В 2016 году было зарегистрировано 30 тысяч коррупционных преступлений, заявил генпрокурор России Юрий Чайка. По его словам, их раскрываемость достигает 97 процентов. Тем не менее результаты соцопросов показывают: россияне уверены, что органы власти практически полностью поражены коррупцией. Мрачной видят картину и за рубежом: в рейтинге коррумпированных стран Россия оказалась в числе лидеров.

На недавнем заседании Совета законодателей спикер парламента Северной Осетии Алексей Мачнев обратился к президенту России Владимиру Путину с предложением ужесточить наказание для «расхитителей всех мастей». Глава государства инициативу одобрил и призвал продолжать вести активную, а главное реальную борьбу с коррупцией. «Нужно различать тех, кто действительно хочет это делать, действительно укреплять государство, и тех, кто пытается использовать это как инструмент политической борьбы, для саморекламы», — подчеркнул Путин.

Сравнить доходы с активами

В тот же день депутаты от «Справедливой России» во главе с лидером партии Сергеем Мироновым внесли на рассмотрение Госдумы законопроект, который вводит в Уголовный кодекс новый состав преступления — незаконное обогащение. Оно трактуется как «значительное превышение стоимости активов должностного лица над размером законных доходов». За незаконное обогащение справороссы предлагают ввести наказание до семи лет лишения свободы. Максимальный срок может получить чиновник, активы которого превысили его законные доходы более чем на 20 миллионов рублей.

Авторы проекта подчеркивают, что изменения помогут не только уличить госслужащих в сомнительных доходах и пополнить бюджет, но и привести российское законодательство в соответствие с 20-й статьей Конвенции ООН против коррупции.

Москва ратифицировала конвенцию еще 11 лет назад. В документе о ратификации отмечалось, что некоторые пункты необязательны к исполнению, среди них и 20-я статья о незаконном обогащении. В Минюсте поясняли: отдельно вводить такую статью в УК нет смысла, потому что аналогичные нормы уже прописаны в антикоррупционном законодательстве.

Помимо этого, 20-я статья противоречит принципу презумпции невиновности, который закреплен российской Конституцией, добавляет глава Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов. «"Справедливая Россия" подыгрывает некоему политическому тренду. Это тема, которая постоянно поднимается и вводит людей в заблуждение», — отмечает он.

Пока перспективы законопроекта не ясны, но законодатели приняли некоторые другие, хотя и более мягкие антикоррупционные меры. Например, расширили круг госслужащих, обязанных отчитываться о доходах. К парламентариям и чиновникам федерального и регионального уровня добавились муниципальные служащие. Причем губернаторов обязали следить за их отчетностью и принимать меры в случае необходимости.

Влезть в семейный бюджет

Отчитываться о доходах могут заставить и родственников чиновников. Сейчас декларировать собственность и заработок должны только их жены и дети. К ним могут присоединиться бывшие супруги: экс-прокурор Крыма, депутат Госдумы Наталья Поклонская подозревала, что некоторые ее коллеги фиктивно разводятся, чтобы скрыть доходы. «Необходимо ввести понятие аффилированного лица, к которым будут относиться и бывшие супруги, продолжающие вести совместное хозяйство и жить вместе», — предлагала она.

В развитие инициативы Поклонской может появиться законопроект, анонсированный единороссом Василием Пискаревым. Документ, если его примут, позволит государству разыскивать и изымать имущество, незаконно нажитое чиновниками и переданное как раз таки аффилированным лицам.

К родственникам чиновников законодатели пытались подобраться и с другой стороны — запретив им заниматься бизнесом. Два похожих законопроекта, да еще и в один день внесли на рассмотрение Госдумы коммунисты и либерал-демократы в начале прошлого года. Депутаты от ЛДПР припоминали Елену Батурину — богатейшую женщину России и жену экс-мэра Москвы Юрия Лужкова.

Коммунист Соловьев, в свою очередь, предложил распространить запрет не только на жен и детей, но также на братьев и сестер чиновников. А тех, чья родня попалась на нарушениях, — увольнять и штрафовать на миллион рублей. Кроме того, он призывал не нанимать на гражданскую службы кандидата, если предпринимательская деятельность семьи может быть связана с его работой. Профильный комитет, однако, рекомендовал отклонить оба документа.

Увольнение не поможет

Самим чиновникам уже запрещено заниматься предпринимательством, хотя и не возбраняется владеть компаниями. Не исключено, что список ограничений расширят. В ближайшее время в Госдуму может поступить законопроект, который запрещает российским чиновникам работать на иностранные компании в течение пяти лет после увольнения. Это поможет избежать коррупционных преступлений и снизит риск утечки важной информации за рубеж, отмечал депутат от КПРФ Павел Дорохин.

Чтобы «достать» возможных коррупционеров и после ухода с госслужбы, депутаты «Справедливой России» предлагают отменить сроки давности по коррупционным преступлениям. Лидер эсеров Сергей Миронов вносил такой законопроект на рассмотрение Госдумы еще в разгар предвыборной думской кампании. Документ не соответствовал регламенту, но справороссы не сдались и внесли его повторно 24 апреля.

Тогда же Миронов заявил, что готов баллотироваться в президенты в 2018 году. И хотя эксперты называли инициативу популистской, она может обратить на себя внимание законодателей: на продлении сроков давности по коррупционным преступлениям ранее настаивали в Совете Европы.

Экс-чиновникам вообще придется несладко. Уже второе чтение в Госдуме проходит правительственный законопроект о создании реестра госслужащих, которых уволили в связи с утратой доверия. А Генпрокуратура готовит поправки, позволяющие изымать у них незаконно полученное имущество.

«Понимая всю тяжесть содеянного и пытаясь избежать наказания, некоторые госслужащие просто увольняются. А дальше прокуратура не имеет права обратиться в суд с иском о взыскании имущества, приобретенного на неподтвержденные доходы», — объяснял замначальника управления ведомства по надзору за антикоррупционным законодательством Валерий Волков.

За прошлый год прокуроры отобрали у действующих чиновников имущества на 1,9 миллиарда рублей — это активы, законность приобретения которых госслужащие не смогли доказать. В начале прошлого года президент просил доработать нормы в этой области. «Нужно совершенствовать такой механизм, как изъятие имущества, которое приобретено на незаконные или сомнительные деньги», — говорил он.

Беспокойство президента понятно: у тех, кто уже пойман на реальных коррупционных преступлениях, изымают гораздо больше, чем пара миллиардов в год сомнительных средств, возвращенных в бюджет. У одного только бывшего губернатора Сахалинской области Александра Хорошавина, обвиняемого во взятке, отобрали имущества на 1,8 миллиардов рублей. А всего по подозрению в коррупции было задержано шесть глав регионов.