«Ушакова обвиняют в какой-то ерунде»: как это может быть связано с выборами, рассуждает Марис Краутманис

Тюремный срок одного бывшего мэра Юрмалы, осуждение мэра Вентспилса в первой инстанции, задержание мэра Елгавы перед выборами, долгая жизнь мэра Огре в тени обвинений, где он был по счастью оправдан, и прочие другие дела. Естественно, и экс-мэр Риги уже 12 лет находится «под микроскопом».

Что же это за предмет «стратегического значения»? В чем обвиняют Ушакова? Что ему грозит?

При поиске компромата следователи случайно обнаружили папку/книгу, в которую вмонтирована видеокамера со шнуром и переходником. Неизвестно, нашли ли следователи что-либо ценное у Ушакова, но это дело не об этом — дело о папке или книге, в которой спрятана видеокамера. Это считается «нарушением правил обращения товаров стратегического значения». Согласно части второй статьи 237.1 Уголовного кодекса, это наказывается лишением свободы на срок до двух лет, либо временным лишением свободы, либо условным надзором, либо привлечением к общественным работам, либо штрафом с лишением права на определенную профессию на срок до пяти лет.

Это жестко. Так что, если Ушаков не будет сидеть в подвале, то будет сгребать листья возле кладбища.

Страшно неловко не за Ушакова, а за правоохранительные органы Латвии, которые действовали по таким же принципам, как в какой-нибудь диктаторской соседней стране. В России нередко, когда обращаются против оппозиционеров, при обыске обнаруживают какие-нибудь гильзы или горстку травы, что позволяет не выдвигать политическое обвинение, а создать уголовный процесс за хранение оружия или наркотиков.

Таким же лицемерным образом следователи отвернулись от Ушакова. Если они не могут найти что-то действительно серьезное, то находят абсурдный предлог для выдвижения обвинения.

Из каких глубин постсоветских времен появилась статья Уголовного Закона о таком «правонарушении»? Я думаю, что этот закон, если следующий Сейм будет последовательным, придется хорошенько пересмотреть и внести в него изменения, соответствующие современным реалиям.

Как могло случиться, что простая видеокамера вдруг стала «товаром стратегического значения»?

У каждого есть видеокамера в мобильном телефоне. Город и Рижская дума также «утыканы» видеокамерами. Все хотят наблюдать за всеми. Блогеры хотят вести блоги. Что было бы преступного, если бы мэр Риги хотел наблюдать за посетителями в своем кабинете, если бы у него было такое желание

Предположим, приходит бизнесмен «N» и предлагает или дает взятку мэру. Мэр разоблачает его, показывая правоохранительным органам запись. Затем суд уже решает, являются ли такие доказательства допустимыми.

Но речь совсем не об этом. Судя по заявлениям Ушакова, он не знает и не помнит, как такой предмет мог оказаться в его кабинете. Может быть, нашёлся посетитель, который захотел поиграть в великого шпиона и подарил мэру вот такую ​​книгу — видеокамеру на память. Вполне возможно, что Ушаков мог забыть такой эпизод. В Рижской думе много всяких пыльных сувениров из разных стран и от разных людей, а некоторые из них остались и в кабинете городского председателя.

Однако Ушаков говорит, что совершенно не знает, как видеокамера попала в его кабинет. Может быть, его поместил туда кто-то, желающий следить за Ушаковым? Ее положии туда, а потом не могли проникнуть, чтобы забрать полученную информацию?

В чем его обвиняют, в чем же виноват Ушаков?

Ходили же истории о том, что Ушаков, возможно, был замешан во всевозможных махинациях с «нановодами», систематически прикрывал преступные закупки «Rīgas satiksme», имел связь с тем, что у городских компаний были советники, советы которых были фиктивными. Если бы речь шла о чем-то подобном, то это было бы что-то более или менее серьезное. Но ведь этот иск об абсолютном абсурде.

Каждый день судебной власти дорог — приходится тратить время судей, прокуроров, адвокатов и работников суда. Есть и электричество, компьютерная техника и коммунальные платежи. Это время суд мог бы посвятить рассмотрению реальных уголовных дел.

Однако всю эту неделю суд будет вынужден заниматься ерундой — тем, что одна сторона поторопилась с обвинением против другой стороны. Даже у детских игр в песочнице больше ценности – в них дети приобретают навыки, которые пригодятся им в будущем. В случае с Ушаковым — это уже прошлое — он был мэром столицы три созыва, а теперь уже нет.

Следует полагать, что особого заговора с тем, что сейчас предвыборное время, нет. Просто совпало. Однако это может повлиять на результаты выборов совсем иначе, а вовсе не так, как рассчитывают латвийские партии.

Увидев, как несправедливо судят Ушакова, жители Кенгарагса, Зиепниеккалнса и Болдераи вспомнят, что был такой мэр, и это может сплотить их в голосовании за «Согласие». Ведь эти жители, как правило, голосуют вовсе не за Национальное объединение.

Хотели эффекта, а вместо этого получился дефект.

Фото LETA.