В средневековой Риге городской палач жил около Шведских ворот – на улице Трокшня, 9. В некоторых европейских городах палачи селились на окраинах. К примеру, в Страсбурге. Там местный палач стал даже родоначальником игорного бизнеса. Поскольку в городе играть в карты запрещалось, картежники стали собираться на окраине – у рубителя голов. Предприимчивый живорез брал деньги за аренду помещения.

Рижский палач жил в центре. Ему было не до игорного бизнеса – только успевай управляться с мечом. Вот счет, предъявленный палачом председателю суда 25 марта 1594 года: «Казнил мечом Гертруду Гуфнер – 6 марок, казнил крестьянина Томаса – 6 марок, отрубил ухо и выворотил члены вору Генриху – 2 марки, выворотил члены вору Минцу – 1 марка, казнил вора Генриха – 6 марок, повесил вора Мартинга – 5 марок, прибил 2 плаката к позорному столбу – 2 марки, сжег преступника за фальшивый вес дров – 1 марка 4 шиллинга…»

И подпись: «Готовый к услугам Мартин Гуклевен, палач»...

Улица, на которой находятся Шведские ворота - там жил когда-то рижский палач

С ворами, мошенниками в те годы не церемонились – как правило, отсекали голову. Не щадили и фальшивомонетчиков, ведьм, неверных жен. Впрочем, последних могли помиловать. Для этого прелюбодей должен был заплатить «рогатому супругу» 10 марок серебром и еще 3 марки в пользу города. Но все было в руках супруга: мог и не согласиться на выкуп.

Жалованье палача зависело от выработки: больше отсекаешь голов — больше зарабатываешь. За порку обвиняемых платили в 6 раз меньше, чем за отсечение головы. Но наказание мелких воришек не ограничивалось поркой. Им отрезали ухо, выжигали на теле клеймо и с позором изгоняли из города.

Были у палача и помощники. В их обязанности входили подготовка места казни, подвоз осужденных, вывоз трупов. Одновременно они занимались уборкой города от нечистот и ассенизацией. Помощников набирали за пределами города, главного же рубщика голов – из местных. Им мог быть только немец. Жалованье городской инквизитор получал от столичных властей – раз в полгода. А за казни шла постоянная доплата, так что должность была денежная...

Простолюдинов казнили за городом – тогда это был район нынешней Стабу. Так называемый позорный столб, от которого пошло название улицы, впервые установили здесь в 1677 году. А потом столбы стали расти один за другим. Появился целый Висельный холм – между нынешними улицами Бривибас и Сколас.

Казни совершались на рассвете, о чем давали знать звоном в колокол церкви Святого Екаба. Повешенного не снимали до тех пор, пока труп не разлагался. Для каждой казни воздвигался новый столб, а старый оставляли до сгниения. Места не хватало, поэтому вешали и на соседней улице Бруниниеку. Ее первое название — Висельная.

В 1970–е годы при рытье котлована, когда в квартале между улицей Сколас и Базницас строили жилые дома, нашли множество человеческих костей. Историки полагают, что это останки тех, кого казнили более 300 лет назад на Висельном холме.

А на перекрестке Столбовой и Александровской улиц (Стабу и Бривибас) еще до середины XIX века стоял столб со зловещей надписью: «14 июля 1677 года у этого столба был изорван раскаленными докрасна щипцами и заживо сожжен поджигатель Габриэль Франк из города Цвиккау, виновный в двукратном, совершенном в разных местах 21 и 22 мая поджоге, в результате чего сгорело дотла больше половины города, в том числе две церкви и школы при них».

Палач за работой

Вместе со студентом из Саксонии ФРАНКОМ тогда же был казнен шведский моряк Петер АНДЕРСЕН. Ни тот, ни другой не были виновны, однако городским властям срочно требовалось найти козлов отпущения – жители жаждали отмщения. Под страшными пытками обвиняемые сознались в поджоге и обрекли себя на мучительную смерть. Заставили их признаться и в том, что действовали они по наущению московского князя Юрия Ивановича РОМОДАНОВСКОГО. Так что миф о «руке Москвы» в Риге имеет давнюю историю.

Старожил Риги Сергей Игнатьевич ШУТОВ вспоминал, что на страшный столб в память о наказании злодея–поджигателя обратил внимание цесаревич Александр (будущий царь АЛЕКСАНДР II) во время приезда в Ригу в 1847 году. Выслушав пояснение об истории монумента, его высочество выразил мнение, что такие события могли бы оставаться и без памятника. Внял ли магистрат его мнению или пришел к такому же сам — неизвестно, но памятник был снят, а остатки его гранитной колонны ныне хранятся в Крестовой галерее Домского собора...

А знать казнили на Ратушной площади. Вырывали яму, насыпь покрывали черным сукном, на которое становился приговоренный. Палач отсекал ему голову. Во время казни градоначальника Готхарда ВЕЛЛИНГА палач трижды рубил тому голову – неудачно. В конце концов выхватил из кармана нож и отрезал наконец голову полностью.

Посмотреть на казнь бургомистра пришел весь город, включая детей. На следующее утро дети начали играть в казнь, и 6–летняя девочка кухонным ножом зарезала другую. Малолетнюю убийцу суд приговорил к смертной казни. Голову ей отрубили в погребах Пороховой башни.

Окровавленные трупы казненных увозили за город на подводах по нынешней улице Смилшу (Песочной). За подводой шли помощники палача, посыпавшие улицу песком, – чтобы замести следы крови на мостовой.
В Риге были династии палачей. Фамилия предпоследнего – Бурхард ШТОФФ.

Он умер в 1860 году в возрасте 74 лет. Ему на смену пришел Иоганн ШТОФФ, но долго поработать мечом не смог – в 1863 году должность городского палача была упразднена. А до этого, проходя по улице Трокшня, 9, горожане внимательно смотрели на подоконник первого этажа: если на нем лежала черная перчатка — значит, город сообщал палачу об очередной работенке...

Восстанавливать должность городского палача, конечно, моветон. Но вот табличку на доме Трокшня, 9, о том, что здесь жил городской палач, стоит установить. Может, это хоть как–то будет дисциплинировать депутатов Сейма, идущих мимо на свои заседания.

К слову, сам тяжелый меч палача вместе с отрубленной рукой до войны можно было увидеть в Музее истории города Риги и мореходства...

кстати

Городская легенда гласит, что палач приторговывал кусочками веревки с повешенных. Преступники носили их как талисманы, так как верили, что рука правосудия их не покарает...

Илья ДИМЕНШТЕЙН
Все фото – из архива