Сегодня латвийцы валом валят в Ирландию. А были времена, когда ирландцы приезжали на работу в Ригу. Самым известным ирландцем на рижской службе был Джордж Броун — тридцать лет он пробыл на посту генерал–губернатора города. На склоне лет просил Екатерину II освободить от должности, отпустить в отставку, но та не разрешила — это был незаменимый руководитель.

Броун родился в 1698 году. Род был старинный — еще в XI веке предки Джорджа из Нормандии попали в Англию, где долгое время занимали важные государственные должности. Однако на долю Джорджа на родине выпала другая участь — католиков не брали на государственную службу. Не хотите — как хотите, и ирландцы начали искать счастья за пределами Отечества. От этого выиграли многие страны, только не родина. Ничего не напоминает сегодня?

Броун отправился на службу в Германию, к курфюрсту Пфальцскому. Крошечное государство, мизерная армия. То была не служба — службишка. Масштабной личности и страна была нужна иного масштаба. В 1730 году знакомому Броуна, генералу Кейту, было поручено формировать в России третий гвардейский полк — Измайловский. Он пригласил в российскую гвардию Броуна. Так счастливый случай в 33 года привел ирландца в Россию.

Сын Ирландии участвовал под российскими знаменами во многих сражениях: под Данцигом в 1734 году, во время польской кампании, в 1736–м — в осаде Азова, а в 1738–м — в штурме Очакова во время войны с турками. Трижды был ранен, но долго не отлеживался на больничной койке.

Некоторые события из его жизни напоминают приключенческий роман. Против Турции в то время воевали Австрия и Россия. Из хорошей российской армии Броун был как комиссар–инспектор направлен в плохую — австрийскую. Причем в путь его почему–то отправили под вымышленным именем — полковника Байера. Турки разбили австрийскую армию наголову!

Взятый в плен Броун был продан на невольничьем рынке как простой раб и оказался в Стамбуле, где его ждала участь кучера влиятельного турка. Но русский ирландец сумел бежать. Да не просто, а с секретным планом замышленной турками на следующий год военной кaмпании. Добрался до Санкт–Петербурга. Как ни спешил, опоздал. К его приезду в столицу России война кончилась. Но подвиг оценили. Броуну присвоили звание генерал–майора и отправили служить в Балтию. Участвовал в войнах со Швецией, дослужился до генерал–аншефа. Когда ему впору было уже думать о пенсии, началась Семилетняя война. В сражении с прусскими войсками под Цорндорфом Броун, командующий левым флангом русской армии, получил 11 ран. Чудом выжил. Императрица Елизавета отправила старого вояку в отставку — поправлять здоровье, сохранив ему полное жалованье, что было для того времени делом исключительным.

Но в 1762 году Броун вновь понадобился на службе — император Петр III вызвал его в столицу, присвоил звание генерал–фельдмаршала. Броуну предложено было возглавить русскую армию, которую император хотел бросить против Дании. Однако Броун вежливо отказался — он не хотел воевать с Данией. "Такая война принесет России несчастья", — выложил он монарху. Царь велел строптивцу как можно скорее покинуть границы России. Но не прошло и дня, как гнев сменился на милость: монарх назначил Броуна генерал–губернатором Риги.

За долгие столетия в городе на берегах Даугавы губернаторствовали многие известные люди, представители разных народов: русские, немцы, итальянцы, англичане. Наряду с итальянцем Палуччи, русским Суворовым, англичанином Армитстедом, ирландец Броун вошел в историю как один из лучших генерал–губернаторов города. А еще он дольше всех руководил Ригой — 30 лет!

Если англичанина Джорджа Армитстеда в Риге называли Георгием Ивановичем, то его тезку,  ирландца Броуна, — Юрием Юрьевичем. "Управление Юрия Юрьевича Броуна Прибалтийским краем, — как сказано в одной из энциклопедий, — ознаменовано многими полезными реформами, в особенности же по вопросам о развитии и улучшении путей сообщения, школ, торговых учреждений, магазинов с хлебными запасами, госпиталей и многого другого".

