Виктор Зимовец: «Ради работы я остался в Москве, хотя очень сильно тоскую по Балтийскому морю!»

Семья будущего продюсера оказалась в Латвийской ССР, поскольку его отец, Виктор Павлович Зимовец, служил на Балтике в морфлоте. А сам он родом из украинского города Конотопа. Потом стал уже гражданским моряком торгового флота, выучившись на электромеханика. Отработал в Латвийском морском пароходстве почти четверть века.

Мечтал о море

— Я не раз приходил к отцу на судно. Иногда так везло, что даже отправлялся вместе с ним в небольшие внутренние рейсы: Рига — Таллин, Калининград — Рига, Вентспилс — Ленинград. Мне было не более десяти лет. Конечно, в детстве очень хотел стать именно моряком.

Но в девятом классе произошло судьбоносное событие: я организовал вокально–инструментальный ансамбль “Гелиус” — первый в нашей 3–й вентспилсской средней школе. Я был не только руководителем, но и солистом. И, следовательно, детская мечта о море отошла на второй план. Я стал мечтать уже о карьере музыканта. Больше всего на свете хотел быть знаменитым эстрадным певцом. Я всегда любил творчество Раймонда Паулса. Позже судьба нас свела…

После школы поступил в Вентспилсское музыкальное училище. Кстати, не так давно оно переехало в новое здание с прекрасным концертным залом. «В Риге такого нет!» — сказал изумленный Раймонд Волдемарович… Ну а меня из училища, увы, вскоре выгнали за плохое поведение. Пропускал занятия и т. д. Но, как оказалось, это был счастливый случай. Потому что я поехал в Киев (случайно увидел объявление) и поступил там в студию при театре оперетты. Хотя это была вроде просто театральная студия, да и проучился я в ней всего пару лет, однако образование там давали на очень высоком уровне. Нас учили и танцам, и сценическим боям, и вокалу, не говоря уже об актерском мастерстве. Так что я без проблем поступил в Москве уже в ГИТИС.

Кстати, эту же киевскую студию окончила легендарная Жанна Глебова. Заслуженная артистка Латвийской ССР долгие годы проработала в Рижском театре оперетты. Думаю, многие ее помнят. После окончания ГИТИСа я сотрудничал с целым рядом известных композиторов в качестве вокалиста. До сих пор помню свое первое выступление в концертном зале «Россия» с большим эстрадно–симфоническим оркестром под руководством Петухова. Сан Саныча, как все говорили. Перед моим выходом сломался микрофон. Знаменитый диктор Светлана Моргунова все никак не могла объявить меня из–за кулис.

Возникла дикая паника. Ведь это был концерт Союза композиторов СССР, и вдруг такая техническая неполадка! В конце концов после трехминутной паузы Светлане Моргуновой пришлось самой выйти на сцену. Она объявила меня перед всем залом лично. Можете себе представить, что я тогда чувствовал. Первое в жизни выступление с симфоническим оркестром! Я так сильно переволновался, что в каком–то месте даже забыл слова. Но в целом выступление прошло на «отлично». Меня очень тепло приняли.

Объездил всю страну

— Вы упомянули композиторов. С кем сотрудничали?

— Раймонда Паулса я уже упомянул. Кроме того, подружился с Евгением Крылатовым. Мы объездили с ним множество городов нашей необъятной страны. Участвовали в бесчисленном количестве фестивалей и концертов. Их была точно не одна сотня.

Я исполнял самые популярные песни самого Евгения Павловича… А еще сотрудничал с композитором Сергеем Трофимовым. Кстати, интересная деталь: все эти три композитора, включая Паулса, в свое время бросили пить, после чего их талант раскрылся в полной мере. Я непременно рассказываю об этом, когда выступаю с благотворительными концертами. И отмечаю, что, к сожалению, пагубную привычку смогли побороть далеко не все знаменитости. Завязать действительно нелегко. Печальных примеров масса. Эти имена у всех на слуху…

Надо было кормить семью

— Почему вы «завязали» с вокалом?

— Не нашлось человека, который смог бы мне помочь. Как известно, для певца одного таланта мало. Еще нужна конкретная поддержка. Однако те, кто мог помочь, не хотели со мной возиться. А те, кто пытался помочь, не смогли — у них не было больших возможностей. Вот такой парадокс… А еще, чтобы заниматься вокальной карьерой, требуются деньги. Но мне нужно было кормить семью.

Жена Лена в основном занималась детьми. У нас их двое — сын Андрей и дочь Марианна, которая подарила внука Савву. В общем, пришлось мне тогда перейти в смежную профессию. Так я и стал продюсером. Это позволило обеспечить родных. Начал организовывать концерты — возил артистов в Прибалтику, в том числе, конечно, в Латвию. Концертов было невероятное количество.

— С кем работали?

— Наверное, легче сказать, с кем я не сотрудничал. Имена можно очень долго перечислять. Привозил и многих юмористов: Михаила Задорнова, Геннадия Хазанова, Евгения Петросяна, Михаила Жванецкого, Яна Арлазорова… Но в какой–то момент все это перестало приносить особую прибыль. В общем, расходов оказалось чуть ли не больше, чем доходов. И с 1996 года стал организовывать концерты уже непосредственно в Москве.

Отмечу, что я был невероятно рад, что мой любимый композитор Раймонд Паулс согласился, чтобы я стал директором программы «Лайма поздравляет Маэстро», посвященной 60–летнему юбилею Маэстро. Конечно, мы тогда с Раймондом Волдемаровичем как следует познакомились.

