“Вчера Eurostat подтвердил, что Латвия теперь уже совершенно официально находится на последнем месте в Европейском союзе. Не сомневаюсь, что народ снова соберётся на Домской площади, чтобы выразить своё осуждение и своё отношение к правящим. Или, возможно, я слишком наивен?” - поиронизировал над латвийскими успехами известный режиссёр Алвис Херманис. Возможно, именно этот показатель и стал реальной причиной его разочарования в большой латвийской политике, куда он было собрался идти на крыльях движения "Без партий". Но, как писал поэт, он из лесу вышел - и сразу вошел...

Так что произошло и чем же важен этот показатель, который наглядно отвечает на вопрос: почему у среднего латвийца при не самой плохой зарплате по ЕС денег не хватает почти никогда. Почему какие-то проценты вызвали такую нервную реакцию в политическом истеблишменте?

AIC  -  это не рейтинг «богатых и бедных», а показатель того, сколько товаров и услуг реально потребляет средний человек после выплаты налогов. При этом учитываются также и  бесплатные государственные услуги (при последнем пояснении у многих жителей страны появляются нехорошие ухмылки).

Итак, на 2024 год, средний уровень AIC по ЕС принят за 100%. В Латвии этот показатель составил около 72% — самый низкий результат среди всех стран Евросоюза. Даже ниже, чему у вошедших в состав ЕС буквально “вчера” Румынии и Болгарии.

 Для сравнения: в Литве он составляет около 89%, в Эстонии — около 76%.

Важно понимать, что AIC — показатель жёсткий. Он учитывает и бесплатную медицину, и образование, и корректировку цен по покупательной способности. То есть это не «голые зарплаты» и не ВВП, а именно то, что остаётся у людей для жизни. У латвийцев после оплаты всех счетов и якобы бесплатных госуслуг – вот столько и остаётся.

Именно поэтому опубликованные данные вызвали такую резкую реакцию.

Раньше можно было говорить, что низкие доходы частично компенсируются государственными услугами. Но AIC показывает, что даже с этой компенсацией жители Латвии потребляют меньше товаров и услуг, чем жители любой другой страны ЕС.

Почему так происходит, становится ясно, если посмотреть на структуру наших с вами обязательных расходов.

Так, по данным OECD, доля личных расходов населения на здравоохранение в Латвии составляет около 35% от всех медицинских затрат — при среднем уровне по ЕС около 15%. Это один из худших показателей в Евросоюзе. Латвия неоднократно критиковалась за это в докладах OECD Health at a Glance как страна с высоким финансовым барьером доступа к медицинской помощи.

Схожая ситуация и с лекарствами. Несмотря на реформы 2024–2025 годов, аптечная корзина в Латвии остаётся одной из самых дорогих в регионе, а расходы на медикаменты занимают заметно большую долю семейного бюджета, чем в Литве или Эстонии. Этот фактор регулярно упоминается в оценках Европейской комиссии и аналитических обзорах Всемирного банка, как показатель увеличивающией риски уже даже не для уровня жизни, а самой жизни и демографической устойчивости страны.

Цены на продукты питания в Латвии в среднем лишь немного ниже общеевропейских, а по ряду позиций — импортные крупы, переработанные продукты, одежда и обувь — могут быть выше, чем в соседних странах, включая Литву и Польшу. Eurostat неоднократно указывал, что в странах с маленьким рынком и слабой конкуренцией в розничной торговле эффект «дорогой базы» особенно сильно отражается на потреблении домохозяйств.

Образование формально бесплатно, но на практике родители оплачивают питание, продлёнку, дополнительные занятия, учебные материалы и цифровые сервисы. Без этих расходов участие ребёнка в школьной системе становится затруднительным.

В последние годы в Латвии и стоимость коммунальных платежей, а также электроэнергии и услуг связи для домохозяйств стала одной из самых высоких в Европейском союзе — не только относительно доходов, но и в прямом сравнении с другими странами ЕС. За электричество и интернет латвийские семьи платят больше, чем Германия, Франция или Испания, при том что уровень зарплат там существенно выше. Даже по сравнению с соседями — Литва и Эстония — расходы на электричество и связь в Латвии всё чаще оказываются выше или сопоставимы, но при более низких доходах. Эти расходы носят обязательный характер и не поддаются сокращению, поэтому именно они всё чаще «съедают» доходы и напрямую обрушивают фактический уровень потребления.

Отдельная статья — цифровые услуги и электронные платежи. В Латвии невозможно взаимодействовать с государством без интернета и электронной идентификации: налоговая служба, медицина, муниципальные услуги, электронный адрес, Smart-ID. Связь и интернет формально являются рыночными услугами, но фактически стали обязательными. К этому добавляются комиссии за электронные платежи и обслуживание, без которых невозможно оплачивать счета, налоги и базовые услуги. Эти расходы не всегда бросаются в глаза, но стабильно отнимают часть семейного бюджета.

Все эти траты не выглядят как налоги, но без них нормальная жизнь невозможна.

Важно и то, что проблема не сводится к простой формуле «в Латвии всё дорого». По данным Eurostat, общий уровень цен в стране в 2024 году находился примерно на 90–92% от среднего по ЕС, то есть формально Латвия не относится к самым дорогим странам Союза. Однако ключевая особенность в другом: отдельные базовые категории стоят дорого именно относительно доходов.

То есть низкий показатель AIC в Латвии — это прямой результат системы скрытого двойного налогообложения.

Первый раз житель Латвии платит государству при получении зарплаты: налоги на рабочую силу у нас остаются одними из самых высоких в ОЭСР, что уже ограничивает покупательную способность на старте. Но настоящий удар наносит «второй налог» — скрытый.

В отличие от «старой Европы», где налоги действительно покрывают базовые потребности (медицину, образование, безопасность), в Латвии уплаченные налоги являются лишь «входным билетом», который дает право… платить дальше и здесь фантазия, простите, маркетинговые ходы – безграничны.

В итоге реальный доход латвийца после выплаты всех «налогов на жизнь» оказывается значительно ниже номинального. Это и объясняет феномен: зарплаты в статистике растут, а реальное потребление (AIC) падает на дно европейского рейтинга. Мы платим за государство дважды, но получаем услуг меньше, чем соседи.

Низкий AIC в Латвии — это  ещё и результат рыночного бессилия. Маленький рынок позволяет монополистам (энергетика, связь, ритейл) держать цены выше, чем они должны быть. А государство вместо того, чтобы регулировать эти аппетиты, само становится бенефициаром высоких цен (через НДС и дивиденды госкомпаний вроде Latvenergo).

Последнее место по AIC не означает, что Латвия — страна нищеты. Это означает другое: после всех обязательных расходов и с учётом государственных услуг у среднего жителя Латвии остаётся меньше ресурсов для жизни, чем у жителей любой другой страны Евросоюза. Именно это и стало причиной общественного скандала. Просто сама жизнь в Латвии для обывателя становится невыносимо дорогой.