«Душераздирающее зрелище». Комитет по защите нацменьшинств назвал успехи по дерусификации Латвии упадком

Свое мнение он опубликовал в социальной сети Facebook:

«Душераздирающее зрелище. Комитет начинает с того, что уровень применения конвенции за отчетный период заметно упал. Насколько я помню, в последние годы с такого вывода не начинался отчет ни по одной стране. Комитет мог отмечать недостаточный прогресс, застой или даже регресс в каких-то сферах, но заметный упадок в целом — это что-то новое.

В качестве проблем отмечаются:
— исключающий нарратив о латвийской национальной идентичности, связанной с латышским языком, вместо многоэтнической и многоязычной гражданской нации;
— публичный дискурс, который не всегда различает действия Российской Федерации в агрессии против Украины и проблемы русского национального меньшинства;
— полное исключение большинства языков меньшинств из образования к 2025 году;
— требования по знанию государственного языка для большинства профессий;
— прекращение практики использования русского языка на сайтах государственных учреждений;
— планы прекращения публичного вещания на русском языке;
— запрет на использование языков в предвыборной рекламе;
— неисполнение предыдущих рекомендаций в связи с языковыми квотами на вещание, использованием языков меньшинств в документах, общении с властями и топографических указателях.

В качестве прогресса упоминают:
— автоматическое присвоение гражданства новорожденным;
— укрепление статуса ливов и ливского языка;
— поддержка культурной жизни ромов.

Правительство подало свои комментарии. На мой взгляд, их можно свести к пункту 11: «Латвия сожалеет, что Консультативный комитет не понимает или не хочет понимать историческую ситуацию в Латвии».

Соответственно, можно ожидать, что и новые рекомендации не будут исполнены. Вполне резонно возникает вопрос — зачем было ратифицировать Рамочную конвенцию, если исполнять её не собираются? Историческая ситуация закончилась более 30 лет назад и была прекрасно известна на момент ратификации почти 20 лет назад.

Действительно, если посмотреть на текст конвенции, большое количество норм дублирует нормы Европейской конвенции по правам человека. Это запрет дискриминации, запрет враждебности и насилия, свобода мнений, собраний и ассоциаций, свобода вероисповедания, свобода выражения мнения, использование своего языка в уголовном процессе. Для защиты этих прав Рамочная конвенция не нужна.

Если же говорить о правах, которые меньшинствам Рамочная конвенция гарантирует особо, то я не вижу ни одного пункта, который бы соблюдался в той же степени, что и в других государствах, ратифицировавших Рамочную конвенцию.

Это касается права на свободный выбор идентичности, государственная поддержка сохранения идентичности, право на создание своих СМИ, право на использование имени собственного, право на использования своего языка в публичной информации, право на использование своего языка в образовании (частном и публичном).

Особняком стоят права на использование своего языка в общении с властями и топографических указателях. Здесь коллизия — Латвия включила особую декларацию при ратификации, но Консультативный комитет не признаёт эти декларации годной оговоркой, поскольку они сформулированы слишком общим образом.

Тем не менее, рекомендации Консультативного комитета могут пригодиться, если к ним будут прислушиваться суды. Тут тоже проблема. В своё время был проект не отдельной конвенции о защите национальных меньшинств, а особого протокола к Европейской конвенции о правах человека. Это позволило бы Европейскому суду по правам человека рассматривать дела о правах национальных меньшинств. Но этот проект не прошёл, для меньшинств написали отдельную конвенцию с более слабым механизмом применения, а Европейский суд по правам человека (как показали и последние дела об образовании в Латвии) Рамочной конвенцией руководствоваться не спешит — нет у суда на это мандата.

Отношение же латвийского Конституционного суда к Рамочной конвенции и Консультативному комитету вполне можно назвать двойственным. Сначала бывшая председатель суда Зиемеле в своих комментариях к Конституции о правах меньшинств пишет, что права Рамочной конвенции так, как их в целом интерпретирует Консультативный комитет, надо принимать во внимание, интерпретируя Конституцию. Потом под её же руководством в делах о школах нацменьшинств суд считает, что комитету была недоступна полная и всеобъемлющая информация и юридическая аргументация — и только один судья Кучс настаивает в особом мнении, что надо было учесть мнение комитета и проанализировать закон на предмет соответствия Рамочной конвенции. А потом внезапно в деле о вузах Конституционный суд единогласно говорит о том, что отсутствие такого анализа является поводом для отмены закона. В общем, колбасит.

Каким будет мнение нового состава суда, узнаем очень скоро. Будут рассматриваться дела о новой языковой реформе в школах нацменьшинств: 19 марта по частным школам, 24 апреля — по публичным. Если и тогда Конституционный суд не обратит внимание на аргументы Консультативного комитета, то впору задуматься о денонсации Рамочной конвенции, которая всё равно правовой ситуации не меняет. Лучше ужасный конец, чем ужас без конца».