«Бундесвер будет сильнейшей армией Европы»: речь Мерца ставит много вопросов, но даёт мало ответов

-Европа завершила долгий отпуск от мировой истории. Мы переступили порог эпохи, вновь открыто характеризующейся применением силы и политикой великих держав.

-ВВП России составляет примерно 2 трлн евро, ВВП Евросоюза — почти в 10 раз больше, напомнил Мерц. Но Европа — не в 10 раз сильнее России. Наш военный, политический, экономический и технологический потенциал огромны. Но мы пока полностью его не реализовали.

Поэтому самое важное — сейчас переключить тумблер в наших головах. Мы поняли, что в эпоху больших держав наша свобода больше не является данностью. Она находится под угрозой. Нам потребуется твёрдость и решимость, чтобы отстоять её. Это потребует готовности к новым начинаниям, к изменениям и — да — также к жертвам. Не когда-нибудь, а прямо сейчас.

-После 1945 года в Германии сложилась традиция на ограничение государственной власти. Но не только слишком много государственной власти разрушает фундамент нашей свободы. Слишком мало государственной власти приводит к тому же самому. 

-Я часто говорил это и повторю сегодня: мы сделаем Бундесвер сильнейшей армией Европы настолько быстро, насколько сможем. Армией, которая твёрдо стоит там, где это необходимо.

-Наша Европа должна сосредоточиться на главном: сохранении и укреплении нашей свободы, нашей безопасности и нашей конкурентоспособности.

Нам необходимо остановить взрывной рост европейской бюрократии и регулирования. Европейские стандарты не должны заковывать нас в цепи, лишающие нас конкурентоспособности. Они должны подчёркивать наши сильные стороны, стимулировать инновации и предпринимательство, поощрять инвестиции и вознаграждать инициативу.

-Между Европой и Соединёнными Штатами возник раскол. Культурная война MAGA в США — это не наша война. Свобода слова у нас заканчивается там, где сказанное направлено против человеческого достоинства и нашего Основного закона.

-Я провел конфиденциальные переговоры с президентом Франции по вопросу европейского ядерного сдерживания.

— Мы укрепляем восточный фланг НАТО. Символом этого является наша бригада в Литве — впервые в истории Бундесвера бригада размещена за пределами нашей территории.

…Увы, в выступлении Мерца так и не прозвучали ответы на ряд важнейший вопросов.

Например, как соотносится анонсированное им «укрепление государственной власти» с требованием «остановить взрывной рост европейской бюрократии»? Как конкретно ее планируется остановить?

Как будет происходить укрепление обороноспособности Европы без индустриализации, без угля и стали? На основе «зеленой энергетики», об отмене которой не было сказано ни слова?  

Обещание сделать из бундесвера самую сильную армию континента, конечно, впечатляют, но почему до сих пор не созданы силы быстрого реагирования ЕС численностью хотя бы 200 000 человек? Бригада в Литве — это, конечно, прорыв, но явно недостаточно для прикрытия Сувалкского коридора.

Много вопросов вызывает фраза «Свобода слова у нас заканчивается там, где сказанное направлено против человеческого достоинства и нашего Основного закона». Особенно в свете свежей публикации The Economist, в которой черным по белому написано: «Одной из самых тревожных тенденций является то, что правительства, которые позиционируют себя как демократические, все чаще используют инструменты, созданные авторитарными режимами. Обычно они не пытаются полностью заставить замолчать тех, кто говорит правду«. Это про Европу, да-да, про ту самую Европу, угрозу которой Мерц почему то видит только снаружи. А может быть она есть и внутри? 

Наконец, как социальная модель Европы, которая абсолютизирует права индивида, объяснит своим гражданам необходимость жертв прямо «здесь и сейчас»? Особенно когда люди видят, что элиты себе ни в чем не отказывают и отказываться ни от чего не собираются.  

Возможно, европейцы и проявят готовность к жертвам только если увидят, что и политические элиты готовы к ним. А пока этого не наблюдается ни в малейшей степени.