Прогулки по Риге: шахматные истории Верманского парка

В тот день погода не радовала: моросило. Но шахматисты не расходились – игра продолжалась под зонтиками. На вопрос о том, помнит ли кто-нибудь Михаила ТАЛЯ, мне показали поджарого человека в свитере и джинсах.

— Геннадий Федорович Кузнецов, — дружелюбно протянул он руку.

Дождь усилился, и мы отправились под навес – к центру «Вернисаж».

— Здесь когда-то была летняя веранда шахматного клуба, — показывает попутчик. — Тут и собирался весь шахматный цвет Риги: Михаил Таль, Алвис Витолиньш, Айварс Гипслис, Янис Клованс, Юзеф Петкевич… Приходили и любители шахмат. Посмотреть, как играют мастера, сами испытать силы. А какие тут устраивались сеансы одновременной игры и блиц-турниры! По блицам не было равных Талю и международному мастеру Витолиньшу. А рижский шахматный клуб был в Союзе в первой тройке – после Москвы и Ленинграда…

Поединки проходили и на скамейках, прилегавших к веранде. В летние погожие дни все они были заняты любителями популярной игры. Не потому, что на веранде не хватало места, просто за вход туда нужно было платить. А в парке можно было играть бесплатно.

— Тогда именно здесь – в шахматном клубе — начинался путь в большие шахматы. Новички обязательно должны были пройти клубную школу. Это сегодня можно никуда не выходить из дома — играть с компьютером, — сокрушается Виктор Федорович.

Сам он стал приходить сюда еще в раннем детстве – в 1950-е. Родители в шахматы не играли, любителем шахмат был сосед по дому – Федор Васильевич РЮМИН. Кстати говоря, зампредседателя Совнархоза Латвийской ССР. Он и научил мальчика азам и навсегда привил любовь к интеллектуальной игре.

— Тогда ведь еще и пропагандировали шахматы. Например, на Амату, 6, в ДК профсоюзов был Шахматный университет культуры. Каждую неделю проходили лекции, приезжали признанные мастера страны: Михаил Ботвинник, Виктор Корчной, Василий Смыслов, Лев Полугаевский…

В то время многие мальчишки записывались в шахматные секции. В том числе — в Рижский дворец пионеров. Геннадий Федорович в секции шахмат был недолго, сменил ее на более динамичный мотоспорт. Но и шахматы не бросил — стал кандидатом в мастера спорта.

В годы перемен и шахматы в Латвии начали хиреть – людям стало не до них. Хотя, по словам знатока, в мире интерес к шахматам не падает.

— Посмотрите, что творится на Западе! Масса турниров, фестивали с участием тысяч человек. Действующий чемпион мира – норвежец Магнус Карлсен, который носит это звание с 2013 года. А ведь это страна, которая прежде не считалась шахматной…

Ведущей шахматной державой остается и Россия. В Москве у Белорусского вокзала в шикарной гостинице – отличное помещение Дома шахмат. Проводятся турниры, престижные матчи комментируют известные мастера. Есть в российской столице и место, где любители встречаются на открытом воздухе, – в парке Горького. Как, впрочем, и в Питере – в Сосновке.

— Такие «верманские парки», где на открытом воздухе играют любители шахмат, не наше изобретение, — продолжает рассказчик. – Есть они и в бывшем Союзе, и в Европе. Да и в Риге это не единственное место, где играли в шахматы. Долгие годы – до середины 1990-х — баталии продолжались, к примеру, в Стрелковом парке – нынешнем Кронвалда…

Что касается Кировского парка, то на веранде шахматного клуба играли в теплое время года. Потом переходили в крытые помещения – на Яня сета, 7, на бульвар Падомью, 16.

— А сейчас у нас даже нет навеса над головой, — переходит Виктор Федорович к наболевшему. – Осенью, зимой с шахматными столиками перебираемся в окрестные кафе. Но тут все зависит от хозяина.

Например, хозяин пирожковой нас привечал: сам был любителем игры. Но сменился владелец — и нас попросили…

В ту пору, кода мэром Риги был Янис БИРКС, на просьбу любителей шахмат сделать что-нибудь для них в думе отреагировали своеобразно – установили дорогущий гранитный столик на эстраде. Для… двух шахматистов. Потом его убрали с эстрады.

— Деньги истратили, пользы никакой. Проще было бы соорудить обычный деревянный столик на 20 шахматных досок и навесы, — продолжает Геннадий Викторович.

Была когда-то у собеседника идея возродить в Риге шахматное кафе, которое до войны работало на улице Вальню. Не конкретно там – в любом другом месте. Обещали помощь и некоторые известные предприниматели — любители игры.

— Тут больших вложений не требовалось. Нужно было выделить какое-то помещение в кафе, инвентарь. Дать старт. И дело бы пошло! Это же интеллектуальная игра, популярная во всем мире. Но все потонуло в обещаниях, — машет рукой шахматист.

Ну а как все-таки с Талем? Видел ли его Геннадий Федорович?

— Видеть-то видел, но близко знаком не был: другое поколение. Однажды, когда Михаил Нехемьевич был уже в ранге чемпиона мира, был свидетелем, как он продемонстрировал какому-то любителю лучший ход. Таль был обаятельный человек, любил, между прочим, и настольный теннис. Иногда ехал играть в пинг-понг в Майори, в санаторий ДКБФ.

— Я читал, что Таль с юных лет стал приходить в парк, и деньги, которые давала мама на мороженое, проигрывал в шахматы. Верно ли?

— Возможно, легенда, не в курсе. Но то, что в парке часто играли на деньги – точно. В советское время это запрещалось, а люди все равно играли. И по рублю, и по 3, и по 5 за партию – солидные ставки. Знал, например, одного студента–перворазрядника, который здесь постоянно пополнял свой бюджет. Иногда по 25 рублей за день выигрывал. При месячной стипендии в 30 рублей это было существенное подспорье…

Случалось, что и не расплачивались. Что сделаешь: официально-то на деньги играть запрещалось.

А Геннадий Федорович не скрывает, что и сегодня играет на деньги. Только желающих мало. Те, кто знает его уровень, боятся. У кого-то нет денег. Бывает, впрочем, заглядывают иностранцы – любители шахмат.

— В этом нет ничего зазорного, — заканчивает беседу мастер самой интеллектуальной в мире игры. – В Копенгагене, например, видел шахматный столик, за которым сидел шахматист, а рядом — объявление: сколько получите, если выиграете, или сколько заплатите за проигрыш. Для меня шахматы сейчас не просто любимое хобби – возможность что-то наскрести к пенсии – жалкой и смешной. Жаль, что соперников все меньше…

Илья ДИМЕНШТЕЙН
(фото автора и из архива)