Вести еженедельник 7 Супер Секретов Mājas virtuve
LAT Пт, 5. Июня Завтра: Igors, Ingvars, Margots
Доступность

Француз, переехавший в Ригу: здесь люди более настоящие

Элиот родился и вырос в Париже, учился в Лионе, а работает в Риге. Портал Riga.lv встретился с парижским рижанином, чтобы узнать, как выжить без французского сыра и восполнить нехватку солнца, а также что такое есть у жителей Латвии, чего не хватает во Франции.

-- Я приехал в Ригу из Франции и живу здесь уже более двух лет. Такая возможность появилась благодаря французской программе, которая теперь доступна любому гражданину Европейского союза в возрасте до 28 лет, -- она позволяет несколько лет работать в любой стране мира. Так, я искал, куда бы отправиться, и нашел предложение в интересной мне компании.

Страна меня поначалу особенно не заинтриговала, но работа была хорошая, и я решил попробовать -- отправил заявку, и меня выбрали. Два месяца спустя я полетел в Ригу и теперь работаю здесь в финансовом департаменте французской компании, а скоро стану менеджером проекта.

Ранее я однажды уже был в Риге: очень давно приезжал к другу, который учился здесь по обмену. На мой взгляд, Латвия была далеким и холодным местом, и я думал: «Эта работа -- то, что ты хочешь, место -- нет, но ты найдешь способ приспособиться». Так я оказался в Риге, и, к счастью, очень скоро мне здесь по-настоящему понравилось -- я ни разу не пожалел о своем выборе.

Первое, что сделала моя мама, узнав о моем переезде в Латвию, -- прочитала в Википедии, какая в Латвии погода. Там было написано что-то о холодной и снежной зиме, холодном и дождливом лете. Эта маленькая деталь вогнала ее в депрессию -- для нее я, в общем-то, собирался уехать в in the middle of nowhere. Ну а в целом для семьи мой переезд не стал потрясением: мы часто путешествуем и редко находимся все вместе в одном городе.

Мой первый день в Риге выпал на конец ноября. Было очень серо и холодно, потом была долгая зима. Но я решил для себя, что нужно найти то, чем заменить солнце: людьми, с которыми можно поговорить, друзьями. В компании, где я работаю, много французов, человек десять, так что менее чем за неделю социальный вопрос для меня был решен. В целом мне понадобился месяц, чтобы привыкнуть к Риге и найти, чем тут можно заниматься.

В свободное время я хожу на городские выставки и мероприятия, недавно был у заснеженной горы на улице Деглава, а еще с друзьями снимали домик с сауной и барбекю, что посреди зимы особенно здорово. Вообще, событий в Риге много, вопрос только в мотивации. Главное -- интересоваться, где и что происходит.

Еще у вас много парков, гулять в них летом сплошное удовольствие. Или сесть с книжкой на солнышке. Мне нравится Луцавсала, ее пляж прямо в городе -- это лучшее место для прогулок летом.

Жители Латвии довольно холодные и закрытые; думаю, это может быть связано с историей страны. На Западе по-другому: вам достаточно выпить с кем-то несколько кружек пива в баре, и вы готовы обсуждать все на свете. С другой стороны, здесь тебя никто не станет лишний раз беспокоить, можно спокойно идти по улице и ничего не случится. Не хочешь с кем-то разговаривать -- не разговаривай на здоровье, это удобно, когда хочется спокойствия и тишины.

Культура в Латвии совершенно отличается от французской, она основывается на простых вещах, на природе и удовольствии от жизни, такой какая она есть. Мне очень нравится праздник Лиго, и вообще здорово, что люди проводят время на природе, это очень освежает мысли. Ваша культура открытая, к вам легко присоединиться -- местные гордятся тем, кем являются, и любят этим поделиться. Это мне очень нравится.

Если бы я мог привезти сюда что-то из Франции, это был бы сыр -- много сыра, разумеется. Сыр -- это сыр, это жизнь, это любовь! Есть также колбасы, которые я с радостью привез бы. Ну а остальное вроде можно найти: и вино, и рыбу -- она здесь бывает даже лучше, чем во Франции.

Из Риги во Францию я привез бы одно из свойств людей Латвии -- вы не жалуетесь. По сравнению с французами совсем не жалуетесь! Во Франции стоит тебе что-то сказать или сделать, все недовольны и говорят "нет, я не согласен", даже если на самом деле они согласны. Ну а здесь по-другому, люди могут быть не согласны, но все равно сделают что требуется. Этого нам не хватает -- простого отношения к жизни: во Франции нам хочется больше, больше и еще больше, и это не приводит к счастью или удовлетворению.

Думаю, я изменился с тех пор, как живу в Риге. Прежде такого не было, чтобы я жил в одном городе более 10 месяцев, постоянно переезжая в связи с учебой, практикой, работой. Так я и блуждал по миру, без места, которое мог бы назвать домом. Теперь прошло более двух лет, как я живу в одном городе и в одной квартире, я узнал это место по-настоящему и, можно сказать, успокоил свой разум.

Впрочем, обратно во Францию я ехать не собираюсь. Не то чтобы никогда, но в следующие 7-10 лет точно. Как я уже говорил, жизнь здесь более настоящая, люди вокруг честные, все как должно быть. Дома тебя постоянно осуждают, ты постоянно осуждаешь, это естественно, ну а здесь -- нет. Я иду по улице, вижу человека в странной одежде и думаю: ну и ладно. Во Франции я подумал бы: «Вы только посмотрите на этого странного парня!»

