Астронавт скоро возьмет на себя управление Artemis II, первой пилотируемой капсулой Orion. «Артемида-2» станет первым пилотируемым испытательным полётом SLS и космического корабля Orion. Четыре члена экипажа проведут обширные испытания на околоземной орбите, а затем «Орион» будет переведён на траекторию свободного возврата вокруг Луны, которая позволит «Ориону» облететь Луну, а затем, без использования двигателей, вернуться обратно к Земле для повторного входа в атмосферу и приводнения. Запуск запланирован на март 2026 года.

В течение 10 дней Гловер будет жить в небольшом герметичном отсеке со своими тремя товарищами. Он не относится к своим обязанностям легкомысленно. «У нас есть резервуар, наполненный водой, и когда мы пьем эту воду, она заканчивается, — говорит он. — У нас есть еда, и когда мы ее едим, она заканчивается — никто не посылает корабль с пополнением запасов».

Фото: NASA.

На фото: команда миссии "Аретмида-II". Виктор Гловер - второй слева. 

Даже самые простые повседневные действия станут вызовом и потенциальным раздражителем. «Там нет такой вещи, как личная жизнь, — говорит он. — Можно зайти в отсек для отходов и гигиены (туалет), закрыть дверь, но как только включишь машину, все проснутся — это самый громкий звук после двигателя».

«Эти вещи потребуют другой психологической подготовки».

Artemis II — это первый шаг в окончательном возвращении человечества на Луну. Будущие миссии под руководством США доставят людей на лунную поверхность и построят базу возле ее южного полюса. Астронавты будут находиться в нескольких днях пути от Земли, живя месяцами в замкнутом пространстве в компании только своих коллег. Ночи будут длиться две недели, снаружи будет пыльно и без воздуха, с экстремальными температурами и потенциально опасными уровнями радиации.

Полеты на Луну будут физически и психологически сложными, и очень важно найти подходящих людей для этой работы.

Этапы миссии Артемида по постройке на Луне постоянной базы. Фото: Википедия.

«Очень сложно выбрать астронавта, потому что вы не ищете суперлюдей в какой-то одной области», — говорит Сержи Вакер Араужо, руководитель команды космической медицины Европейского космического агентства (Esa), который будет помогать контролировать отбор астронавтов для будущих лунных миссий. «Вы ищете человека, который будет хорош во всех областях, а это чрезвычайно сложно найти».

Когда НАСА отбирало своих первых астронавтов в 1950-х годах, все кандидаты были испытателями-пилотами, находящимися на пике физической формы. Во время отбора эти мужчины (а все они были мужчинами) должны были пройти недели испытаний, охватывающих все: от объема легких до зрения, от работы кишечника до количества сперматозоидов. Те, кто прошел отбор, считались «подходящими».

Сегодняшние астронавты больше не должны быть в такой исключительной физической форме, но они по-прежнему должны соответствовать определенным физическим критериям. Важно понимать, что мы находимся в исследовательской миссии и у нас нет того медицинского оборудования, которое есть на Земле, — Вакер Араужо

«Любое хроническое заболевание, которое мешает выполнять функции во время миссии, будет дисквалифицирующим», — говорит Вакер Араужо. Таким образом, хотя близорукость может быть приемлемой, заболевания легких (такие как астма), нарушения сердечного ритма или цветовая слепота могут исключить даже самых квалифицированных кандидатов.

«Важно понимать, что мы находимся в исследовательской миссии и у нас нет такого медицинского оборудования, как на Земле», — говорит Вакер Араужо. «Чтобы снизить риск, мы должны тщательно отбирать людей — если у вас случится приступ астмы в середине миссии, мы не сможем вам помочь».

Хотя это может исключить многих потенциальных кандидатов (включая автора этой статьи), большинство людей с нормальной физической подготовкой имеют хорошие шансы пройти медицинское обследование. Но это только начало того, что сегодня означает «подходящий материал». Большая часть отборочного процесса заключается в оценке когнитивных способностей и психологической пригодности для космических миссий.

Первые космонавты были сверхконкурентоспособными победителями — «альфа-самцами», готовыми рискнуть своей жизнью. Это делало их интересными людьми, но не обязательно подходящими для длительного пребывания в замкнутом пространстве. Сегодня умение хорошо работать с другими людьми — одно из важнейших качеств космонавта. Победа не обязательно является преимуществом.

Во время последнего отбора космонавтов ESA кандидатов наблюдали во время командных испытаний. «Успех команды был важнее личного успеха», — говорит Вакер Араужо. «Дошло до того, что для успеха нужно было проиграть ради блага команды».

Еще один способ узнать, есть ли у вас все необходимое для полета на Луну, — это попробовать пожить на краю Земли. Британский хирург Нина Пурвис недавно вернулась с французско-итальянской исследовательской станции Конкордия в Антарктиде. Выбранная в рамках исследовательской программы ESA, она провела всю зиму в компании всего 12 человек.

