"В Лудзенской области у инвалида 1-й группы конфисковали имущество и продали его с аукциона за 8000 евро. Причина? Задолженность по налогу на имущество в азмере 250 евро. Сумма, незначительная по сравнению со стоимостью недвижимости.

Муниципалитет знал о состоянии здоровья и социальном статусе человека, но не объяснил риски достаточно ясно; не помог использовать все возможности для сохранения имущества; выбрал самый жестокий путь – выселение.

Формально – всё законно. По сути – аморально, цинично и опасно для общества.

Этот случай демонстрирует драматическую правду: относительно небольшой налоговый долг достаточен для того, чтобы человек потерял свой дом, а система – «зарабатывает» на его несчастье", - пишет юрист.

Он отмечает, что нынешняя система по сути является нечестной. Она обязывает людей платить своеобразную "ипотеку" за свою же собственность. При этом они потратили на свою недвижимости деньги и уже заплатили налог при её покупке.

Эйхманис напоминает, как вообще появился налог на недвижимость. Он был введен в конце 1990-х годов, но в то время ещё не затрагивал большинство квартир и домов и касался в основном: земли, коммерческих объектов, промышленных зданий.

Среднестатистический житель своей квартиры часто даже не знал о существовании такого налога. Это был технический инструмент, а не оружие против домовладельцев.

Но затем наступил кризис 2008-2009 годов. И Латвия оказалась на грани банкротства. Управляющий тогда страной Валдис Домбровскис принял решение обратился к международным кредиторам – Европейскому союзу и Международному валютному фонду.

Их логика была проста:

- увеличить бюджетные доходы,

- сократить дефицит,

- спасти банковскую систему.

Что делает Латвия?

- впервые массово вводит налог на недвижимость на жилой фонд;

- начинает с низких ставок, чтобы не было протестов населения;

- позже – постепенно повышает ставки и привязывает кадастр к «рынку».

Риторика:

«Это кризисная мера».

«Это временно».

«У нас нет другого выбора».

Однако закон не гласил, что:

- налог временный,

- он будет отменен после кризиса,

- он закончится с программой МВФ.

Политический язык – «временно». Юридическая реальность – навсегда.

Троянский конь под названием «NĪN»

Формально – это бюджетный инструмент, а в действительности – механизм конфискации имущества.

Нет потолка – ставки могут быть повышены, кадастр может быть «скорректирован».

Налог увеличивается автоматически, а зарплаты или пенсии – нет. При этом, если вы не можете заплатить налог и проценты по долгу, недвижимость выставляют на аукцион, а затем она попадает в руки спекулянтов.

И случай в Лудзе показывает, что это уже происходит.

Фискальная логика ЕС: как собирать налоги, ничего не развивая

ЕС годами повторяет:

- налоги на труд должны быть снижены,

- бремя должно быть переложено на потребление и собственность.

Почему собственность является идеальной целью?

- ее нельзя вывезти за границу,

- ее нельзя спрятать,

- она ​​всегда остается на своем месте.

Результат: нет необходимости развивать экономику – достаточно повысить кадастр.

Сравнение с соседями

Эстония – налог в основном на землю, а не на жилье.

Литва – налог в основном на дорогую недвижимость.

Латвия – налог практически на всё, включая единственное жильё.

Что произойдёт, если мы будем молчать?

Случай в Лудзе не является исключением. Это экспериментальный этап системы. Завтра, когда налог вырастет в 2-3 раза, таких случаев будет множество.

Появится новая норма: «Не можешь платить – тебе дом не нужен».

Чего должно требовать общество?

Полной защиты единственного жильё – без экспроприации за долги по частной собственности. Чётких потолков – NĪN не должен превышать  платежеспособность человека. Справедливой кадастровой политики, а не молчаливого подхода к рынку.