Первыми возмутятся латыши: как всех русских детей перевести в латышские школы?

В ближайшие три года Латвия намерена перевести все детские сады и школы на обучение только на латышском языке. Законопроекты предусматривают, что учащийся на этапе основного образования сможет изучать язык и историю культуры меньшинства в рамках программы обучения по интересам. Эти программы будут финансировать государство и самоуправления.

«Проблема в том, что у Министерства [образования], да и Сейма, в принципе, — своя отдельная Латвия», — считает Денис Клюкин, директор Рижской Ринужской средней школы, пока что реализующей обучение по программам для нацменьшинств. По его мнению, проблема полного перехода школьного обучения на государственный язык — вполне компактная и затрагивает преимущественно три города Латвии, в которых для половины жителей язык семьи — русский.

Речь о Риге, Даугавпилсе и Резекне. Именно в этих городах проблема коснется не менее половины школ. На этом компактном проживании русскоязычных и следует сконцентрироваться и искать пути решения, в противном случае ныне предлагаемый переход школ нацменьшинств на обучение на латышском языке больше походит на профанацию и формальность, убежден директор рижской школы.  

«Такой лицемерный переход, потому что учебный план надо как-то осуществлять… Сейчас и в латышских школах наблюдаются учителя, которых берут, лишь бы он предмет знал, а уже насчет того, в каком месте он тянет гарумзимес, мы потом поговорим.

А в школах для национальных меньшинств — там просто будет… абсолютная катастрофа, потому что преподавать предмет на одинаковом абсолютно уровне на государственном языке для детей, для которых этот язык является родным, и для детей, для которых этот язык не является родным, это уже две большие разницы. Если начнутся эти массовые проверки, если государство будет требовать увольнения…

Увольнения будут происходить не по инициативе школ, они будут происходить по инициативе государства и по причине огромного стресса для учителей. Потому что учителя сами просто уйдут», — поясняет Клюкин. 

Он не скрывает, что и руководимая им Рижская Ринужская средняя школа на 100% к этому переходу не готова: «То есть на каком-то уровне мы это обеспечим. Само собой, формально мы точно это обеспечим, потому что программы уже наполовину осуществляются на латышском языке. Но это не будет то, что декларируется политически для латвийской общественности.

Потому что, когда президент говорит про сплочение и так далее… нет, это в итоге будут латышские школы для латышей, латышские школы для русских».  

На уточняющий вопрос, похоже ли это на сегрегацию, Клюкин отвечает утвердительно.

«Первыми выступят против сами латыши» 

По мнению директора Рижской Ринужской средней школы, полный переход на обучение только на государственном языке приведет к тому, что дети из семей, в которых говорят на русском, пойдут в латышские школы, хотя бы в расчете на качественный государственный язык. И это, как ни парадоксально, в первую очередь возмутит тех, для кого язык семьи — латышский.

«Уже говоря о латышских садиках, если в группе появляется критическая масса русскоязычных детей, воспитателю становится сложно контролировать языковой фон в группе. Там уже зарождается «проблема суржика». А если так же массово русскоязычные дети пойдут в латышские школы, следом в латышских школах появится этот суржик.

И, в принципе, у нас начнется разжижение в первую очередь латышской культуры, чему латышские школы, я уверен, будут противостоять, потому что это не то, чего они хотят у себя.

Я работаю в районе (Вецмилгравис. — Прим. ред.), где я не знаю, что надо сделать, чтобы найти латышскую среду для детей. Вот просто где они могут найти латышей, с кем пообщаться? У нас есть одна латышская школа, но, в принципе, на одного латыша приходится, например, четыре русскоязычных. Где они будут искать среду для общения? Скорее, русскоязычные дети будут влиять на этих латышей. (…) Но здесь политическая воля идет вразрез со здравым смыслом. И, в принципе, я думаю, что первыми, кто будет против всего происходящего, будут латышские школы, латышские педагоги и представители, наверно, латышской культурной интеллигенции».