Когда новый губернатор прибыл в Ригу, ему было уже 63 года. Тихое место в спокойной провинции… Казалось, что жизнь заканчивается. На самом деле все только начиналась! Вскоре после того, как он встал у руля города, по его настоянию был принят Устав о рижской коммерции, упорядочивший в городе торговлю и давший больше прав русским и латышским торговцам. А главное, он провел в городе грандиозную политическую реформу: было отменено деление на граждан и неграждан.

Дело в том, что при присоединении Риги к России местные немцы выговорили у Петра Великого обещание не менять в городе старых порядков. Петр, не вдаваясь в детали, ошибочно решил: цивилизованные немцы плохих порядков не установят. Итог: рижан продолжили делить на граждан города (немцев) и неграждан (латышей и русских). Русские цари не решались нарушить слово, а немка Екатерина, нарушив данное ее предшественником слово, уничтожила несправедливые привилегии немцев.

В данном случае Екатерина повелевала, а Броун был исполнителем ее воли. Проявилось это и в послаблении по отношению к евреям — во времена Броуна им разрешалось жить в Слоке, а некоторым — и в Риге. Сделано это было с подачи Екатерины. Вопреки всем существовавшим в России настроениям и предрассудкам относительно евреев, новая императрица, укрепившись на троне, еще в ноябре 1769 года послала киевскому генерал–губернатору Воейкову предписание, в котором не столько разрешала, сколько требовала поселять евреев во вновь созданной Новороссийской губернии в качестве колонистов.

А перед тем, дабы осуществить свои намерения по водворению евреев в Россию, проделала подготовительную работу, ведя тайную переписку с рижским генерал–губернатором Броуном, особенно доверенным курьером между которым и ею служил секунд–майор Ртищев.

Но немало инициатив исходило и от самого генерал–губернатора: он построил в Риге крепость Цитадель и Петропавловский собор, при нем был создан знаменитый Гостиный двор для русских товаров, построены знаменитые амбары для пеньки (ныне здания нескольких построенных позже амбаров видны на Центральном рынке). При нем русский купец Лелюхин начал в Риге промышленное производство рижского бальзама. В общем, генерал–губернатор оставил о себе в Риге добрую память. Не случайно Екатерина II, пожаловав ему в 1782 году вновь учрежденный орден Святого Владимира I степени, возвела в графы и одарила богатыми поместьями.

При Броуне Ригу навестила и Екатерина — в 1764 году. Генерал–губернатор подготовил ей достойный прием. Дорогу, по которой императрица ехала в Ригу, поливали водой, чтоб не пылила, вечером на рыночной площади забили фонтаны, полные вина, чтобы каждый рижанин мог выпить за здоровье императрицы. А императрица и губернатор, общаясь, по достоинству оценили друг друга.

Юрий Юрьевич Броун прожил 94 года, до последних дней сохраняя ясность рассудка и оставаясь в должности генерал–губернатора. Справедливости ради надо сказать, что он просил императрицу дать ему отставку, но матушка–государыня была непреклонна. За неделю до кончины, чувствуя приближение смерти, написал письмо императрице. Писал не о себе — с лучшей стороны охарактеризовал секретаря и помощников, просил посодействовать их карьере. А после его смерти императрица призналась: "Я всегда уважала графа Броуна и чувствую, как много потеряла в его смерти". Любя генерала, она, однако, побаивалась его "горячего нрава" и потому принимала его не иначе, как при свидетелях.

Самый долголетний рижский генерал–губернатор умер в 1792 году. Похоронили его в  поместье Шёнберг, в Курляндии. Сын Броуна не оставил потомства, и с его смертью род графа угас.

Сегодня имя генерал–губернатора Броуна в Риге незаслуженно забыто. А после смерти о нем долгие годы ходили легенды.

Илья ДИМЕНШТЕЙН.