Я подхожу к окну. Там Бавария, город Аугсбург. Здесь очень плохие показатели по ковиду: эпидпорог превышен в шесть раз, а с начала второй волны от коронавируса уже умерло вдвое больше людей, чем за первую (суммарно – 51 человек на триста тысяч жителей). Почти весь средневековый центр теперь - зона Maskenpflicht, и там на улицах все, кроме велосипедистов, обязаны носить маски. Закрыты фитнес-клубы и публичные дома. Рестораны - только навынос (жрецам еды повезло больше, чем жрицам любви). С десяти вечера не продают алкоголь даже на автозаправках, этих ночных оазисах горящих душ (но я знаю турецкую закусочную, которая делает вид, что про это не знает). Университет на «дистанционке». Школа, где я учу немецкий - тоже. Но все остальное работает. Стройки, транспорт, магазины, парикмахерские, заводы... Да, и внутри помещений, а также в поездах-трамваях – все строго в масках. Нарушителей я не видел ни разу, но газеты пишут, что полиция (которая ни в какое жилье, конечно, не вламывается) периодически их штрафует. Штраф от 250 до 5000 евро, кстати. А вот комендантского часа нет: зачем? И еще – много людей в масках даже там, где разрешается быть без них.

Я уже привык, что в России 90% информации о Германии – либо пропаганда, либо просто вранье. Однако вранье – это неинтересно. Интересно – про ковид-диссидентов. В том числе немецких. Они и правда в Германии заметная и сплоченная сила, способная поставить себя – наплевав и на маски, и на социальную дистанцию, и на штрафы – под полицейские водометы, которые, к слову, до них последний раз применялись семь лет назад.

Я долго ошибочно думал, что ковид-диссидентство – очень русское явление. Мне казалось: ясно, почему. Отрицание очевидных вещей - это ведь признак разом и глупости, и своеволия. А природа социального своеволия неплохо изучена. Когда ты не можешь ничего поделать в собственной стране, когда у тебя отобраны все права, - тебе остается единственное право: на бунт в стакане воды. И все эти демонстративные отказы носить маски – это, де-факто, бунты против еще одного запрета начальства, которое бесконечно врет: с какой стати верить ему про ковид? Вот откуда эти взрывы ярости антимасочников, - вплоть до поножовщины в маршрутке. Кроме того, русский человек за последние годы не только обеднел, но и заметно поглупел. Тиражи научно-популярных книг в России раз эдак в сто меньше американских. Много вы сами за этот год прочитали, а? И если когда-то в русскоязычных соцсетях тусовались по преимуществу умники, то теперь там пикники дураков. И увеличение числа дураков тоже понятно. Дураками проще управлять: властям глупость и необразованность выгодны.

Но потом я увидел демонстрации ковид-диссидентов если не прямо под окном, то невдалеке.И ладно в Берлине, но ведь и в какой-нибудь альпийской деревушке Мурнау, известной только местным болотом да памятью о жившем здесь в летние сезоны Кандинским, собирались протестовать против масок чуть не тысячи людей, причем доходило до стычек с полицией. В тишайшем Мурнау?! И так – в десятках, если не сотнях деревенек и городков. Одновременно ряды ковид-протестантов пополнили мои немецкие знакомые: очень неглупые люди. Причем – невероятная вещь, в некоторой растерянности отмечаемая немецкой прессой – эти демонстрации впервые стали объединять ковид-диссидентов с упоротыми конспирологами, а также с ультраправыми маргиналами, типа рейхсбюргеров, «граждан Рейха». Чтобы не вдаваться в политические детали: доселе в Германии считалось, что якшаться с рейхсбюргами – это примерно как пригласить на собственную свадьбу посаженным гостем Милонова.

И я тоже пребывал в недоумении – ну не мог же весь мир так поглупеть?! – пока не дошло: мог. Если даже дураков и не стало принципиально больше, они стали заметнее. Всплыло на поверхность то, что раньше тихарилось и было маргинальным, а пандемия это усилила. Раньше как-то было принято скрывать, что часть людей от рождения – попросту ку-ку, отрицатели реальности, прущие поперек здравого смысла. И не принято было задумываться, почему эволюция не отбраковывает их, воспроизводя снова и снова. Условно говоря, 8-10 % людей неизменно (они такими родились!) в разные времена и в разных землях будут верить в плоскую Землю, в девственность Марии, в благостность Вицлипуцли, а также в то, что «ковид – просто сезонный грипп». Какой кол им на голове не теши и к какому позорному столбу их не прибивай, - они так устроены, и баста.

Потому что, вероятно, для развития человечества все же необходимы люди с мозгами набекрень: все эти создатели вечных двигателей и отрицатели аксиом. Потому что именно сомнение в очевидном заставляет, в конечном итоге, человечество эволюционировать. Да, 99,99% попыток дураков опровергнуть умников останутся попытками дураков, но в одной сотой срабатывают, причем к общей пользе.

Повторю: голос дураков очень долго был тих. Он впервые повысил свою громкость и цену в эпоху выборной демократии, когда голос избирателя-идиота сравнялся в цене с голосом избирателя-умницы. Не все умники с этим смирились (у Акунина в «Счастливой России» есть серьезное рассуждение о необходимости избирательных квот), но, смирившись, стали использовать. Я это вижу по Германии, где выборы – реальность, а не фикция. Здесь люди на всех выборных должностях, от бургомистров до канцера, без конца публично обсуждают, что, как почему и зачем они собираются делать, а журналисты задают им наиехиднейшие вопросы. Смысл этой публичности – дойти до каждого избирателя, лишить его ощущения, что его использовали для избрания, а дальше забыли.

А второй прорыв дураков случился благодаря информационной демократии в эпоху интернета. Когда рухнули все прежние иерархии, когда публичная информация перестала проходить многоуровневую проверку, - и на сетевую публикацию получил право каждый идиот. Это еще нами не осознано, прежняя система информационного предмодерирования рухнула недавно. Двадцать лет назад сплетня еще знала свое место: на скамеечке перед подъездом на правах маргиналии. А сейчас она имеет равные права с сознательным и ответственным информированием. Поэтому сегодня любой идиот выходит в сеть и квакает: «Это просто грипп, я не буду носить намордник!». Ну, или еще проще: заходит на страницу к умнику и пишет гадости, как справляет нужду.

Вдобавок выяснилось еще одна вещь. Сети оказались не столько новыми средствами массовой информации, сколько средствами массовой коммуникации и организации. Благодаря им рассеянные в пространстве идиоты стали липнуть друг к другу: раньше так умели только умники. И в Германии этот процесс – объединения рептилоидоверцев с упоротыми рейхсбюргерами, расистов из партии AfD с 5G-отрицателями, ковид-диссидентов с христианами спинного мозга, чтобы идти против прежних элит плечом к плечу, без масок, дыхание в дыхание, против полиции, даешь Рейхстаг, можем повторить! – куда заметнее, чем в России. Ведь в Германии власть не может запретить митинг или демонстрацию. А умение объединяться в бунд, в ферайн, в общество – одно из главных в немецком характере. И эти ребята, боюсь, дадут еще звону не только в ковид…

Как и многие другие умники (ну не к дуракам же себя относить!), я растерян. Ведь эти, без намордников, рискуют не только своей жизнью, но моей, когда кричат, что они противники «масочной диктатуры». Спорить с ними бесполезно. Аргументы, что во время лесного пожара в лес запрещают входить, и ущемления свобод в этом нет, - они не воспринимают.

Но такова, дорогие умники, наша новая реальность, в которой дурак гарцует. И нам нужно думать, как с этим быть.

Дмитрий Губин, Росбалт.