Напомним, парня с тяжелой инвалидностью, по имени Альберт, 10 июня перевели в Групповой дом на улице Приедайнес из государственного центра долгосрочного социального ухода и реабилитации (VSAC), куда он попал в начале года после того, как перестал по возрасту подходить для детского учреждения.

Представители Группового дома были в шоке от увиденного. К тому моменту, как юноша попал к ним, его вес с записанных в документах 36,4 кг снизился до критических 28,5 кг.

"Он был физически и эмоционально полностью истощён. Его взгляд был пустым, тело — измождённым, состояние, на наш взгляд, угрожало жизни. Его заморили голодом (позже эти слова нам сказала его семейный врач, которая заботилась о нём в пансионате). И его заморили голодом не потому, что в пансионате не хватало еды, а потому, что его кормление требует времени", - рассказала тогда представитель Латвийского движения за независимую жизнь.

Работники группового дома потребовали разбирательства и обратились в министерство с просьбой оценить ситуацию. И вот на прошлой неделе они получили ответ от официальных служб.

"Ответ вкратце можно сформулировать в четырех словах — в государстве все в порядке! Все просто отлично. За тобой якобы отлично ухаживали (опекун пишет обращаясь к Альберту - прим press.lv), специалисты министерства на месте наблюдали, как организован для тебя сервис. Все происходит в соответствии с требованиями внешних и внутренних нормативных актов. Если бы ты умер, то и это, скорее всего, произошло бы в соответствии с требованиями нормативных актов. Все всё сделали отлично. И оказывается, вина на самом деле в том, что у тебя глубокое психическое расстройство, ты требуешь ухода и у тебя есть изменения в поведении. Впрочем, Инспекция здравоохранения добавляет, что вероятно, стресс мог повлиять на тебя, и поэтому ты истощен.

А у омбудсмена Латвийской Республики в этом случае нет оснований возбуждать проверку! При этих словах наступает тотальное чувство беспомощности. Как будто мы на краю бездны. Еще шаг…. Как низко нам нужно упасть, чтобы какое-то государственное учреждение все-таки встало на сторону человека. Не на сторону системы, не на сторону ведомства, не думало о своем комфорте и безопасности, а думало о человеке.

За эти месяцы, с тех пор как мы рассказали историю об Альберте и подняли тревогу, ни у одного (!) из учреждений, проводивших проверку, не возникло желания поинтересоваться, как там Альберт. Просто по-человечески поинтересоваться. Просто проявить заботу. Создается впечатление, что все боятся человечности, как будто это вирус, который может прилипнуть, и тогда может случиться что-то, чего чиновники не хотят. У них вдруг может начать болеть сердце за людей.

Я многое могу попытаться понять, но то, как учреждения могут пытаться оценить то, что произошло с человеком, не интересуясь самим человеком и его динамикой после выхода из учреждения ухода, этого я понять не могу. И, наверное, никогда не пойму…", - пишет опекун парня.

Она отмечает, что прекращает попытки найти виноватых, потому что не может больше тратить ресурс на борьбу с "ветряными мельницами".