Хочется верить, что жизнь в долг и ежегодные заимствования для покрытия бюджетного дефицита — явление временное и что в обозримом будущем страна сможет отказаться от жизни не по средствам. Более того, хочется верить, что мы сумеем зарабатывать и возвращать долги, не оставляя их в наследство следующим поколениям. Хочется верить и в то, что политики, которые сегодня активно выступают за ещё большее заимствование, оправдывая это тем, что у других стран долги ещё выше, будут критически оценены на ближайших выборах и вполне заслуженно окажутся на политической свалке истории.

Хочется верить, что на выборах осенью депутатские мандаты получат не те же самые люди под другими вывесками, а действительно лучшие из лучших. Это не исключает возможности остаться в политике и для некоторых нынешних деятелей, но только в том случае, если они действительно заслуживают этого.

Хочется верить, что кто-то понесёт реальную ответственность за допущенные ошибки, за непрофессиональные решения и бездействие, за впустую потраченное время и государственные средства, за нецелесообразно и нерационально «освоенные» деньги государственного бюджета и фондов Европейского союза. В том числе за очевидно расточительное строительство Rail Baltica, за сомнительные закупки внешних услуг для Центра защиты детей, за неумелое управление строительством новых корпусов больницы Страдыня и за другие подобные примеры.

Хочется быть наивным и не верить тем, кто утверждает, что громкие скандалы — всего лишь дымовая завеса, призванная отвлечь внимание от многочисленных проблем, упомянутых или не упомянутых публично. Хочется верить, что у происходящего есть объективные причины и честные объяснения, хотя сомнения никуда не исчезают.

Хочется верить и в то, что не только общество жертвует силами и средствами, поддерживая Украину в её войне против напавшей России. Хочется верить, что представители государства в этом вопросе делают всё возможное и максимально эффективно. Что дроны, которые Латвия как один из инициаторов дроновой коалиции отправляет в Украину, действительно лучшие из возможных, а сообщения о том, что западные поставки слишком дороги и технически устарели по сравнению с возможностями украинских производителей, преувеличены.

И сразу встаёт связанный с этим вопрос: готовы ли мы к тому, что вражеские дроны могут «случайно» полететь и в нашу сторону? Готовы ли службы обороны и внутренней безопасности предотвратить угрозу для мирных жителей? И укрепляется ли наша граница не хуже, чем, например, украинская граница с Белоруссией? Очень хочется верить, что так и есть.

Хочется верить и в то, что высокие зарплаты, щедрые премии, доплаты и бонусы, которые получают сотрудники ряда государственных учреждений, имеют под собой реальные основания. Что их эффективность, производительность и вклад в развитие государства не просто задекларированы, а действительно просчитаны и подтверждены убедительными цифрами.

Хочется верить и в то, что провозглашённый как почти священный Европейский зелёный курс со временем начнёт способствовать и развитию Латвии, а не только благополучию стран, производящих аккумуляторы и солнечные панели. Что экономический рост будет более равномерным и, например, в автомобильной отрасли государственная поддержка будет направлена прежде всего на электрификацию коммерческого автопарка, а не на субсидирование дорогих автомобилей, используемых скорее для демонстрации достатка, чем для реальных нужд экономики.

Этот список можно продолжать ещё долго. Но всё чаще в ответ звучит: «Хватит. Время ценностей и морали прошло. Сейчас снова в моде реальная политика. Главное — результат, а не идеал. Решения принимаются исходя из того, что работает в конкретный момент. Идеологии устарели, с противниками можно договариваться, если это выгодно. А если есть деньги, их нужно осваивать, а не долго обсуждать».

Да, всё это видно. Всё это известно. Но всё равно хочется быть наивным. Хочется верить в идеалы. Не хочется соглашаться с тем, что единственный возможный путь — стать циничным приверженцем реальной политики только потому, что «так делают все».