Четыре двухместных F-16BM и два одноместных F-16AM перелетели в Аргентину своим ходом с датской авиабазы Скридструп в период с 28 ноября по 5 декабря. Это первая поставка боевых истребителей в ВВС Аргентины за почти десять лет.

Контракт с Данией и параметры сделки

Межправительственное соглашение между Аргентиной и Данией предусматривает передачу 24 снятых с вооружения ВВС Дании истребителей F-16AM/BM, прошедших модернизацию по программе MLU. Стоимость контракта — около $300 млн, включая запасные части, двигатели, тренажеры и наземное оборудование. Самолеты относятся к версии Block 15M и будут доведены до стандарта MLU M6.6 перед передачей заказчику.

Все истребители войдут в состав 6-й истребительной группы ВВС Аргентины и будут базироваться на авиабазе Тандил. До этого подразделение фактически оставалось без боевых самолетов, располагая лишь учебно-боевыми IA-63 Pampa.

Параллельно Буэнос-Айрес заключил соглашение с США по линии программы Foreign Military Sales на $560 млн. В него вошли ракеты AIM-120C-8 AMRAAM, корректируемые бомбы GBU-12, обучение личного состава и логистическая поддержка. Программа получила название Peace Condor и окончательно закрепила интеграцию аргентинских F-16 в американскую систему вооружений.

Долгая тень Лондона

Закупка F-16 стала для Аргентины редким случаем успешного обхода многолетних ограничений, связанных с позицией Великобритании. После войны за Фолклендские (Мальвинские) острова Лондон последовательно накладывал вето на поставки Буэнос-Айресу боевых самолетов, в которых использовались британские комплектующие. Ключевым инструментом давления были катапультные кресла Martin-Baker, которые являлись стандартом для большинства западных истребителей.

Фактически это означало негласный запрет на целый ряд потенциальных сделок — от европейских Mirage до южнокорейских и китайско-пакистанских проектов с британскими компонентами. Выбор F-16 с американскими креслами ACES II стал компромиссным решением, позволившим снять британский фактор с повестки.

Почему датские F-16 ушли в Аргентину, а не на Украину

На первый взгляд передача Данией истребителей Аргентине выглядит парадоксально на фоне масштабной военной помощи Украине. Однако решение объясняется сразу несколькими причинами.

Во-первых, политико-юридическая логика. Контракт с Аргентиной носит коммерческий характер и был согласован заранее, тогда как поставки Украине осуществляются в рамках многосторонних политических договоренностей и зависят от готовности стран-доноров и США как правообладателя технологии.

Во-вторых, ограниченность ресурса. Большая часть датских F-16 уже распределена: 24 самолета проданы Аргентине, еще 19 — обещаны Украине. Дополнительные поставки упираются в темпы перевооружения самой Дании на F-35 и в техническое состояние оставшихся машин.

В-третьих, разные требования к боеготовности. Украине требуются самолеты, способные относительно быстро интегрироваться в боевые действия высокой интенсивности. Аргентине же важнее восстановление базового истребительного потенциала и контроль воздушного пространства. Часть датских F-16, не оптимальных для фронтовых условий, вполне подходит для аргентинских задач.

Наконец, геополитический баланс. Передача самолетов Аргентине укрепляет проамерикански ориентированное правительство Милея и снижает риск разворота Буэнос-Айреса к альтернативным поставщикам вооружений — Китаю или России. Для СШАэто стратегически значимый результат, пусть и менее заметный, чем поддержка Украины.

Получение F-16 знаменует фактическое восстановление боевой авиации Аргентины, утраченной после списания всех Mirage в 2015 году. На протяжении почти десяти лет страна оставалась без полноценных истребителей, полагаясь на ограниченно боеспособные A-4AR Fightinghawk и учебные Pampa.

Теперь же Буэнос-Айрес возвращается в число государств, способных обеспечивать суверенный контроль своего воздушного пространства. При этом сделка с Данией стала не только военным, но и политическим сигналом: Аргентина смогла преодолеть британское противодействие и встроиться в западный рынок вооружений — ценой жесткой финансовой дисциплины и смены внешнеполитических приоритетов.