Видео
В мире
Виктор Перес. Фото: © wikipedia.org
Людей для бокса отбирали сразу при поступлении новых партий заключённых. Устанавливались полноценные ринги, бойцам выдавали кожаные перчатки и даже разрешали выбрать себе секунданта из солагерников. Однако раундов было немного, и судили не всегда по правилам. Пускали на матч только охранников, офицеров и некоторых капо (лагерных надзирателей из числа заключённых).
Причины этого явления лежат на поверхности: концлагеря специально строились вдали от городов, в максимальной географической изоляции от мира. Эсэсовцам необходимо было самим придумывать, как развлекаться и расслабляться после своих "стрессов", и для этого они цинично использовали заключённых. Бокс же считался самым популярным и зрелищным видом спорта.
Сломанные игрушки
Но шоу всё не ограничивалось: заключённые работали "живыми манекенами" для охранников и офицеров СС, которые избивали их и так отрабатывали технику нанесения ударов и их комбинаций. Чемпиона Германии по боксу 1933 года — цыгана-синти Иоганна Тролльмана (нацисты лишили его титула) — вынудили служить объектом для тренировок эсэсовцев. Так же поступили и с Пересом.
Бокс для "чёрного ордена рейха" был спортом номер один. Бокс лично хвалил Гитлер (в "Майн кампф"), о нём нацисты писали книги и снимали фильмы, он вошёл в учебные программы школ, готовящих будущую элиту рейха. От всех членов СС требовались еженедельные тренировки, а также сдача спортивных нормативов: бокс считался самым "мощным", воспитывающим храбрость и боевой дух спортом.
Кадр фильма "Цыган – борьба за жизнь Рукели Тролльмана". Фото: © johann-trollmann.de
Казалось бы, использование заключённых в качестве спарринг-партнёров или в зрелищных поединках противоречило как постулатам расовой теории (арийцы отдельно от евреев, особенно в героическом спорте), так и задачам организованного убийства заключённых. Но на самом деле бои были ещё одним средством отобрать жизненную энергию узников. Последние были не спортсменами, а бесправными телами, которые брались из массы заключённых и швырялись на ринг.
Кроме того, лёгкие победы эсэсовцев над бывшими европейскими чемпионами укрепляли их веру в расовое превосходство арийцев: на ринге всем казалось, что евреи, лишённые поддержки коррумпированной системы спортивного шоу-бизнеса, слабы и беспомощны. В любом случае о боксёрах никто не заботился: когда одна "игрушка" ломалась, всегда можно было раздобыть другую, неважно какую. Так, в декабре 1943 года в лагере Лойбл-Пасс (филиал Маутхаузена) упитанного парня из кухонной бригады выставили на ринг против измождённого общими работами поляка — и тот скончался во время боя.
Такие "правила игры" имели неоднозначные последствия для бывших профессиональных спортсменов. Эсэсовцы, которым зрелищные поединки были интереснее поучительных и расово правильных избиений измученных лагерников, выдавали боксёрам повышенную пайку и направляли на лёгкие работы. Здесь надо напомнить, что все узники концлагерей были обязаны вкалывать на каменоломнях, оружейных заводах, валить лес и копать землю. Их ежедневного пайка (1700 калорий) было недостаточно для восстановления сил, что гарантировало медленную смерть от истощения. Однако меньшинство заключённых оставалось внутри лагеря, работая на кухнях, складах, лазаретах и тому подобных службах. На этих работах было легче добыть еду, одежду и лекарства, а сил уходило меньше. Туда и ставили боксёров: Виктор Перес работал на кухне, Тадеуш Петшиковский — в коровнике.
Хотя от обычных ужасов лагерной жизни боксёров избавляли, шансы погибнуть на ринге для них были почти стопроцентными — к ним было такое же отношение, как и к другим узникам концлагерей: расходный материал. Несмотря на рефери, секундантов, раунды и перчатки, бои велись с полным равнодушием к весовой категории и физической форме узников. Частые поединки неизбежно подтачивали силы даже самых крепких спортсменов. Один из бывших чемпионов дошёл до полного истощения и умер во время марша смерти 1945 года, когда узников перегоняли в глубь Германии. Иоганн Тролльман всегда вёл неравные бои: худой и голодный против упитанных и физически развитых солдафонов. В конце концов подпольщики смогли инсценировать его смерть и тайком переправить его в другую бригаду (что не спасло боксёра-цыгана: его убил лагерный капо).
Глоток свободы: тайные бои среди узников
Бокс в концлагерях не ограничивался развлечениями для начальства. Ближе к концу войны, летом 1943 года, по воскресеньям заключённые сами организовывали матчи (бокс и футбол) — исключительно на добровольной основе. Бокс процветал в Маутхаузене и в Бухенвальде, где поединки устраивали в лагерном кино или в лесах по соседству с лагерем. В такое сложно поверить, зная о том, что узники работали от восхода до заката и умирали от истощения. Однако нельзя забывать, что в каждом лагере существовал свой "актив" — бригадиры, старшие по бараку, надзиратели — целая привилегированная прослойка. Они и взяли на себя организацию боёв и участие в них.
Есть и другая причина неожиданного расцвета лагерного бокса в 1943–1944 годах. Когда Германия начала проигрывать военно-промышленной системе союзников, в концлагерях стали видеть не только орудие медленного уничтожения "неугодных", но и ценный производственный ресурс. СС решило снизить уровень смертности по крайней мере среди работоспособных мужчин и ради этого повысило паёк, начало оказывать медицинскую помощь, позволило принимать посылки Красного Креста, разрешило некоторым заключённым посещать бордели и киносеансы. Фактически эти меры помогли всё тем же привилегированным группам — капо, немцам-уголовникам, а славяне, евреи и цыгане продолжали умирать тысячами. Не брезговала "элита" и избиением "недочеловеков" до смерти.
Однако был и луч света в этом тёмном царстве. После улучшения условий содержания и укрепления власти заключённых над своей жизнью некоторые лагерники стали применять эту власть не для третирования своих собратьев по несчастью, а для защиты их от произвола администрации. Эта элита "сопротивления" перераспределяла пищу, подкармливала умирающих, не давала безнаказанно бить и убивать и делала всё, чтобы максимум узников не потеряли человеческое достоинство и дотянули до неизбежного конца войны. Музыка и спорт оказались бесценным средством "реабилитации". Так, французский "Комитет" в Бухенвальде с 1944 года специально проводил боксёрские поединки с участием французов для укрепления их воли к сопротивлению немцам. То же самое делали испанские республиканцы, заключённые в Маутхаузене.
* * *
Если посмотреть на всю историю бокса в концлагерях, то этот спорт скорее играл на стороне рабства, а не свободы. Его обожали нацистские бонзы, его вменяли в обязанность СС — и именно бесчеловечные хозяева лагерей устраивали для себя кровавые спектакли с участием боксёров. И далее бокс в лагерях был организован согласно иерархии этих мест смерти: лучшие матчи устраивали эсэсовцы, а им уже подражали лагерные капо. Для самих спортсменов бокс стал лотереей: да, они могли продержаться дольше на усиленном пайке, но одновременно рисковали погибнуть — и особенно после побед, которые забирали все силы и могли разозлить лагерное начальство.
Анна Полонская, Life.ru
