Труп учительницы нашли в лесу под Елгавой: преступления 1950-х

…30-летняя Александра А., работавшая учительницей в Вирцавской средней школе, исчезла 30 марта 1959 года. Начались поиски, продолжавшиеся неделю. Наконец тело с признаками насильственной смерти было обнаружено в лесу в 300 метрах от дороги. Работники Елгавского райотдела милиции совместно с прибывшими из Риги оперативниками уголовного розыска приступили к расследованию.

Но еще с момента осмотра места происшествия в качестве приоритетной была выбрана наиболее легкая версия. Под нее и стали подгонять факты и улики. Убийцей А., решили опера, является ее муж — Василий Л., бригадир местной Машинно-тракторной станции.

Эта версия казалась вполне правдоподобной. Супруги на самом деле жили между собой плохо, часто скандалили. Василий любил выпить, находился как будто в интимной связи с другими женщинами. Но это ему не мешало на почве ревности в пьяном виде оскорблять и даже избивать свою жену.

О тайных сторонах жизни внешне благополучной семейной пары рассказывали соседки. Вроде бы они слышали разговоры на повышенных тонах. Но факты побоев никогда задокументированы не были. Врача не вызывали.

Весомой уликой стало обнаружение в лесу, на месте, где нашли убитую, неподалеку от трупа номера газеты «Советская молодежь», которую выписывал Л. Подозрения против него усугублялись и тем, что он не поторопился с заявлением об исчезновении жены. Это сделала за него директор Вирцавской средней школы Кипере.

Вести расследование было поручено следователю по важнейшим делам прокуратуры Латвийской ССР Смирнову. Он тоже сделал все, чтобы доказать, что налицо обыкновенное убийство на бытовой почве. Об этом еще в самом начале расследования было доложено начальству. В доказательство этого приводился факт о том, что Л. избил жену селедкой.

Три месяца следователь вместе с операми занимался сбором доказательств виновности мужа в убийстве своей супруги. И в начале июля Смирнов пришел к окончательному выводу, что преступление раскрыто, и вынес санкционированное прокурором постановление об аресте Л. При этом ни у кого из работников милиции, принимавших участие в расследовании, не было ни тени сомнения в том, что на фоне отсутствия прямых доказательств причастия обвиняемого к убийству косвенные улики и стечение неблагоприятных обстоятельств не могут служить доказательством виновности человека.

У арестованного в ходе продолжительных допросов стали упорно выбивать признание. Ретивого следователя даже не остановил тот факт, что при осмотра трупа Александры было установлено, что убийца пытался ее изнасиловать.

Настоящего убийцу нашли случайно

Начальство торопило следователя Смирнова поскорее передавать дело с суд. И все шло к тому, что человек был бы осужден за преступление, которого он не совершал. Но 8 июля совершенно случайно задержали настоящего убийцу. Им оказался неоднократно судимый за грабежи Таливалдс В.

В соседнем Добельском районе был ограблен продуктовый ларек. По почерку совершения преступления к нему мог быть причастен разыскиваемый за аналогичные деяния Л. В месте его возможного появления в лесу организовали засаду. Но вместо Л. на опушку леса вышел парень. Он вел себя непринужденно и подошел к милиционерам, стоявшим в оцеплении, попросив закурить. Но такое поведение вызвало подозрение у стражей порядка, и они доставили парня в райотдел.

Уже через несколько часов В., отвечая на вопрос сотрудника милиции, откуда у него часы, сказал: «С руки той, которая убита». С этой неосторожно брошенной фразы и началось разоблачение убийцы.

Таливалдс В. долгое время жил в Вирцаве без прописки, у сестры, и нигде не работал, занимаясь, как он сам говорил, кражами. Хотя ему было только 26 лет, но он уже был четырежды судим за разбои и грабежи.

Местный участковый не имел ни малейшего понятия, что на его территории проживает столь проблемный клиент. И, чувствуя свою безнаказанность, парень совершил еще одно изнасилование, а потом просто переехал жить в соседний район. Мало того, он умудрился побывать на месте совершения убийства еще раз уже после того, как территория была обследована работниками милиции. Те даже не посчитали нужным организовать наблюдение.

Помимо часов у парня нашли нож, под рукояткой которого, хотя убийца и пытался его тщательно отмыть, обнаружили частички крови, принадлежавшие погибшей учительнице. Под тяжестью улик обвиняемый сознался в совершении преступления и показал в ходе следственного эксперимента свои действия на местности.

Открытый судебный процесс

А потом был суд. В те времена часто проводили открытые судебные заседания в Домах культуры, где могли присутствовать все желающие. И зал всегда был переполнен. Телевизоры тогда были большой редкостью, а кроме кино и танцев, в провинциальных городках не было других развлечений.

Об этом уголовном процессе сообщалось в газетах «Советская Латвия», CINa, Советская молодежь, а также в районной прессе. В новом просторном двухэтажном Доме культуры Елгавы три дня заседала выездная сессия Верховного суда Латвийской ССР. В переполненном до отказа зрительном зале сидели рабочие и работницы елгавских предприятий, педагоги, колхозники Вирцавского сельсовета, представители прессы.

Скамью подсудимых занимал Таливалдс В., 1932 года рождения, без определенных занятий, обвиняемый в зверском убийстве педагога — 30-летней Александры А. Внешний облик подсудимого не создавал впечатления убийцы. Невысокого роста, худощавый, с наголо бритой головой, с круглым лицом, он был одет в коричневую куртку с модной кокеткой на спине.

Но маленькие, словно буравчики, глубоко сидящие глаза изобличали его не менее, чем находившиеся на судебном столе неоспоримые вещественные доказательства. В его глазах каждый, сидевший в зрительном зале, мог прочитать злобу и ненависть ко всем окружающим: к судьям, свидетелям, подробно рассказывающим о нем, к прокурорам, адвокату, к сидящим в зале советским труженикам.

В. вел себя во время судебного заседания так, словно речь шла не о нем. Отказавшись отвечать на все вопросы суда, обвинителя и адвоката, он молчал, сжав упрямо губы, сидел на скамье подсудимых, делая вид, что его ничего не интересует. Такая тактика ему не помогла.

После трехдневного детального разбирательства Верховный суд Латвийской ССР признал подсудимого виновным в убийстве и приговорил его к высшей мере наказания — к расстрелу. Как сообщал автор публикации в газете «Советская молодежь», присутствующие в зале суда встретили приговор аплодисментами.

Александр ВАЛЬТЕР