…В XII армию, защищавшую Ригу, Косоуров попал в конце 1916–го. До этого год служил в Ревеле — участвовал в строительстве батареи Петра Великого. На рижском фронте Косоуров оказался в 23–м авиационном корпусе. У него было две специальности — военная и гражданская. Окончил Московский кадетский корпус имени Николая I и Межевой институт, где стал профессиональным картографом и геодезистом. Это–то и сыграло решающую роль при направлении его в авиачасть…

Держа в руках свидетельство об окончании кадетского корпуса 1911 года, испытываешь особое чувство. Белейшая бумага, великолепный каллиграфический почерк с завитушками и вензелями. Закон Божий отрок Николай, видимо, не особо любил — 6, зато по словесности, французскому, истории, алгебре, геометрии — высокие отметки: 9, 10 и даже 11!

Голубая кровь? Отнюдь нет. Николай Васильевич Косоуров — крестьянский сын, попавший в Москву из Ярославской губернии. К началу Первой мировой он успешно закончил два учебных заведения — получил профессиональное военное образование и гражданское. Вот вам и байки о "кухаркиных детях" и жесткой сословности в царские времена…

К концу 1915–го фронт в Риге стабилизировался. Вот что писал современник:

"Когда Рига была основательно опустошена и разорена, военное командование нашло, наконец, необходимым укрепление рижского района. Начали строиться укрепления, появились бесчисленные тыловые организации, придвинута была артиллерия и многочисленные пехотные части. Глядя на возводимые укрепления, многочисленную артиллерию, воздухоплавательные парки невольно зарождалась надежда, что Ригу взять германцам не удастся…"

Понемногу начали возвращаться и беженцы, спешно покидавшие Ригу в середине 1915–го, когда немцы стояли на подступах к городу. Да и почему им было не вернуться? Как писал тот же очевидец, деньги лились рекой, работы хватало, благодаря массовым тыловым организациям получить мешок крупы, сахара, кадку масла можно было по низкой заготовительной цене.

Газета "Рижское утро" на русском языке выходила тиражом 60 тысяч экземпляров! Работали антрепризы Рудина и Ангарова. В Царском саду (Виестура) выступала драматическая труппа, в Верманском — опереточная. Пьесы ставились в "Улье" (ныне Рижский русский театр), в "Казино" (на этом месте теперь Дом Москвы).

И на этом фоне сытой, разгульной жизни ХII армия вела повседневную окопную войну. Впрочем, война сделалась и для населения будничным явлением: люди привыкли к отдаленному орудийному грохоту и безошибочно по звуку определяли, в каком направлении идет бой.

В 23–м авиационном корпусе Косоуров стал летчиком–наблюдателем. Сохранилось фотоудостоверение, выданное подпоручику, летчику–наблюдателю Косоурову командиром авиационного корпуса капитаном Шульцем. На печати дата: 25 августа 1917 года.

Аэродром авиакорпуса базировался, предположительно, в районе нынешней Тейки. Русские летчики постоянно перелетали через линию фронта и докладывали о передвижениях вражеских войск. Гибли часто, потери были большие. Не только от вражеского огня — "летающие этажерки" разбивались даже от порывов сильного ветра с Балтики.

Фотоархив Николая Косоурова увековечил эпизоды тех дней. Сбитый самолет поручика наблюдателя Ольгерта Кундзиня и пилота Григория Добровольского. Они погибли, возвращаясь с корректировки артиллерийского огня. Отпевали летчиков в кафедральном соборе, хоронили на Покровском кладбище. Вместо памятника на могилах летчиков поставили пропеллеры от сбитого самолета.

Первый командир авиационного отряда поручик А. Калашников тоже разбился — 4 апреля 1917–го. Его сменил капитан Щульц. Под стягом триколора сражались представители разных вероисповеданий и национальностей.

22 мая 1917 года XII армия ждала приезда Александра Федоровича Керенского. Объектив Косоурова запечатлел исторический момент — бойцы авиационного корпуса в ожидании верховного главнокомандующего.

— Помните великолепный фильм "Служили два товарища" с Роланом Быковым и Олегом Янковским? — говорит внук авиатора. — Герой Янковского был военным фотографом и не раз поднимался в небо. Правда, в Гражданскую. Вот таким же я и представляю деда…

В обязанности Николая Косоурова входили корректировка артиллерийского огня, разведка местности. Его виды Риги, снятые из кабины самолета и увековечившие город в 1917–м, уникальны. Вот район за Воздушным мостом; вот — центр, Эспланада; вот окрестности улицы Ханзас. Негативы ничуть не пожелтели — это вам не фотобумага 1970–х! А исполнение! Видно, что снимал профессиональный картограф.

…Героизм авиаторов не смог удержать оборону — 3 сентября 1917–го в Ригу вошли кайзеровцы.

Вот что писал о причинах поражения современник:

"Солдаты несравненно больше присушивались к газете новых героев момента "Окопной Правде" и к латышской газете "Свободный Стрелок", чем к грозным приказам и истерическим речам приезжавшего Керенского. Почти непобедимая оборонительная линия Риго–Двинского района рухнула, подчинившись мнению русского солдата, что пора идти "до хаты"…"

После победы большевиков судьба привела Николая Косоурова в Москву. Он работал в одном из столичных вузов картографом. Умер в 1942–м, когда фашисты уже были выбиты из–под стен Первопрестольной. Архив завещал дочери, а та — своему сыну. В 1970–е сын переехал в Ригу — так архив оказался здесь.

Спустя почти век старые фотографии вновь ожили и теперь представлены широкой аудитории. И когда смотришь на старые снимки, кажется, что в эти минуты продолжается жизньлетчиков, до конца исполнявших долг при защите Риги…

Илья ДИМЕНШТЕЙН