Если сердце останавливается, но после этого ему все же удается вернуть пациента к жизни, медбрат чувствует прилив эйфории. Но так происходит далеко не всегда, многие пациенты в результате таких манипуляций умирают. Этот сценарий повторяется вновь и вновь на протяжении нескольких лет. Таким вполне мог бы быть сюжет психологическолго триллера или остросюжетного детектива. Но, к сожалению, это не выдуманная история.

Правдивая история медбрата-убийцы

По такой схеме пять лет действовал 42-летний Нильс Хёгель (Niels Högel), медбрат в клиниках Ольденбурга и Дельменхорста в немецкой федеральной земле Нижняя Саксония. Земельный суд в Ольденбурге в четверг, 6 июня, признал Хёгеля виновным в гибели 85 пациентов в возрасте от 34 до 96 лет в период с 2000 по 2005 годы. Еще в 15 случаях его вина не доказана. В общей сложности его обвиняли в убийстве 100 пациентов.

Нильса Хёгеля приговорили к пожизненному заключению. Одновременно суд констатировал особую тяжесть вины 42-летнего Хёгеля, что исключает его досрочное освобождение после 15 лет тюрьмы. Это уже второй процесс по делу Хёгеля, ранее уже приговоренного к пожизненному сроку за убийство шести пациентов.

Немецкие СМИ называют "процессом века" суд над медбратом Хёгелем - серийным убийцей, самым опасным в послевоенной истории Германии. Главным вопросом, который волнует всех в этом деле, является то, как на протяжении многих лет преступления Хёгеля оставались незамеченными?

Как серийный убийца оставался незамеченным?

Неужели коллеги Хёгеля из Ольденбурга и Дельмхорста ничего не замечали? Один из его бывших коллег по работе, ныне пенсионер, выступая свидетелем в суде, рассказал, что когда дело доходило до реанимации пациентов, Нильс Хёгель всегда стремился оказаться первым для проведения необходимых мер: "Он оттеснял тех, кто вообще-то нес ответственность за пациента. Но молодые и неопытные врачи были благодарны ему за помощь". За такую активность коллеги, по словам свидетеля, даже прозвали Хёгеля "спасателем Рэмбо".

Тем не менее, в какой-то момент медбрат-убийца оказался под подозрением - в Ольденбурге заметили, что в дни дежурства Хёгеля возросло число летальных исходов. Из-за этого его даже отстранили от работы в отделении интенсивной терапии.

Несмотря на это Нильс Хёгель получил хорошую рекомендацию от работодателя и перешел работать в другую клинику - в Дельменхорсте, где продолжил убивать пациентов. Следствие продолжает заниматься вопросом, как такое могло произойти. В отношении некоторых из бывших коллег Хёгеля ведется расследование.

Материалы дела Хёгеля

"Первые серьезные сигналы, подозрения и доказательства не были приняты к сведению, их проигнорировали или же предпочли скрыть", - сетует в беседе с DW профессор психиатрии в университете Виттена, главный врач клиники в немецком Хамме Карл Байне (Karl Beine).

По его мнению, это могло быть связано с тем, что мнимое "благо" собственной больницы было поставлено выше интересов пациентов. Байне также указал и на другую проблему: на протяжении 20 последних лет количество медперсонала в немецких больницах уменьшилось, а число пациентов выросло.

Чрезмерная занятость медперсонала могла стать одним из факторов того, что преступления Хёгеля долго оставались незамеченными со стороны его коллег, считает Байне: "Такой длительный срок, на протяжении которого совершались преступления, и такое большое число жертв, вполне можно объяснить, в том числе, чрезвычайно большой нагрузкой".

Пойман с поличным

Конец убийствам Хёгеля был положен в июне 2005 года. Один из медбратьев в клинике Дельменхорста увидел, как Хёгель проводит свои манипуляции со шприцем и готовит для пациента повышенную дозу лекарства.

Хёгеля уволили из клиники, затем началось расследование. Вначале его подозревали в попытке убийства, потом в совершении трех убийств. Затем появились другие улики, новые подозрения и обвинения. Было заведено дело. Позже Хёгель во всем сознался и в 2015 году впервые был осужден и приговорен к пожизненному заключению.

Но следствие на этом не закончилось. В дальнейшем были установлены новые жертвы, стал очевиден масштаб содеянных им  преступлений. В октябре 2018 года начался второй процесс по делу медбрата Хёгеля. Генеральная прокуратура обвинила его в гибели 100 человек. Подсудимый сознался в том, что убил 43 пациента. Обо всех остальных случаях, по его словам, он точно не помнит.

Когда во время судебного заседания у обвиняемого спрашивали о каждой его жертве, он всегда отвечал одинаково: "Я не помню. Но не исключено, что это было так". Журналист газеты Süddeutsche Zeitung, присутствовавший на процессе, так написал о подсудимом: "Он не выказывал раскаяния или сожаления. Он говорил лишь об удивлении, как такое возможно".

Отвечая на вопросы судьи, Хёгель признавал, что сам не знает, как мог дойти до такого. По его словам, он равнялся на профессионалов из отделения интенсивной терапии, которые якобы "тоже потеряли всякую человечность". В своем последнем слове Хёгель признал свою вину и принес извинения коллегам и родным погибших. Но произносящему монотонным голосом с листа дежурные слова убийце из находящихся в зале мало кто поверил.

Как медбрат стал убийцей?

Вынося приговор, суд указал на низменные мотивы действий Хёгеля - скуку и стремление добиться уважения коллег. Так что же он за человек, медбрат из скуки убивающий пациентов? Психопат, которого нельзя было допускать к такой работе?

Из того, что  известно о Нильсе Хёгеле, сложно понять, как он превратился в серийного убийцу. На первый взгляд, у него было счастливые детство и юность, никаких психологических травм и потрясений он не перенес. Хёгель вел обычную жизнь, ничем не привлекал к себе внимания.

Но специалисты рисуют другой его портрет. "Хёгель - экстремально нарциссический тип личности. Человек, который для того, чтобы стабилизировать свое лабильное эго, нуждался в признании, в том числе от коллег", - объясняет Карл Байне.

По его словам, Хёгель создавал такие ситуации, чтобы выйти из них победителем: "Он хотел блистать, хотел получать этот драйв, это наслаждение после успешной реанимации пациента". В обычной жизни он, по оценке профессора психиатрии, - ограниченный, грубый человек, лишенный сострадания и эмпатии. "Я полагаю, что он до сих пор не имеет понятия о том, какое ничем не измеримое горе он принес семьям погибших", - говорит Байне.