Перед выборами во Франции полная дезориентация

Ситуация во Франции за неделю до первого тура президентских выборов настолько запутанная, что даже президент ФРГ Франк-Вальтер Штайнмайер (Frank-Walter Steinmeier) отважился на весьма осторожную попытку вмешательства: он предостерег от победы правых популистов, чьи «песни сирен» обещают Франции великое будущее и хотят вывести страну из Евросоюза.

В Берлине, затаив дыхание, ожидают результатов первого тура голосования, ведь от этих выборов в конечном счете зависят будущее Евросоюза, благосостояние, мир, единство и многие другие его недооцененные блага.

Взлет экстремистов

В первом туре голосования избиратели решают сердцем. Во втором — рассудком. Так можно объяснить французскую избирательную систему, которая должна защитить от того, чтобы экстремисты обосновались в президентском дворце.

Между тем стремительный рост популярности старого коммуниста Жан-Люка Меланшона по итогам опросов делает возможной расстановку, при которой Меланшон во втором туре голосования поборется за победу против Марин Ле Пен.

За кого же проголосуют головой, а не сердцем, думающие о политике французы? То, что еще несколько недель назад казалось немыслимым, сейчас представляется вполне возможным. Успех Меланшона показывает, что многие французы хотят радикального решения.

Им кажется, что речь в меньшей степени идет о практическом решении их проблем, нежели о сильной идеологии с обещаниями славного будущего. Иначе как объяснить тот факт, что Ле Пен и Меланшон, по результатам опросов общественного мнения, суммарно могут набрать более 40 процентов голосов избирателей.

Избирательный ландшафт по обе стороны политической шкалы отчасти равнозначный: недовольные бывшие рабочие промышленных предприятий, которые всегда выбирали левых, потом отдавали предпочтение правым и могли снова вернуться к левым. Молодые избиратели, которые гневно требуют лишь изменений в парижской политической сфере, и зависимые от социальных выплат государства избиратели, которым кажется правильным любое радикальное воззвание, обещающее им лучшие условия жизни.

Похожие картинки

Радикальные левые зазывают французов лозунгом «Восстание во Франции» и обещают покинуть Евросоюз и НАТО, денационализировать промышленность и изменить политическую и экономическую модель так, чтобы положить конец финансовому капитализму. Как это должно происходить после того, как в Восточной Европе завершилась эра коммунизма, пока неясно. То, что отличает Меланшона от Марин Ле Пен, это идея интернационализма, для которой, впрочем, не найти партнеров во всем мире.

Кандидат от «Национального фронта» Марин Ле Пен, напротив, полностью делает ставку на патриотизм. «Сначала Франция» — таков ее лозунг, но ее экономическая программа практически не отличается от предложений радикальных левых сил. Такие же лозунги и обещания — выйти из состава ЕС и покинуть НАТО, национализировать крупные индустриальные объекты — для многих избирателей звучат заманчиво и не отличаются друг от друга. И французам следует смотреть очень внимательно, чтобы обнаружить неофашистское наследие у Марин Ле Пен, которая в последнем радиоинтервью открыто заявила, что не признает ответственность Франции за депортацию евреев правительством Виши.

Центр дробится

В таких условиях европейские соседи, как и юные французские граждане, возлагают надежду на Эмманюэля Макрона. Он — единственный, кто поддерживает проевропейский курс и предлагает прогрессивно- либеральную экономическую политику, которая должна наконец, реформировать закостенелую французскую систему.

Вначале Макрон радовался ликующему одобрению избирателей, но со временем они продемонстрировали свою нестабильность и, как показали результаты опросов, их позиция уже не была однозначной.

Наконец, четвертый главный участник предвыборной гонки — «король скандалов» Франсуа Фийон. Его сторонники живут в основном в сельской местности. Они остались верны ему, даже несмотря на расследование, которое ведется против Макрона, потому что консервативны до мозга костей либо потому, что верят в его курс реформ «а ля Маргарет Тэтчер».

Делать выбор головой

Для обеспокоенных наблюдателей и соседей сейчас есть только одна надежда — французы подавят свое стремление к великой идеологии и уже в первом туре проголосуют головой, а не сердцем. До этого времени можно лишь, затаив дыхание, ожидать окончания предвыборной кампании и надеяться, что французы последуют примеру голландцев и австрийцев и скажут «нет!» экстремизму.