Видео
В мире
Конечно, об этом знала министр иностранных дел [Байба Браже], я думаю, что об этом знали абсолютно все, кто имеет к этому отношение. Безусловно, она [Миериня] согласовала его... Наверняка был звонок и подвергнутому санкциям защитнику Трампа Айвару [Лембергсу], так что там был задействован весь спектр.
[Раньше] на внешнюю политику распространялось некое неписаное табу, что кто-то мог бы выйти с каким-то вопросом, не согласовав его. Даже для кого-то из так называемой большой внешнеполитической пятерки (президент страны, министр иностранных дел, премьер-министр, председатель Сейма, председатель Комиссии по иностранным делам Сейма) было неформально запрещено без согласования, консультаций или совместного соглашения по какому-либо вопросу выходить и начинать такие действия, как те, которые сейчас происходят вокруг подписанного Мерниной письма. Поэтому и был создан такой формат «большой пятерки».
Я помню из своего опыта, когда я вступил в должность премьер-министра, что одной из первых тем было распределение ролей между президентом и премьер-министром. Я немного стесняюсь сказать, что тогда было лучше, но тогда действительно было совершенно ясно, в каких форматах работает премьер-министр, а в каких – президент, но также было совершенно ясно, кто тогда был главным источником информации для обоих – это был министр иностранных дел [Ринкевич]. В данном случае, если министр иностранных дел занимается интригами, неясно, кто именно – президент, который в настоящее время берет все эти вопросы в свои руки, или премьер-министр, которая также хочет быть главной во всех этих внешнеполитических отношениях.
Вывод – самое большое несчастье в том, что внешняя политика для нас стала вопросом внутренней политики».
