«Те, кто не жил во времена, когда еще не было рок-н-ролла, не представляют, каково было тогда. Это был ужас», — говорил Лемми Килмистер из Motorhead. Но в середине 1950-х Чак Берри положил конец этому ужасу.

Берри был первым среди миллиона рок-н-ролльных гитаристов — он придумал основные гитарные ходы в этой музыке. Джон Леннон сказал о нем: «Если попытаться дать рок-н-роллу другое имя, это имя будет Чак Берри».

В этом плане у Берри был только один настоящий конкурент — Литтл Ричард.

The Beatles, The Rollins Stones, вообще вся рок-музыка обязана своим появлением Чаку Берри. Это не громкие слова, это реальность.

Берри вырос из ритм-н-блюза. Его первым хитом стала Maybellene (1955), обработка традиционной мелодии Ida Red. Сингл разошелся огромным для тех времен тиражом — более миллиона копий. За ним последовали все главные хиты: Roll Over Beethoven, Rock And Roll Music, Sweet Little Sixteen и конечно же Johnny B. Goode.

В конце 1950-х годов движение за права чернокожих в США только начиналось, сегрегация по расовому признаку была обычным делом, особенно в южных штатах. А Берри жил в Сент-Луисе, штат Миссури. Многим там не нравилось появление лихой и самоуверенной черной звезды, модника и начинающего миллионера, игрой на гитаре сбивающего белую молодежь с пути истинного. На рок-н-ролльщика быстро нашли управу: в декабре 1959 года Берри арестовали, обвинив в сексуальном контакте с несовершеннолетней. Сначала ему присудили пять лет тюрьмы, но после апелляций и нескольких повторных судебных процессов, срок был сокращен до полутора лет. И Берри отправился за решетку, выпустив на прощание песню Come On.

Выйдя из тюрьмы в 1963-м, Берри, не без удивления, увидел, что его имя несут на знаменах молодые англичане, участники так называемого «британского вторжения» в США: The Beatles, The Rolling Stones и иже с ними. Он вернулся в студию, выпустил несколько новых хитов вроде Nadine, но история показала, что основной корпус своих сочинений он уже написал, и большую часть своего времени гитарист посвятил гастролям.

Со временем он перестал заботиться о сопровождающем составе: Берри являлся в клуб один и за минуту рекрутировал находящихся там местных музыкантов. Те, естественно, почитали за честь подыграть своему кумиру. О том, что кто-то мог не сыграть сходу какой-нибудь песни Чака Берри, речи не шло.

В своей долгой жизни Берри не мог пожаловаться на забвение. Просто потому что имя Чака Берри — ну это все равно что имя Пушкина. Как можно забыть Пушкина?

Неожиданную волну популярности в 1990-х принес фильм Тарантино «Криминальное чтиво». Песня Берри 1964 года You Never Can Tell стала одной из главных тем саундтрека — именно под нее танцуют свои странные танцы Винсент (Джон Траволта) и Миа Уоллес (Ума Турман) в ресторане «Джек Рэббит Слимс».

А еще Чак Берри раньше Никиты Михалкова начал ходить в капитанской фуражке. Она ему даже шла. Ему вообще все шло. Он мог позволить себе на концерте перепутать собственные песни. Какая разница, если именно он все это и придумал? Он был хулиганом, доказавшим, что у рок-н-ролла нет возраста.