Алжир отозвал посла из Парижа после фразы Макрона о «переписывании истории»

«На фоне ложных заявлений президента Франции, цитируемых несколькими французскими источниками, Алжир категорически отвергает любое вмешательство в свои внутренние дела»,—- говорится в заявлении президента Алжира Абдельмаджида Теббуна, опубликованном в воскресенье его пресс-службой. В нем алжирский лидер объясняет, почему накануне был отозван для консультаций посол Алжира во Франции Мухаммед Антар-Дауд, назначенный на этот пост только в прошлом октябре. Кроме того, в воскресенье стало известно, что Алжир закрыл свое воздушное пространство для французских военных самолетов, что, по мнению ряда комментаторов, может создать проблемы для Парижа, который возглавляет международную антитеррористическую операцию «Бархан» в регионе Сахель. Правда, французские военные в комментарии агентству AFP утверждают, что на их военные и разведывательные операции решение Алжира не повлияет.

Это уже второй отзыв алжирского посла из Франции за последние полтора года.

Предшественник Мухаммеда Антара-Дауда был отозван из Парижа в мае 2020 года. Тогда Алжиру не понравился фильм, показанный французскими каналами France 5 и La Chaine Parlementaire, об алжирском протестном движении «Хирак», чьи акции привели в апреле 2019 года к отставке президента Абдель-Азиза Бутефлики. Напомним, протесты на этом не прекратились, что создало массу проблем новым властям Алжира. В прошлом году они лишили аккредитации несколько французских телеканалов «за предвзятость в освещении маршей оппозиции» в Алжире. В этот раз скандал в двусторонних сообщениях возник из-за высказываний президента Эмманюэля Макрона в пересказе французской газеты Le Monde. По мнению Абдельмаджида Теббуна, слова господина Макрона оскорбили память людей, погибших «во время колониального правления» Франции в Алжире.

С 1830-го по 1962 год Алжир имел статус французской провинции. В годы войны за независимость страны (1954–1962), по разным оценкам, погибли от 500 тыс. до 1 млн алжирцев, а также свыше 15 тыс. солдат французской армии, в том числе алжирцев, воевавших на стороне Франции. В последнее время алжирские власти говорят о 5,63 млн «мучеников, которые пожертвовали своими жизнями ради сопротивления французским колониалистам». Год назад президент Теббун назначил 8 мая Национальным днем памяти в честь Алжирского восстания 1945 года, в результате которого, по подсчетам алжирцев, погибли более 40 тыс. граждан страны.

Алжирские парламентарии уже 15 лет пытаются провести закон, требующий извинений от Парижа за его политику, которую в Алжире приравнивают к геноциду.

Действия парламентариев спровоцировал принятый их французскими коллегами закон, признающий «позитивную роль колонизации». Позже закон отменили, но до этого момента Алжир разорвал договор с Францией о дружбе.

С тех пор Франция официальных извинений алжирцам так и не принесла, хотя сожаления в связи с ошибками колониального прошлого все же звучали, в том числе из уст Эмманюэля Макрона, когда он еще был кандидатом в президенты. «Это преступление — преступление против человечности. Это настоящее варварство, часть того прошлого, с которым надо встать лицом к лицу и принести свои извинения тем, в отношении кого это все случилось»,— говорил он в 2017 году, правда, предлагая при этом не ворошить прошлое. Сделать это у него не получилось. И Парижу все время приходится возвращаться к тому, что происходило десятилетия назад. В 2020 году Алжир и Франция договорились поручить экспертам подготовить отчет, который способствовал бы «примирению». Однако в Париже подчеркивают, что речь не идет о покаянии. Так или иначе, 2 марта президент Макрон признал, что один из борцов за свободу Алжира адвокат Али Буменджель был «замучен и убит» французскими военными в 1957 году.

