Как сообщает Lsm.lv, Лоренс Рей приобрёл вазу в комиссионном магазине в американском городе Колумбус за 3 доллара. У вазы есть незначительное повреждение — трещина по нижнему краю, а на её дне стоит штамп мастерской «Burtnieks». Мастерская «Burtnieks» действовала в Риге с 1929 по 1939 год. Рей хотел бы, чтобы ваза оказалась в латвийском музее или у профессионального коллекционера, однако возможность дарения в настоящее время не рассматривается. Эксперт по фарфору, попросившая не называть её имя, считает, что в нынешних рыночных условиях цена до 2000 евро могла бы рассматриваться как «подарок» покупателю, а до 5000 евро — как взаимовыгодная сделка.
По словам Барановской, после самостоятельно проведённого исследования мужчина сначала связался с образовательным отделом DMDM, затем информация была передана хранителю коллекции керамики и фарфора музея Даце Лявине, которая подтвердила, что ваза, изображённая на фотографиях, является работой Мадерниека.
Барановска признала, что из статьи на Lsm.lv узнала о том, что одна ваза Мадерниека находится также в Латвийском национальном музее литературы и музыки (LNRMM), хотя в общем каталоге Латвийского национального художественного музея такая информация не зафиксирована. Связавшись с LNRMM, руководитель фондохранилища музея Арта Менде подтвердила, что одна такая ваза хранится в мемориальной коллекции Анны Бригадере.
Директор DMDM рассказала, что в распоряжении музея имеется эскиз вазы Мадерниека — композиция на бумаге, которая экспонируется в постоянной экспозиции. Ранее DMDM было известно, что такая ваза находится в коллекции российского миллиардера Петра Авена. Ещё до введения против него санкций эта ваза экспонировалась в 2012 году на выставке, посвящённой рижскому фарфору.
Барановска подчеркнула, что фарфоровые изделия межвоенного периода встречаются крайне редко и в Латвии имеют высокую стоимость, поэтому музею сложно приобретать такие работы даже на аукционах.
Она признала, что в настоящее время у DMDM нет возможности купить вазу, однако есть надежда, что её сможет приобрести какой-нибудь латвийский коллекционер, с которым музей мог бы сотрудничать, либо что вазу удастся получить в депозит из LNRMM.











