Видео
В мире
В суд обратились два предприятия - "Pro Vape", производитель электронных сигарет под брендом "Salt", и ООО "MASS Industry". Жалобы были поданы в суд до вступления ограничений в силу.
Продавцы электронных курительных устройств оспаривали поправки к закону, которые запрещают выпуск на рынок жидкостей для электронных курительных устройств и заменителей табака, содержащих ароматизаторы, за исключением ароматизаторов, имитирующих запах или вкус табака. Также запрещено распространять на рынке табачные изделия, если в их состав входят добавки, облегчающие вдыхание или усвоение никотина, в том числе ментол, его аналоги и гераниол.
Суд объединил два заявления в одно дело и проверил, соответствуют ли поправки первым трем предложениям статьи 105 Конституции.
КС констатировал, что оспариваемые нормы представляют собой вмешательство в коммерческую деятельность истцов и тем самым ограничивает их предусмотренное Конституцией право на собственность.
Также суд отметил, что никотин является одним из самых сильных веществ, вызывающих привыкание. Согласно нескольким исследованиям, рост курения электронных сигарет в Латвии с 2020 года был значительно сильнее, чем в других государствах-членах Европейского союза, и этот рост был особенно высок среди детей и молодежи.
КС признал, что оспариваемые нормы направлены на защиту права на здоровье людей, в частности детей и молодежи, путем введения более жесткого регулирования никотиносодержащих продуктов. Следовательно, законной целью ограничения прав является защита общественного здоровья. Общественное здоровье является вопросом государственной важности, поэтому данное ограничение также служит защите общественного благосостояния.
Оспариваемые нормы снижают будущую нагрузку на систему здравоохранения и соответствующие риски заболеваний для будущих поколений, заключил суд.
Суд подчеркнул, что оспариваемые нормы обеспечивают справедливый баланс между ограничением прав на собственность и общественным здравоохранением, служа более широкой и долгосрочной цели защиты общества в целом. Таким образом, польза для общества от ограничения одного из основных прав перевешивает вред, причиненный торговцам, постановил суд.