С целью «залечить раны» в минувший четверг в Елисейском дворце устроили обед, на который господин Макрон пригласил 18 молодых людей — французов алжирского происхождения, лиц с двойным гражданством и просто алжирцев. Среди потомков тех, кто в годы войны за независимость Алжира находился по разные стороны баррикад, были внук Али Буменджеля и правнук генерала Рауля Салана, который командовал французскими войсками. Встреча прошла накануне очередной памятной даты: 17 октября 1961 года французская полиция жестоко подавила протесты выходцев из Алжира против войны в их стране. Тогда, по разным оценкам, погибли от 40 до 200 человек, точных данных до сих пор нет. Президент Франции планирует отметить эту дату. Во время обеда с молодежью он спросил у них совета, что ему сказать в этот день.

«Мне кажется очень важными признание и осуждение того, что было сделано»,— сказал господину Макрону 18-летний Амин, чей двоюродный дедушка погиб в ходе протестов 70 лет назад.

Отвечая на это и другие высказывания молодых собеседников, президент выразил сожаление, что алжирские власти переписали историю, и она основана «не на истине, а на ненависти к Франции». В ответ на возражение одного из присутствующих, что ненависти к Франции у алжирцев нет, Эмманюэль Макрон сказал: «Я говорю не об алжирском обществе, а о военно-политической системе, которая была построена на этом наследии, связанном с памятью. Я вижу, что алжирский режим устал и был ослаблен движением «Хирак»».

Президент также поставил под сомнение существование алжирской нации, задав риторический вопрос: а была ли она до прихода в Алжир французов в 1830 году?

Господин Макрон напомнил, что на протяжении нескольких столетий Алжир был частью Османской империи. «Я восхищен способностью Турции заставить людей полностью забыть о той роли, которую она сыграла в Алжире, и о гнете, который она осуществляла, и говорить, что французы — единственные колонизаторы. И алжирцы в это верят»,— сказал он.

В своих заявлениях Эмманюэль Макрон коснулся и новой проблемы в двусторонних отношениях. На прошлой неделе Париж ужесточил требования по получению виз для граждан Марокко, Туниса и Алжира. Число выдаваемых алжирцам виз планируется сократить вдвое, тогда как тунисцам — только на 30%. В МИД Франции пояснили, что цель введенных мер — побудить руководство трех североафриканских стран принять назад своих граждан, нелегально пересекших границу, среди которых есть радикальные исламисты. Алжир заявил официальный протест. На встрече с молодежью президент Макрон пояснил, что решение о сокращении количества виз нацелено на чиновников, а не на студентов и бизнесменов. Все это в совокупности не могло не задеть руководство Алжира.

«Вряд ли именно у этого скандала будут серьезные политические или экономические последствия для двусторонних отношений. Алжир и Париж связывает слишком многое, в том числе тесное экономическое сотрудничества, но переступить через прошлое обе страны никак не могут»,— сказала “Ъ” эксперт по отношениям Франции со странами Северной Африки Ирина Мохова. По ее словам, любой политический скандал самодостаточен и нужен для того, чтобы канализировать массу другого накопленного недовольства и заявить о своих амбициях. «По словам Макрона, алжирская политическая система устала, а протестное движение «Хирак» выдохлось. Но удивительно, как эти же слова применимы к самой Франции. Там система тоже устала, и всколыхнуть (да и то временно) избирателя может только болезненное надавливание на все еще не зажившую рану»,— отметила она.

По словам госпожи Моховой, во французско-алжирских отношениях годами ничего не меняется.

«Ни во Франции, ни в Алжире нет общественного консенсуса о том, как смотреть на недавнюю историю. Обе страны внутри расколоты на различные групповые и политические идентичности, и каждая конструирует свое собственное прошлое. Работа французских историков, в частности специальной комиссии «Память и Правда», цель которых — работа с травмой и коллективной памятью и в конечном счете примирение и принятие ответственности за прошлое, осложняется постоянной политизацией этой темы как со стороны французских, так и алжирских политиков»,— заключила эксперт.