Андрей Козлов: «Распиливание скульптур людей на части может стать новой традицией Рижской думы»

Коалиционное большинство депутатов в Рижской думе проголосовало за демонтаж памятника Барклаю де Толли и за снос, распил и перемещение памятника Андрейсу Упитсу. Комментируя это решение, депутат Рижской думы Андрей Козлов отметил:

— Постановление об очередном сносе нескольких памятников в Риге наводит на мысль — судя по всему, отношение к русским в Латвии не такое уж и плохое. Поскольку если, как говорят, памятник Барклаю де Толли просто демонтируют и скульптуру перенесут в другое место, то памятник латышскому писателю Упитису будут распиливать на две части. Мне вспоминается сказка датского писателя Андерсена «Голый король», в которой все притворялись, что не видят ничего необычного. А никому не кажется, что в распиливании скульптуры человека есть что-то средневековое?

Подобные развлечения в темные века устраивались на площадях регулярно — людей четвертовали, вешали, им отрубали руки. Мне одному кажется, что идет возврат к этим «проверенным ценностям»? Конечно, в решении думы распилить фигуру человека напополам, при определенном желании, можно увидеть некую идею: символ раздвоения мыслей и поступков человека в один период истории, его сложную жизненную позицию.

Но, возникает вопрос. Станет ли распиливание популярной традицией? Ведь, в Латвии можно насчитать большое количество людей (и памятников), живших, работавших и снискавших себе большую известность и признательность в советские времена. Это ученые, деятели культуры и многие другие. Пилить будут всех?

А г-ну Ратниексу, вице-мэру Думы, автору этого решения, могу дать совет — пусть скульптуру Упитиса пилят не за закрытыми дверьми на заводе, а публично, где-нибудь на рижской площади. Чтобы возврат к средневековым традициям был полнее и зрелищнее для публики. (Он, кстати, написал много книг, которые можно было бы заодно, прилюдно, сжечь по месту распила памятника — тоже, опробованный в истории эффективный пиар-ход). Подобная акция, несомненно, обратит на город внимание общественности, не только европейской, но и мировой, как на столицу средневекового стиля с соответствующим культурным наследием.