Медленно ракеты уплывают в даль: чем на самом деле может грозить Америке Россия

Конференция по разоружению в Женеве на этой неделе откровенно провалилась. США ее проигнорировали, прислав лишь третьестепенного чиновника, а главе МИД РФ Сергею Лаврову ничего не оставалось делать, как констатировать наличие «американских тактических ядерных зарядов» в Европе. Обсуждать пресловутое ядерное «разоружение» (для лохов так называется торг между Старым Светом и США) оказалось не с кем и незачем.

Вашингтон вообще последние лет 10-15 последовательно отказывается от каких-то долгосрочных прямых контактов и переговоров с Москвой, справедливо полагая, что действующего до 2021 года договора СНВ-3 (об ограничении ядерных арсеналов) хватает за глаза. А больше с военно-сырьевой колонией старой Европы и обсуждать нечего.

Большая доля правды в этом обидном для всех ценителей великодержавия факте присутствует. Торговый оборот США и РФ мизерный (чуть более 20 миллиардов долларов или менее 0,5% объема внешней торговли США), ничего интересного в плане науки, технологий и промышленности РФ продемонстрировать не может, экспортируя в США в основном минеральные удобрения, древесину, черные и цветные металлы.

Другое дело, что пока еще есть козыри, с которых она может зайти. Но время «годности» у них неумолимо истекает. Косвенным подтверждением того, что дела обстоят совсем кисло, стала истерика президента РФ Путина во время своего послания Федеральному собранию РФ 1 марта 2018 года, в ходе которого он сообщил о новом и страшном оружии. Помимо мультфильмов о подводных беспилотниках, речь зашла все о той же несуществующей баллистической ракете «Сармат» (РС-28).

Напомним, этот девайс разрабатывается в РФ порядка 15 лет и давно стал мягкой игрушкой в руках туземных политручков, пускающих слюни восторга от того, как «изделие» испепелит какую-нибудь богопротивную Калифорнию. Будем кратки:

— в 2018-2019 годах с вооружения придется снять последние советские стратегические баллистические ракеты с разделяющейся головной частью (РГЧ). На 2017 год на боевом дежурстве у РФ оставалось лишь 30 ракет РС-18 «Стилет» (из 300 выпущенных) и 46 Р-36М2 «Воевода» (из 500 выпущенных). Эти ракеты производились до 1985 и 1992 годов, соответственно. На эти ракетах находится более трети ядерных зарядов РФ. И это самое сложный для перехвата американцами тип носителей у РФ. С помощью этих ракет Москва может нанести США «неприемлемый ущерб», поразив крупные городские агломерации. Но замены им нет.

— изделие «Сармат» в декабре 2017 года прошло лишь первый этап бросковых испытаний (выкидывание пороховым зарядом из шахты макета ракеты), которые должны идти до середины 2018 года. Как показывает советский опыт, от бросковых испытаний ракеты до принятия ее на вооружение проходит не меньше 4-6 лет (чаще больше). Это верно даже в том случае, если пресловутый «Сармат» — лишь рестайлинг советских ракет Р-36М2.

Продлить же срок жизни советским межконтинентальным баллистическим ракетам (МБР), производившихся в Днепропетровске, уже невозможно. Все это ведет к тому, что с 2019-2020 годов у громыхающей ржавым советским оружием компании евразийских гопников не останется ядерных клыков. Все остальные носители ядерного оружия — ракетные комплексы «Ярс», «Тополь», не говоря уже о подлодках (при Путине активно достраиваются позднесоветские серии) или стратегической авиации, никакой серьезной угрозы для США создать не могут.

А от попыток воссоздать железнодорожные комплексы РФ в прошлом году официально отказалась.

Все это кардинальнейшим образом меняет баланс сил в нашем мире. В Вашингтоне это прекрасно понимают и никуда… не спешат, спокойно обсуждая программу модернизации носителей ядерных зарядов и самого ядерного оружия. Противопоставить этому РФ, чья экономика уже 4 года как находится в рецессии и чей научно-промышленный потенциал сведен примерно на уровень Египта или Индонезии, просто нечего.

Отсюда и истерия у говорящих голов: в ход пошли мультфильмы, заезженные разговоры о фантастическом «оружии возмездия» и «стремлении защитить суверенитет» (у страны, которая после каждого погрома своих диппредставительств в Киеве жалобно плачется в ОБСЕ и ООН).

Пока же тиски санкций против РФ медленно сжимаются: буквально вчера важный партнер «Роснефти» — американская ExxonMobil, заявила о прекращении сотрудничества с компанией гениального «военного переводчика» Игоря Сечина, потерявшего за последние пару лет на инвестициях в Венесуэлу, иракский Курдистан, Индию и ряд других кефирных мест порядка 10-12 миллиардов долларов. Это не говоря о том, что задолженность «Роснефти» приблизилась к 4 триллионам рублей, а попытка продать ее 19% пакет акций китайцам вылилась в дурной фарс.

Ожидается, что в 2018-2019 годах США нанесут окончательный удар по российскому нефтегазовому сектору, де-факто запретив западным сервисным компаниям обслуживать его. Своих современных технологий и оборудования добычи нефти и газа у северных евразийцев, долгие десятилетия проповедовавших чудесные принципы равенства зарплат у инженеров-конструкторов и дворников-таджиков, волшебным образом нет.

А значит, поиграть в «осажденную крепость» долго не получится: начнется обвальное сокращение добычи углеводородов, которые приносят более половины доходов федеральному бюджету (это не учитывая их косвенного влияния). Тут от дефицита кокаина не только крылатые супер-ракеты на ядерном двигателе можно придумать…

Источник.