В январе члены Кабинета министров, парламентские секретари министерств, государственные служащие и другие сотрудники правительства в общей сложности получили лишь 83 358 евро, тогда как в апреле — уже более миллиона: 1 067 049 евро. В феврале они получили 633 тысячи, в марте — 761 тысячу евро. В марте также были выплачены премии и денежные вознаграждения на сумму 59,3 тысячи евро, а в апреле — вдвое больше: 127,6 тысячи евро.

На эти странности в социальной сети X обратил внимание советник Конфедерации работодателей Латвии Янис Херманис. Государственная канцелярия, известная в X как "Дом правительства" (“Valdības māja”), дала следующее объяснение:

«Господин Херманис, объяснение очень простое. В начале апреля Государственная канцелярия выплатила вознаграждение за март, а в последний день апреля — вознаграждение за апрель. Апрельские зарплаты были выплачены в последний день месяца, учитывая праздничные и перенесённые рабочие дни в начале мая».

Ну, если путаница в мутной воде считается «совсем простым объяснением», то пусть будет так!

Очевидно, что министры и чиновники в начале года глодали корки хлеба и варили суп из прошлогодней картофельной кожуры, ведь все вознаграждения, видимо, получили заранее. Но теперь, видимо, кошельки снова начнут наполняться в более упорядоченном и регулярном режиме — ежемесячно.

Скорее всего, хаотичная выплата вознаграждений не является результатом злого умысла или заговора. Просто такова традиция в Государственной канцелярии, правительстве и в государстве в целом — всё делать непрозрачно, так, чтобы нельзя было понять, где начало, а где конец, и чтобы выглядело так, будто «зарплаты на самом деле не такие уж и большие». Только это не получилось — со стороны всё выглядит так, будто министрам и чиновникам платят всё больше и больше.

И действительно будут платить больше. В прошлом году общие расходы на вознаграждение в государственном управлении составили 8,4 миллиона евро, а в этом году планируется израсходовать почти 9,7 миллиона. Планировалось даже больше, но суммы упёрлись в обещание самого правительства ограничить рост. 14 октября прошлого года Кабинет министров на внеочередном заседании утвердил в бюджете на этот год существенное ограничение роста вознаграждений в публичном секторе. Было установлено, что в 2025 году фонд вознаграждений не может вырасти более чем на 2,6%. Ограничение касается как государственных, так и муниципальных учреждений, а также государственных предприятий и портовых управлений. Также в государственных и муниципальных структурах нельзя будет увеличивать количество должностей.

Если 2,6% — это «существенное ограничение», то пусть будет так!

Есть ещё один не совсем понятный момент: если посмотреть на расходы на вознаграждение в госуправлении за последние годы, то тенденция — к надуванию и ещё большему надуванию. Например, в 2020 году эти расходы составляли 4,6 миллиона, в 2022 году — 5,2 миллиона евро, а в 2023 году — 7,3 миллиона евро. Рост происходил как во время COVID-эпидемии, так и в год начала войны в Украине.

Нельзя упрекнуть директора Государственной канцелярии Райвиса Кронбергса, который не решает вопрос о размерах вознаграждения и сам не получает какую-то особенно высокую зарплату. Высокие зарплаты получают члены правительства — и пусть получают! Как это может быть, чтобы чиновник распоряжался сотнями миллионов и миллиардами, а дома детям перед сказкой на ночь приходилось обещать, что поесть они смогут… но только завтра?

Тем не менее, было бы логично, если бы размер вознаграждений министров и чиновников хотя бы немного коррелировал с процессами в латвийской экономике и с выполненной или невыполненной ими работой. «Чрезвычайно стремительное развитие» Латвии вылилось в «отрицательный рост» ВВП на минус 0,4% в 2024 году, а разрыв от Эстонии и Литвы продолжает расти практически по всем показателям. С лупой нужно искать отрасль, в которой цифры не хуже, чем у соседей. Да, развитие Эстонии тоже замедлилось. Но Литва развивается значительно быстрее, чем Эстония и Латвия.

Платёжеспособность населения за эти годы постепенно увеличилась, но покупательная способность госаппарата растёт стремительно — с 2018 года она удвоилась.