Это же осьминог Дофлейна, а не Навальный! Официальная версия катастрофы на Камчатке не выдерживает критики

Виноваты были не то вулканы, не то водоросли.

«После штормов происходит повышение токсичности микроорганизмов в этой зоне, которое приводит к изменениям в кислороде, и из-за этого эти явления могут происходить», — объяснял глава Минприроды Дмитрий Кобылкин.

Говорили также про какой-то танкер, который плыл мимо, и у него была течь, и никто не знал, как танкер называется, но клялись, что течь уже заделали.

В пятницу версию о естественном характере явления подтвердил вице-президент РАН Андрей Адрианов на совещании у Кобылкина. Он заявил, что причина случившегося — «красный прилив», red tide.

В теории это вполне возможно. «Красные приливы» — это действительно ужасная гадость, которая убивает все в море. Это цветение одноклеточных водорослей-динофлагеллятов, которые, во-первых, вытесняют из воды кислород, и рыба элементарно дохнет без воздуха, а во-вторых, выделяют различные токсины, в первую очередь — бреветоксин.

Бреветоксин вызывает раздражение кожи у серферов и может быть смертельно опасен для человека, который съел гребешка, моллюска или мидию. Мидия — фильтратор, она сидит на дне, пропускает через себя воду и накапливает в тканях бреветоксин. В 1972-м и 1973-м «красный прилив» убил двух человек возле Порт-Морсби, а в 1976-м в Борнео пострадали 202 человека, и 7 из них умерли.

Конечно, с академиком спорить сложно. Но я поговорила со специалистами в области морской биологии — в частности, с Марией Воронцовой из IFAW, Григорием Цыдулко, специализирующимся на китах, и с Оганесом Таргуляном из «Гринписа». Цыдулко только что вернулся с Камчатки, а Таргулян и сейчас там.

Эти люди, скажем так, не уверены в версии академика, и вот их основные аргументы.

Первое.

«Красные приливы» обыкновенно возникают в другое время года — по той простой причине, что это цветение водорослей.

Водоросли цветут, когда океан разогревается. Сейчас он остывает. Кроме того, в этих местах (в отличие от Калифорнии) «красный прилив» нехарактерен. Такого еще не было, чтобы он убил столько живности.

Во-вторых, «красный прилив» в первую очередь влияет на животных, плавающих у поверхности или в толще воды. А тут мор касался в первую очередь донных животных. Григорий Цыдулко оговаривается, что он не является специалистом, но ему показалось, что характер повреждений у этих животных скорее химический.

Когда экологи приехали на пляж, они увидели большое количество выброшенных на берег двустворчатых моллюсков: все они были полураскрытые и со свежими моллюсками внутри. Это очень странно. Когда прилив выбрасывает здорового моллюска, он сжимает раковину и дожидается следующего прилива, а если моллюск раскрывается в море, то его кто-то обычно съедает. Эти моллюски были еще свежими, и такими же свежими, очевидно, были морские ежи, а между тем иглы у ежей уже были потеряны, как от химии.

Иначе говоря, на Халактырском пляже пострадали в первую очередь донные организмы, но при этом не наблюдалось массовой смертности рыб. Это картина для «красного прилива» нехарактерна, как нехарактерен и тип повреждений.

Третье обстоятельство, хорошо видное на карте, которую опубликовал Greenpeace, — это то, что загрязнение пошло с реки Налычева. Она вынесла что-то в океан, и очевидцы описывают это «что-то» как пену с желтым оттенком, маслянистую взвесь и пленку в океане. Пена от «красного прилива» может быть, но такая картина выглядит странной. Скорее перед нами — вещество, которое попало в океан вместе с водой реки Налычева. Разумеется, это не значит, что на спутниковых снимках мы наблюдаем само вещество. Мы наблюдаем грязь, которая попала в реку и океан после сильных ливней, — и эти ливни, вероятно, размыли что-то, кроме грязи.

Заметим также, что хотя «красный прилив» — это природный феномен, он может быть также усилен сбросом различных веществ, особенно удобрений, в воду. Скажем, смерть Женевского озера в 60-х годах (это, строго говоря, не был «красный прилив», потому что он бывает только в соленой воде, но это были другие одноклеточные водоросли) тоже была вызвана цветением водорослей, но цветение, в свою очередь, было вызвано гигантским количеством удобрений, которые смывало с окружающих склонов. (Теперь Женевское озеро ожило.)

Так что даже в не очень вероятном случае «красного прилива» это не избавляет человека от ответственности. Что-то должно было попасть в океан, чтобы спровоцировать «красный прилив» в таком нехарактерном месте, в такое нехарактерное время и в таком нехарактерном масштабе.

Самое главное, однако, другое. Катастрофе на Халактырском пляже уже почти неделя. И если это было цветение водорослей, то это значит, что во всех этих погибших ежах и моллюсках должен быть бреветоксин. Это элементарно.

Это вам не «Новичок» обнаружить. Любое органическое вещество определяется современными методами без больших проблем.
А оно там должно быть в гигантских количествах: напомню, что все фильтраторы (мидии, гребешки) именно что накапливают в себе бреветоксин.

Ау! Росприроднадзор! Покажите нам анализы этих гребешков и ежей! Это же осьминог Дофлейна, это же не Навальный! Но вместо этого Росприроднадзор сообщает нам о «небольших превышениях по железу и фосфатам».

Мои собеседники, пожелавшие остаться в данном случае неназванными, видели лично, как представители некоторых госорганов отбирали пробы воды. По их словам, это было очень смешно. Водолаз, которого они зачем-то наняли, утопил в воде две бутылки из-под шампанского, и после этого воду зачерпывали грязным ведром и разливали по бутылкам. После такого забора любая лаборатория напишет, что пробы были доставлены в своей таре, и ни один суд не примет их во внимание.

Еще одна версия, которая быстро завладела вниманием публики, заключается в том, что вредные вещества утекли с некоего «Козельского полигона захоронения ядохимикатов и пестицидов». Сообщалось, что на этом полигоне захоронено 20 тонн мышьяка, а сам «полигон» представляет из себя помойку размером в полтора футбольных поля, прикрытую шлаком, из-под которого торчит пленка. Бюджету это техническое сооружение обошлось в 5 млрд рублей.

Сомневаюсь. Если бы дело было в каком-то гражданском полигоне, на котором украли 5 млрд рублей, то губернатор Камчатки, министр природы и даже РАН не встала бы стеной на защиту региональных коммерсантов. Что вы! Ровно наоборот! Это было бы как «Хромая лошадь». Глава СК Бастрыкин лично бы рвал и метал. Этих бы воров закопали бы на их полигоне!

А вместо этого власти рассказывают нам, что у осьминога Дофлейна, как у Навального, случилось нарушение обмена веществ. Это значит только одно — военные. Или на гражданских полигонах было закопано что-то, что никогда не должно было быть закопано на гражданских полигонах, или это гептил (о котором поговаривают), или это еще что-то военное и секретное.

Считайте, что осьминожек и ежей отравили случайно вытекшим в море «Новичком». Или другой гадостью. Навального хоть нарочно, а морских ежей просто по бесхозяйственности.

Юлия Латынина, «Новая газета».