Смог бы я назвать Ригу своим вторым родным городом? Думаю, причина, по которой смог бы, -- это моя личная жизнь. Если бы я встретил здесь будущую жену, для меня было бы важно, чтобы наши дети знали Ригу и культуру Латвии в целом. Ну а то, как долго я еще буду работать здесь, очень зависит от моего работодателя; проект рассчитан до следующего года, и потом решится, захотят меня оставить здесь или направят в другое место.

(Riga.lv.)

 

Загрузка
Загрузка
Загрузка
Загрузка

Антрополог о московской родне: «Наташа начала угрожать ядерным ударом по Таллину»

Аймар Вентсель пишет о своей живущей в России родственнице Наташе и о том, что она думает об Эстонии. Люди вроде Наташи не меняются, как бы там ни фантазировали наши друзья "хороших русских", считает Вентсель, эстонский этнолог и антрополог. Его размышления публикует err.ee. 

У меня есть родственники в Москве. Когда-то, в конце XIX века кто-то из моих предков уехал в Москву на заработки – вроде, работать прислугой, – и так у нашей семьи появилась московская ветвь. Теснее всего в последние десятилетия я общался с Наташей, с которой мы родственники по линии ее бабушки.

Аймар Вентсель пишет о своей живущей в России родственнице Наташе и о том, что она думает об Эстонии. Люди вроде Наташи не меняются, как бы там ни фантазировали наши друзья "хороших русских", считает Вентсель, эстонский этнолог и антрополог. Его размышления публикует err.ee. 

У меня есть родственники в Москве. Когда-то, в конце XIX века кто-то из моих предков уехал в Москву на заработки – вроде, работать прислугой, – и так у нашей семьи появилась московская ветвь. Теснее всего в последние десятилетия я общался с Наташей, с которой мы родственники по линии ее бабушки.

Читать
Загрузка

«Ребёнка отшили у кассы»: Vivi признала ошибку с семейной скидкой

В Латвии снова вспыхнул спор о бюрократии в общественном транспорте. Один из пользователей соцсети X рассказал, что его сыну-подростку в Риге отказались продать билет на поезд Vivi со скидкой Goda ģimene, хотя у ребёнка была цифровая карта 3+ в телефоне и документ, удостоверяющий личность.

В Латвии снова вспыхнул спор о бюрократии в общественном транспорте. Один из пользователей соцсети X рассказал, что его сыну-подростку в Риге отказались продать билет на поезд Vivi со скидкой Goda ģimene, хотя у ребёнка была цифровая карта 3+ в телефоне и документ, удостоверяющий личность.

Читать

Ваш телефон может делать голову тяжелее: почему шея болит не просто так

Иногда человек думает, что у него устала шея от работы, возраста, плохой подушки или нервов. А потом выясняется, что главный подозреваемый весь день лежал у него в руке.

Иногда человек думает, что у него устала шея от работы, возраста, плохой подушки или нервов. А потом выясняется, что главный подозреваемый весь день лежал у него в руке.

Читать

В Балтийском море продали остров. По цене квартиры в Болдерае

Искусственный остров Остервильм в Балтийском море продали на аукционе в Гамбурге за 60 000 евро. Стартовая цена составляла 39 000 евро. Новым владельцем бывшей военной платформы времён ГДР стал австрийский предприниматель Оливер Пезендорфер, руководящий компанией McCube, которая занимается экологичными модульными домами. 

Искусственный остров Остервильм в Балтийском море продали на аукционе в Гамбурге за 60 000 евро. Стартовая цена составляла 39 000 евро. Новым владельцем бывшей военной платформы времён ГДР стал австрийский предприниматель Оливер Пезендорфер, руководящий компанией McCube, которая занимается экологичными модульными домами. 

Читать

Друидов и шаманов выгнали из армии США. Капелланов оставили

Министр войны США Пит Хегсет решил резко сократить число религиозных групп, которые могут направлять военных священнослужителей в армию. Как сообщает Military.com, вместо более чем 200 групп в официальном списке останется только 31.

Министр войны США Пит Хегсет решил резко сократить число религиозных групп, которые могут направлять военных священнослужителей в армию. Как сообщает Military.com, вместо более чем 200 групп в официальном списке останется только 31.

Читать

Наверное мы хорошо живем. Нелегалов к нам уже завозят французы на «Опеле»

В Аугшдаугавском крае пограничники задержали гражданина Франции, которого подозревают в перевозке людей, незаконно пересёкших государственную границу. Об этом сообщила представитель Государственной погранохраны Иоланта Бабишко.

В Аугшдаугавском крае пограничники задержали гражданина Франции, которого подозревают в перевозке людей, незаконно пересёкших государственную границу. Об этом сообщила представитель Государственной погранохраны Иоланта Бабишко.

Читать

Александр Невский курит в сторонке: кто утопил рыцарей в кровавой купели под Ашераденом — ныне Айзкраукле

История несправедлива не только к побежденным, но иногда и к самим победам. После фильма Эйзенштейна каждый школьник слышал о Ледовом побоище. Картина ясна и привычна: Александр Невский, рыцари, проломившийся лед, бегство врагов. Между тем для самого Ливонского ордена куда более страшным ударом стало другое сражение, случившееся спустя несколько десятилетий возле Ашераденского замка, нынешнего Айзкраукле.

История несправедлива не только к побежденным, но иногда и к самим победам. После фильма Эйзенштейна каждый школьник слышал о Ледовом побоище. Картина ясна и привычна: Александр Невский, рыцари, проломившийся лед, бегство врагов. Между тем для самого Ливонского ордена куда более страшным ударом стало другое сражение, случившееся спустя несколько десятилетий возле Ашераденского замка, нынешнего Айзкраукле.

Читать