Видео
В мире
Телеканал NBC показал сюжет о детском военизированном лагере, организованном под Киевом. Сюжет фильма построен в форме диалога редактора NBC с автором фильма журналистом Спайком Джонсоном. Беседа происходит на фоне кадров, снятых лагере. Ребята занимаются военной подготовкой, спортивными тренировками, реконструкциями реальных боев и учатся ненавидеть «москалей».
***
«Какой у нас девиз? Мы — дети Украины! Пусть Москва лежит в руинах, нам на это начихать! Мы завоюем весь мир! Смерть, смерть „москалям"!»
***
Спайк Джонсон: Алло!
Редактор: Привет, Спайк. Как у тебя дела?
— Спасибо, все хорошо.
— Я посмотрела документальный фильм, который ты снял для нас на Украине. Я бы хотела, чтобы ты кое-что пояснил. То что мы видим: это дети, которые отдыхают в лагере и поют песни, сидя вокруг костра?
— Да. Это летний лагерь для детей, организованный под Киевом военным батальоном. Летние детские лагеря — распространенное явление на Украине. Но этот отличается от них своей экстремальностью. (Слышен крик девочки и голос инструктора: «Это девочка!»). Эти ребята приезжают в лагерь на неделю. Они разучивают патриотические песни, занимаются военной и огневой подготовкой. Половина детей, которые видны на кадрах, имеют непосредственное отношение к батальону «Азов».
— Что представляет собой «Азов»?
— «Азов» — это военизированное украинское подразделение, имеющее неоднозначную репутацию. После аннексии Крыма (Россией) у украинской регулярной армии не было достаточного количества солдат, чтобы воевать. Поэтому украинские граждане сами организовали добровольческие батальоны. Один из них — «Азов». Вскоре после ноября 2014 года «Азов» вошел в состав Национальной гвардии (Украины). Так что теперь это легальная структура.
***
«Когда ты ребенок, у тебя нет представления о войне. Сегодня мы должны объяснять им, чтобы они понимали, что это такое», — рассказывает инструктор батальона «Азов» с позывным «капитан Gold».
«Это было мое решение. Я с прошлого года хотел приехать в этот лагерь, и моя мечта сбылась», — уверяет девятилетний воспитанник лагеря с позывным «Smolny».
***
— Он потрясающий мальчик, этот «Smolny». Он хорошо знает патриотическую литературу и стихи… Дети живут в палатках. Иногда их будят в три часа ночи при помощи пиротехнических взрывов или дымовых гранат. Ребята должы покинуть свои палатки и моделировать участие в боевых действиях. Им нравится этим заниматься.
***
«Мы мальчики-орлята, мы юные соколы!»
***
— Эти инструкторы видели боевые действия, верно? Против кого они вообще сражаются, на этих архивных записях?
— Они борются со сторонниками России. Это не Российская армия, это российские повстанцы, я полагаю. Или даже сторонники России украинского происхождения.
***
«Я не придерживаюсь левых взглядов, я — не коммунист, не нацист и не фашист. Я — украинский националист».
***
— Я хочу остановиться на этой теме — на теме национализма. Что они имеют в виду, называя себя украинскими националистами?
— Во первых, не быть русскими. Потому что за последние 100 лет Россия притесняла (Украину), попирала ее границы. И, во-вторых, сохранять любую украинскую идентичность, которая у них была и есть до сих пор. Таким образом, они находятся между Россией и ее идеологией, но они также не хотят присоединяться к Западной Европе, в которой проходят либеральные реформы.
***
«Вернем Крым, затем Кубань, и прогоним московскую (далее непристойное слово — прим. ред.)!»
«Таким образом хотим прививать эти идеи нашим детям, мы хотим, чтобы они любили Украину, не предавали ее. Сегодняшнее поколение должно заложить фундамент для будущего».
«Быстрее, быстрее, быстрее!» (голос за кадром).
***
— На твой взгляд, люди на Украине одобряют существование таких лагерей?
— Идея лагерей батальона «Азов» не так популярна, все зависит от того, с кем ты говоришь. Украинская публика благодарна им за работу, которую они сделали в 2014 году, с точки зрения спасения части восточной Украины. Но остальная часть Украины считает их идеологию радикальной. Они не любят иммигрантов, они не любят иностранцев.
***
«Бей москаля, бей москаля, складывайте трупы!»
«К сожалению, мы находимся в состоянии необъявленнной войны, — говорит медработник «Азова» с позывным «Mama». — Мы не учим своих детей отнимать жизни. Мы учим их культуре общения с оружием».
***
— Страхи, которые они испытывают, как-то связаны с национализмом?
— Как национализм связан с этими страхами? Они боятся, что их язык будет поглощен Россией. Это страх перед тем, что их земля станет частью России.
— Есть какой-нибудь аргумент в пользу того, что подобные лагеря помогут победить эти страхи, найти какое-то решение?
— Я полагаю, что сложно ответить на этот вопрос. Если бы дети не посещали эти лагеря, у них не было бы такого глубокого представления об истории отношений Украины и России. Но с другой стороны, если бы война подошла ближе, смогли бы они ее сдержать? Я не знаю. Я уверен, что подобные лагеря умножают страхи, но нужны ли они, я не знаю.
***
«Страх — это зло.
Страх — это черное нечто,
Которое сводит людей с ума».
***
— Я думаю, Спайк, что мы все обсудили.
— Спасибо, удачи.
