моей жизни. — А теперь послушай о том, о чем писать не положено… Экипажи передового отряда торпедных катеров, брошенных под огонь береговой артиллерии немцев, состояли сплошь из штрафников. Штрафником был и лейтенант Лысаков — в одном из боев он застрелил за трусость старшего по званию. За это его лишили и награды — ордена Красного Знамени. Старпом показал мне этот орден с откушенным болтом. Оказывается, в таких случаях ордена не отнимали насовсем, а таким вот образом лишали провинившихся возможности их носить. — В дальнейшем, в случае необходимости, можешь обращаться ко мне напрямую, не по команде, — сказал старпом на прощание… Такая необходимость вскоре возникла. О моем завтраке в компании старпома товарищи узнали, когда завтрак еще продолжался, — вестовой разболтал. Ну, и мне пришлось в общих чертах рассказать им об этом событии. Так вот, в обязанности нашей команды, помимо всего, входила приборка верхней палубы. Вместе со мной на участке полубак правый борт, от нулевого до семьдесят пятого шпангоута трудился мой однокашник Юра Бурштейн. А старшиной приборки был недавно назначен сам себя уважающий и презирающий будущих офицеров флота в нашем лице старшина 2–й статьи Ткачук. Опущу его унизительные реплики в наш адрес во время приборок — суть не в них. Суть в том, что Ткачук ненавидел евреев, и Юрке, кстати, сыну одного сверхсекретного контр–адмирала инженера, тем не менее парню на редкость скромному и безотказному, доставалось от него не только словесно. На нашей территории находился цепной ящик правого якоря. Всевозможные моллюски, водоросли и прочая подводная дрянь, налипавшая на якорьцепь, разлагалась в замкнутом пространстве этого ящика, выделяя ядовитые газы. Драить ящик было сущим наказанием — работать приходилось в респираторе, скорчившись, — не приведи господь. Поэтому мы, как правило, занимались этим по жребию. До тех пор, пока старшиной приборки не стал Ткачук. С его появлением драить цепной ящик он всякий раз назначал Юрку. Для худющего, почти тщедушного парня (непонятно, как он прошел в военкомате медкомиссию) это было сущей каторгой. — Старпом разрешил тебе в особых случаях обращаться к нему напрямую, — напомнили ребята. — Это тот самый случай. Иди к старпому. И я пошел. Тот молча выслушал меня и отпустил восвояси. А через некоторое время перед строем экипажа нашей, первой, башни главного калибра старший помощник командира содрал с погонов Ткачука две "сопли" старшины 2–й статьи — "за скотское отношение к подчиненным". И вручил лычки старшего матроса Юрке Бурштейну, назначив его старшиной приборки на нашем участке… В июле 1960 года закончилась наша крейсерская эпопея, мы стали курсантами ЧВВМУ им. П. С. Нахимова. Больше я никогда не встречал старпома, ничего не ведаю о его дальнейшей судьбе. Нет у меня его фотографии, я не знаю даже его имени–отчества. Уверен, что свой путь морского офицера он прошел достойно. В Интернете есть фото контр–адмирала Владимира Григорьевича Лысакова, 1953 года рождения. Может быть, это сын моряка–фронтовика? По времени подходит… Александр ЧЕРЕВЧЕНКО. 18 июня 2015. №24

Загрузка
Загрузка
Загрузка
Загрузка

Латвия передаст медицинское оборудование для детской больницы в Украине

Через представителей парламентской делегации Министерство здравоохранения получило запрос на медицинскую поддержку Черниговской региональной детской больницы, в котором упомянуто о необходимости дополнительного медицинского оборудования, в частности, для анестезии, при этом подчеркивается, что любая поддержка больнице была бы бесценна. Рассмотрев списки с востребованным медицинским оборудованием, Минздрав принял решение о поставке Черниговской региональной детской больнице 36 установок для искусственной вентиляции легких и 12 мониторов жизненных параметров пациента. Минздрав отмечает, что передача этого медицинского оборудования не повлияет на выполнение основных функций латвийских лечебных учреждений и его отчуждение не вызовет необходимости в приобретении нового медицинского оборудования.

Правительство во вторник решило безвозмездно передать Украине медицинское оборудование на сумму 343 308 евро.

Читать
Загрузка

Протесты против повышения налогов: толпа подожгла парламент Кении, полиция открыла огонь по людям

Кенийская Национальная больница сообщила в своем аккаунте в сети Х, что в нее доставляют пострадавших участников протестов. «Около полудня к нам начали поступать жертвы демонстрации в центральном деловом районе. На данный момент к нам поступило 45 человек, из них семь женщин с различными травмами. Лечение и операции пострадавшим продолжаются. На данный момент к нам не поступали люди, погибшие в ходе протестов», — говорится в заявлении. Как рассказал кенийский новостной сайт The Standard, начальник полиции Найроби Адамсон Бунгей подтвердил, что некоторые протестующие получили серьезные травмы. Местная телекомпания KTN, сославшись на медработников, передала сообщение о восьми погибших. Журналист Reuters насчитал как минимум пять тел убитых протестующих, а фельдшер Вивиан Ачиста сказала агентству, что застрелены по меньше

В столице Кении Найроби загорелась часть здания, в котором находится парламент страны. Пожар начался через несколько минут после того, как протестующие против нового налогового законодательства прорвались через полицейские кордоны. Полиция сначала безуспешно пыталась разогнать многотысячную толпу слезоточивым газом и водометами, а затем начала стрелять, сообщает BBC.

Читать

Страна чиновников и пенсионеров: почему жители покидают Латвию?

