Зоны свободные от идеологии ЛГБТ: зачем Польша их создает

Редактор журнала Томаш Сакиевич пригласил меня в свой офис в Варшаве. К моему удивлению, он берет мою руку, которую я, как и положено, только что протерла санитайзером, и целует ее как польский кавалер XVIII века.
Затем он протягивает мне стикер, который бесплатно прилагается к каждому номеру его еженедельника — правой Gazeta Polska. На стикере радужный флаг перечеркнут черным крестом. «Мы раздали уже 70 тысяч таких, — говорит Сакиевич. — И люди поздравили нас, потомы что мы, поляки, любим свободу».

Около 100 городов и регионов по всей Польше — почти треть страны — приняли резолюции, объявляющие их свободными от ЛГБТ. Эти резолюции, скорее, символичны и не имеют законной силы, но они стали новым оружием во все более ожесточенной войне культур Польши.
Сакиевич говорит мне, что люди должны быть вольны сами выбирать, с кем им заниматься сексом, и с гордостью подчеркивает, что во многом Польша — прогрессивная страна. Здесь гомосексуальность перестала считаться уголовным преступлением еще в 1932 году, на десятилетия раньше, чем это произошло в большинстве европейских стран.

Но он против того, что он сам называет «агрессивной идеологией, пропагандирующей гомосексуальность». Он также считает, что борьба за права геев — это концепция, импортированная из США и Западной Европы и представляющая угрозу традиционным гетеросексуальным польским семьям.

Сегодня Сакиевичу за 50, он вырос в Польше, которая находилась под контролем Советского Союза. Власти решали за людей, что им думать, препятствовали влиянию Церкви и были нетерпимы к диссидентам. Как ни странно, но именно в этом же самом Сакиевич теперь обвиняет кампанию ЛГБТ.

«Коммунисты размахивали красными флагами и говорили людям, что они борются за бедных, за рабочих, за крестьян, — говорит он. — Сегодня активисты держат радужные флаги и говорят, что сражаются за права сексуальных меньшинств. Ни тогда, ни сейчас это не было и не является правдой. И мы, как свидетели советских времен, просто обязаны предостеречь других о том, насколько могут быть опасны подобные идеи».
Таких же ультраправых взглядов придерживаются высокопоставленные политики и представители очень влиятельной католической церкви Польши. В одной из предвыборных речей в рамках кампании переизбрания на пост президента Анджей Дуда назвал продвижение прав ЛГБТ-сообщества идеологией «более разрушительной, чем коммунизм». Архиепископ Кракова недавно предостерег от распространяющейся «нео-марксистской радужной чумы».

В условиях санкционированной государством гомофобии и в основном враждебно настроенной прессы есть опасность, что польские геи будут снова вынуждены затаиться, особенно в маленьких городах.
Свидник, расположенный в паре часов езды к юго-востоку от Варшавы, стал первым городом, принявшим резолюцию против ЛГБТ-идеологии.

Я приехала в Свидник субботним утром, шестеро ЛГБТ-активистов раздавали на центральной площади листовки, наклейки с надписью «любовь есть любовь» и пончики, присыпанные разноцветным драже. Один из представителей сообщества Барт Сташевски организовал необычный, по его словам, тур по востоку Польши, призванный показать людям, что геи — обычные граждане.
«Мы радужные разрушители легенд. Мы не агрессивны. Мы никого не провоцируем ни нашими шариками, ни нашими флагами, ни пончиками», — добавляет он.

Но на другой стороне улицы группа из примерно 30 молодых людей громко кричит. «Свидник — без радужной пропаганды», — выкрикивают они, пытаясь перекричать музыку, несущуюся из колонок гей-активистов.
Один из них, с бритой головой, говорит мне, что ему не нравится посыл ЛГБТ-группы. «Они не хотят вписываться в наше общество. И мы не хотим их в этом городе», — говорит он.
«Они ослабляют нацию, — говорит другой. — И это и есть цель врагов Польши. Война — это больше не танки и не ракеты. Страны разрушают, создавая хаос. Именно это и пытаются сделать эти геи».