Между прочим, я ему напомнил, что еще в 80–х годах обращался с просьбой, чтобы он помог мне продвинуться по карьерной лестнице в качестве эстрадного вокалиста. Потом я все последующие годы помнил золотые слова Паулса: «Для певца главное — тембр!» Разумеется, Маэстро меня не узнал. Что вполне объяснимо: можно себе представить, сколько к нему обращается артистов. Как бы там ни было, я и сегодня очень благодарен Раймонду Волдемаровичу, поскольку получил огромное удовольствие от работы над его юбилейной программой. У нее был огромный, просто невероятный успех. Естественно, в ней принимали участие и Лайма Вайкуле, и ансамбль “Кукушечка”.

В том же 1996 году произошло еще одно важное для меня событие. Я участвовал в программе «Голосуй или проиграешь!» в поддержку тогдашнего президента России Бориса Николаевича Ельцина. Мы ездили по волжским городам с молодежной бригадой. В ее составе был, в частности, Мистер Малой. Его называли одним из первых русских рэп–исполнителей. Он наиболее известен по хиту «Буду погибать молодым», ставшему гимном поколения 90–х. Впрочем, сегодня о Мистере Малом уже мало кто помнит. На концертах я выступал в качестве конферансье. Даже сам сочинял речи, почему нужно голосовать за Ельцина.

Тоскует по морю

— После ГИТИСа вы не хотели вернуться в Латвию?

— Нет. Ради работы я остался в Москве, хотя очень сильно тосковал по морю. Но желание сделать эстрадную карьеру победило. Хотя я, конечно, всегда помню, что родился в Вентспилсе. Очень огорчился, когда услышал, что посадили нашего мэра. Я ведь помню, каким город был до Лембергса. Каждый год бываю на родине. Только во время пандемии не приезжал. Но очень хочется снова попасть домой. Надеюсь, что вскоре все закончится и я опять приеду. У меня ведь до сих пор масса друзей в Латвии. Еще со школы. И это не только музыканты. Поскольку я занимался футболом, то по–прежнему дружу с теми, с кем гонял мяч.

— Как я понимаю, вы следите за тем, что происходит в Латвии?

— Ну, конечно! Помню, кто–то из кавээнщиков сказал: мол, какие–то страны производят сыр, какие–то — машины, какие–то — самолеты, какие–то — электронику, а вот Латвия производит приятное впечатление. Это, конечно, шутка, но, как известно, в каждой шутке есть доля правды. Когда я приезжаю в родной город, то чувствую себя очень комфортно. Там всегда приятно находиться и отдыхать. Общая атмосфера очень дружелюбная. Естественно, я желаю Латвии процветания, так же как и России.

Домик у моря

— Так что мешает вернуться?

— Работа! Признаюсь, я бы очень хотел жить в Латвии. Но, к сожалению, понимаю, что сегодня это невозможно. Идеальный вариант тут такой: жить в Латвии, а работать в России. Но ясно, что это пока лишь мечта. Поэтому приходится приезжать в гости к себе на родину. Что, впрочем, тоже приятно. За минувшие годы иногда удавалось вырваться даже на целый месяц. Я уверен: такого пляжа, как в моем родном Вентспилсе, нет больше нигде.

Закрываю глаза и вижу огромные, роскошные дюны. Если погода ветреная, в них можно спокойно спрятаться, чтобы позагорать. Мне кажется, на вентспилсский пляж можно вывезти отдыхать всю Москву — настолько он огромный. Хотя один мой московский приятель (он тоже из Латвии) заявляет, что, по его мнению, лучший пляж в Лиепае. Я не буду спорить. А рижане наверняка скажут, что вне конкуренции Рижское взморье, то есть Юрмала.

— В Москве у вас много друзей? Город–то огромный. Мегаполис!

— Парадокс в том, что в Москве у меня настоящих друзей даже меньше, чем в Латвии. Так бывает. Недаром говорят, что детская дружба самая крепкая. А потом появляются только коллеги по работе…

— Есть ли у вас какое–то хобби, увлечение?

— Да ничего особенного. Наверное, мое хобби — это дача. А еще я до сих пор увлечен футболом. Выступаю за ветеранские команды. Сейчас играю за город Королев, а до этого играл за команду Павловского Посада. Еще я пою под гитару. Это тоже можно назвать моим хобби, поскольку на этих концертах я не зарабатываю. Выступаю для души. Исполняю произведения Раймонда Паулса, итальянские и другие песни. Ведь за плечами у меня работа со многими композиторами.

— О чем мечтаете?

— Жить возле моря в собственном доме. А если не получится, то хотя бы в квартире. Для меня море очень важно… А еще очень бы хотелось, чтобы российско–латвийские отношения вышли на другой уровень. Вражда никому не нужна. Соседям так жить нельзя. Мы обязательно должны дружить. Мне кажется, что люди и в Латвии, и в России в своем большинстве относятся друг к другу нормально. Никто из них не думает, что кто–то хочет напасть или решит что–то там отнять. Это все, я считаю, чистая пропаганда. Вот моя сестра Оксана живет в Копенгагене. Хочется, чтобы наши люди жили на таком же уровне. Причем не на словах, а на деле.

Очень жаль, что рухнули транзитные связи. Сильно пострадал и Вентспилсский порт. Я читал, что грузопотоки иссякают. Нефтеналивной терминал вообще закрывается, покольку нет поставок. Хотя при этом, я слышал, некоторые говорят: как это прекрасно, что в Вентспилсе не будет запаха нефтепродуктов; как здорово, что не будет угольной пыли; как прекрасно, что не шумят краны по ночам. С таким подходом мой родной порт в скором времени может превратиться в музей. Все это и печально, и досадно… — посетовал гость «Кабачка».

— Благодарю, что заглянули к нам на огонек. Надеюсь, ваша мечта о море осуществится!