Ежегодный статистический отчёт Центральное статистическое управление Латвии ежегодно публикует сборник «Латвия. Главные статистические показатели". В последнем обобщены данные социально-политической ситуации за 2023 год, в том числе и относительно народонаселения. По состоянию на 1 января текущего, 2024 года в стране было 1 миллион 873 тысячи жителей, что на 18,5 тысячи меньше, чем на 1 января прошлого года. Потери сопоставимы с населением такого крупного города, как Саласпилс (18 602 человека). Как разъясняют авторы сборника, в 1897 году на территории Латвии проживало 1 миллион 929 тысяч человек. За годы Первой мировой войны (1914-1920) население сократилось с 2,6 до 1,6 миллиона. За 20 лет независимости оно вновь приблизилось к отметке в 2 миллиона человек. Но затем последовали война

Жителей Латвии, к которым причисляют всех, кто прожил на территории страны последние 12 месяцев, в очередной раз посчитали. И данные официальной статистики из года в год свидетельствуют о стремительном сокращении населения. За годы независимости, начиная с 1991 года, страна лишилась 886 тысяч человек. Для сравнения: во время Второй мировой войны, за период с 1940 по 1946 год, общие людские потери составили 330 тысяч человек (данные ЦСУ Латвии). И дальнейшие демографические перспективы не обнадеживают.

Читать

«Чтобы подстраховаться». Результатов экзаменов еще нет, а поступление в 10-е классы уже началось

Результатов централизованных экзаменов еще нет, а поступление в 10-е классы уже началось. Рижские школы сегодня начали принимать документы. Причем, подать заявку можно и в бумажном, и в электронном виде. С самого утра Рижская 34-я школа уже получила несколько заявок. Многие хотят подать документы побыстрее. Государственные гимназии должны объявить результаты конкурса не позднее 8 июля, а средние школы — не позднее 15 июля. Здесь это планируют сделать уже до 10 июля. «Понятно, что держать родителей и детей в неведении — нехорошо, всем хочется завершить наконец этот марафон экзаменов и поступлений и начать отдыхать», - признала директор Рижской 34-й средней школы Наталья Рогалева. Причем, заявок могут быть сотни, а реальных претендентов — гораздо меньше. Потому что родители, как правило, подают заявки в

Государственные гимназии и средние школы Риги начали прием заявок в десятые классы. В этом году — еще до объявления результатов централизованных экзаменов, рассказывает программа «Сегодня вечером»

Читать

«Золотое» масло: почему так сильно подорожало оливковое масло на полках магазинов?

“Причин подорожания оливкового масла несколько. Это и пресловутое глобальное потепление, и наше желание выжать все соки из природы. Еще в ноябре прошлого года европейские СМИ сообщили о том, что цены на оливковое масло в Испании - а это крупнейший европейский поставщик продукта - повысятся. Прошлое лето было очень жарким, оливы дали очень бедный урожай. Но засухи в Испании бывают регулярно, а такое падение урожая произошло впервые. Почему? Дело в том, что в южной части Испании, помимо олив, решили выращивать еще и клубнику. А она требует обильного полива. Воды не хватало, и для орошения начали качать грунтовые воды. От этой откачки их уровень начал падать и упал до уровня ниже корней олив. В результате деревьям стало катастрофически не хватать воды. Так было, конечно, не во всех регионах Испании, в основном, на юге, н

В последнее время резко выросли цены на оливковое масло: цена литра доходит до 14-17 евро. С чем это связано? Объясняет ведущий научного блога на Латвийском радио 4 Константин Ранкс.

Читать

Кто виноват? Наказана первая чиновница по делу Rail Baltica

Это решение было принято с учетом результатов расследования дисциплинарного дела Степановой и выводов комиссии. Степанова переведена на эту должность временно до 10 февраля 2025 года и приступит к новым обязанностям с 1 июля. Согласно заключению комиссии по расследованию дисциплинарного дела, Степанова совершила несколько дисциплинарных нарушений, а также некачественно и халатно выполняла свои обязанности. Возбужденное дисциплинарное дело связано с надзором за реализацией проекта Rail Baltica, говорится в сообщении Министерства сообщения, но подробности обвинений не уточняются. Приказ о возбуждении дисциплинарного дела против Степановой был издан министром сообщения 24 января 2024 года на основании информации, указанной в сообщении информатора от 4 января 2024 года. Степанова исполняла обязанности госу

Кабинет министров сегодня уполномочил министра сообщения понизить в должности государственного секретаря Министерства сообщения (МС) Илону Степанову и перевести её на должность директора Департамента связи, сообщили в Министерстве сообщения.

Читать

С Ригой закончили, взялись за Резекне? Там еще много улиц, которые можно переименовать

Общество "Центр общественной памяти" обратилось к Резекненскому самоуправлению с призывом "выполнить обязанность осудить коммунистический тоталитарный режим и прекратить прославлять русификацию", как это предусмотрено Конституцией Латвийской Республики. Центр указывает думе, что ее действия не соответствуют введению к Конституции, так как в городе сохраняются улицы Андрея Упитиса, председателя Президиума Верховного Совета Латвийской ССР, Михаила Лермонтова, русского поэта и офицера Российской империи, улица Космонавтов, прославляющая космическую программу СССР, улица Маскавас (Москвы - столицы оккупационного СССР и государства-агрессора России). Центр призывает самоуправление переименовать эти улицы, как это было сделано в ряде других муниципалитетов. По словам Стеца, учитывая финансовую ситуацию в городе, внимание бы

Переименование улиц в Резекне, связанных с Советским Союзом и Россией, до сих пор нее стояло на повестке дня, заявил агентству ЛЕТА председатель городской думы Алексей Стец ("Вместе за Латвию").

Читать