«Ее называют «Белой Марсом», потому что это изолированная, ограниченная и экстремальная среда», — говорит Пурвис. «Во время полярной ночи нет солнечного света, и температура может достигать -80 °C (-112 °F) каждый день.

С февраля по ноябрь станция полностью изолирована, поэтому мы должны быть автономными в плане питания, топлива и медицинского обслуживания», — говорит она. «Если кто-то заболевает, есть я и более опытный врач скорой помощи, и мы будем работать вместе, чтобы лечить любого пациента».

Вы должны быть приятным человеком в общении, это самое главное — Нина Пурвис

К счастью, чрезвычайные ситуации в Конкордии редки, и Пурвис большую часть времени проводила эксперименты — некоторые из них на своих товарищах. Помимо исследований, в том числе о том, как здоровье кишечника зависит от изолированности сообщества, несколько исследований касались психического благополучия. Любой, кто выбран для работы в Антарктиде, проходит отбор, аналогичный отбору космонавтов, поэтому изучение способов улучшения их настроения и устойчивости может помочь в будущих космических миссиях.

«Вы должны быть приятным человеком в общении, это самое главное», — говорит Пурвис. «Вы должны справляться с давлением, стрессом и неопределенностью и при этом оставаться способным выполнять свою работу — вы можете тренироваться для любого сценария, но всегда может произойти что-то, что мы не можем предсказать».

Из десятилетий полярных исследований также стало очевидным, что, хотя иногда бывают волнующие моменты, скука является серьезной проблемой. «Здесь не так много стимулов с точки зрения окружающей среды, поэтому жизнь очень однообразная, — говорит Пурвис. — Не хочется сидеть в своей комнате в темноте и все время смотреть Netflix».

Один из экспериментов Пурвис был посвящен осознанности. Опираясь на предыдущие исследования, она собирала экипаж для занятий йогой, конструирования из Lego и рисования.

«Мы еще не получили всех результатов, но я почувствовала, что это пошло мне на пользу, а команда с нетерпением ждала этих занятий, которые сблизили ее членов», — говорит Пурвис. «Это тот вид эксперимента, который требует небольших затрат, но приносит очень большую пользу, и я думаю, что в будущем его обязательно включат в расписание космонавтов».

Не только космические агентства экспериментируют с жизнью на лунной базе. В разгар пандемии Covid в сентябре 2020 года, когда многие из нас были уставшими от изоляции от других, 24-летний архитектор Себастьян Аристотелис и его 22-летний коллега Карл-Йохан Сёренсен отправились в свою собственную миссию. Ранее выиграв конкурс на разработку концепции марсианского жилища, они решили построить прототип лунного жилища и прожить в нем 60 дней на севере Гренландии.

«Мы решили, что не хотим больше заниматься такими концептуальными вещами, — говорит Аристотелис. — Люди и так считали нас сумасшедшими, и мне нужно было убедиться, что мы действительно можем что-то построить, чтобы поверить, что я не просто сумасшедший мечтатель».

Только когда датский флот высадил их на берег, Аристотелис начал сомневаться. «Я увидел маленькую точку суши в этом бесплодном ландшафте и впервые осознал, на что мы подписались, — говорит он. — Все ликование и волнение испарились, и наступила полная тишина... Я впервые почувствовал нервозность и легкое беспокойство».

Сделанная из углеродного волокна и покрытая солнечными батареями, сборная лунная база Lunark была спроектирована так, чтобы раскладываться как оригами, но при этом должна была быть достаточно прочной, чтобы выдержать нападение белого медведя (конечно, на Луне это не проблема). Хотя ширина жилища составляла всего пару метров, оно было оборудовано тремя внутренними отсеками, расположенными друг над другом, чтобы участники экспедиции могли иметь свое личное пространство. Риэлтор мог бы описать его как уютный. Они также разработали систему внутреннего освещения, чтобы имитировать дневной свет и контролировать циркадные ритмы.

«Первый день был таким клаустрофобным, там было так много оборудования, что мы стояли в этой крошечной капсуле», — говорит Аристотелис. «Затем, после нескольких дней освоения, мы вошли в рутину и вдруг, потому что снаружи было так экстремально и страшно, внутри очень быстро стало как дома».

В результате эксперимента компания Аристотелиса Saga теперь работает на двух континентах, сотрудничая с космическими агентствами и компаниями по проектированию лунных жилищ и интерьеров космических станций.

«Я думаю о миссии каждый день, — говорит он. — Если вы собираетесь проектировать дом на Луне, вам нужно очень постараться, чтобы получить опыт, похожий на то, как это будет на самом деле, со всеми мелкими неприятностями и проблемами, для которых вы потом сможете найти решения».

Гловер, тем временем, провел годы, тренируясь для возвращения НАСА на Луну, и, возможно, однажды даже окажется там. Я спрашиваю его, готов ли он психологически оставить Землю так далеко позади?

«Не знаю, — отвечает он. — Спросите меня об этом, когда я вернусь!»