Эстафету Лианы Ланги подхватили в Эстонии. Там на улицы вышли «языковые дружины»

Осенью 2024 года в Эстонии появилось новое народное движение Keelemalev: в переводе с эстонского это значит «языковая дружина» или «языковые патрули». Создатель движения – политик Индрек Луберг. Он призывает людей сообщать ему в соцсети Facebook обо всех случаях использования русского языка в публичном пространстве.

«Нарушителями» могут быть буклеты магазинов, театральные афиши, веб-сайты фирм и учреждений.

Всех, кого в Эстонии уличили в обращении к аудитории на негосударственном языке, представители «языковых патрулей» призывают отказаться от русского языка. Например, несколько торговых сетей уже получили от Индрека Луберга официальные письма за буклеты на русском.

Часть русскоговорящего общества Эстонии отреагировала на инициативу остро. Они призвали жаловаться модераторам Facebook на страницу «языковой дружины» и утверждают, что инициатива разжигает межнациональную рознь.

«На такое можно и нужно жаловаться в Европарламент, подавать петиции. Это просто вопиющие вещи, – полагают те, кто недоволен действиями Луберга. – Считаю, что это в чистом виде безобразие и травля по языковому признаку. Таким способом можно вообще отбить желание у людей изучать эстонский язык. Как-то гаденько это выглядит».

Борьбу с использованием русского языка в публичном пространстве уже давно ведут в Латвии. Но в Эстонии политические деятели до сих пор не обращали внимания на инициативу «языковой дружины». Тем не менее глава Языкового департамента – специальной службы, которая ведет надзор за исполнением закона об эстонском языке, считает инициативу «языковых патрулей» хорошей идеей.

«Настроения в обществе в связи с войной изменились. И я сам считаю, что, наверное, нет смысла переводить всю публичную информацию, например потребительскую, на русский язык, – говорит Ильмар Томуск, директор Языкового департамента Эстонии. – Многие русскоязычные понимают эстонский язык, они могут понять и рекламные буклеты на эстонском языке».

«Тех людей, которые вообще не знают эстонского языка, может быть, процентов двадцать, – замечает Томуск. – Поэтому я на самом деле приветствую движение, в котором предприниматели без давления со стороны Языкового департамента или государства сами смотрят, какой информацией на иностранном языке делиться, а какой – нет».

За последнее время сразу несколько учреждений Эстонии сообщили, что русский язык будет убран из их коммуникации с клиентами. Департамент полиции и погранохраны, к примеру, ранее рассылал автоматические уведомления на трех языках: эстонском, русском и английском. Однако после того, как один житель Эстонии обратил на это внимание Языкового департамента, Департамент полиции и погранохраны сообщил, что исключит русский язык из рассылки.