Опухоль печени у Киуцанса обнаружили в 2022 году – сначала назначили одни лекарства, но через год МРТ показала, что они неэффективны. Врачи заменили их на другие, тоже компенсируемые государством, но и они не помогли, и болезнь продолжала прогрессировать. В январе этого года обследование показало, что рак перешёл из второй стадии в третью. Нужно было искать альтернативу. Врачебный консилиум в заключении указал, что текущий ход болезни угрожает жизни пациента и терапия необходима для поддержания жизненных функций по витальным показаниям. Это означало новые лекарства.

«Как говорил доктор, единственная надежда – на эти лекарства. Вам нужно написать заявление в Национальную службу здравоохранения – либо они компенсируют, либо нет», – отметил Киукуцанс.

Была назначена комбинация двух препаратов – один компенсируется государством, второй стоит более 4000 евро в месяц. Требуется 12 доз. Марис обратился в NVD 10 января, попросив отправить ответ по почте.

«Служба здравоохранения тянула до последнего дня и написала ответ только 7 февраля. Прошёл месяц, мы не знали, что делать, я без лекарств. Моя дочь звонила, интересовалась, и только потом ей ответили на её электронную почту».

«Иду в любую инстанцию, требуют отказ. Письменный документ. Чтобы вообще получить рецепт. Даже чтобы купить лекарства, нужен рецепт», - жалуется Киукуцанс.

NVD отказалась компенсировать лекарства для диагноза Мариса. Основная причина – пациент уже ранее получал системную терапию для злокачественной опухоли. Марис узнал, что для рака лёгких эти лекарства компенсируются.

«Если для одного рака, например, рака лёгких, государство компенсирует, а для рака печени – нет. Как так может быть? Мы говорим о дискриминации», - отмечает он.

Хотя письма об отказе от NVD не было, хватило электронного ответа, и начали думать, как достать лекарства.

«Образно выражусь о том, что будет после января 2025 года. Человек лежит на дороге, и все проезжают и проходят мимо, а он лежит. Беспомощный, потому что у него нет лекарств, и он ждёт смерти. И тогда моя семья сказала: «Тебя обошла Национальная служба здравоохранения, обошло Министерство здравоохранения, посмотрели и уехали. А мы тебя поднимем». Они меня подняли, и я благодарен своей семье», - рассказывает мужчина.

На первые две дозы лекарств тысячи евро собрали его трое детей, он сам и друзья. На оставшиеся дозы Марис обратился в благотворительную организацию «Ziedot.lv». Для Мариса люди пожертвовали 5000 из необходимых 31 тысячи евро, а недостающую сумму покрыли из денег, собранных на прошлогоднем марафоне общественных СМИ «Dod pieci». Это как подушка безопасности для пациентов. Марис всем очень благодарен.

«Что значит рак? Образно говоря, вы отравлены очень медленным ядом. И вам нужны лекарства. Противоядие. Как мне сказала доктор: если не будет лекарств, через полгода или восемь месяцев ты пожелтеешь, ляжешь в постель. И автоматически включится счётчик, который считает, сколько дней тебе осталось жить».

Сейчас Марис принял 10 из 12 доз лекарств. «Ну, видите, как я себя чувствую», – Марис показывает на себя и улыбается, выглядит очень бодрым. Но так было не в начале года, говорит его жена Ливия.

«Если бы вы знали, каким он был после тех неэффективных лекарств, у него ведь были побочные эффекты», – признаётся Ливия. «Ещё в январе. Мой рост 1,78 м, а вес был 62 кг. Я могу показать, какие у меня были ноги, я не мог ходить», – добавляет Марис.

На оставшиеся две дозы деньги есть. Но затем последует обследование, которое покажет, улучшилась или ухудшилась ситуация. Марис допускает, что, возможно, дорогие лекарства понадобятся и дальше, но своей борьбой в суде он хочет также помочь другим добиться ясности.

Руководитель «Ziedot.lv» Рута Диманта отмечает, что в таких случаях кажется, что это как лотерея, сортировка по диагнозам. Если для конкретного диагноза есть государственная компенсация лекарств, ты выиграл, если нет – ничего не полагается, даже если лекарства признаны эффективными.

«На мой взгляд, это неравенство, несправедливость. Нет внутреннего чувства справедливости, неважно, платил ты налоги или нет, важно, какой болезнью ты заболел. И если ты заболел «неправильной» болезнью, то тебе либо обращаться в благотворительные организации, либо самому платить, если можешь, либо в отчаянии смотреть, что лекарства есть, но ты их не можешь получить. Это основные просьбы, с которыми мы работаем, где государственная компенсация отказана или индивидуальная компенсация так мала, что она не покрывает лекарства и становится бессмысленной», – рассказывает Диманта.

Директор департамента фармации VM Инесе Каупере не комментирует конкретный случай, но говорит об общих принципах.

«Государство компенсирует и старается максимально компенсировать все случаи рака, даже те, где шансы ниже. Но, конечно, когда доходит до конкретного препарата и дополнительного финансирования, то предпочтение отдают тем, у кого ничего нет. Им тоже надо помочь. Но если смотреть на диагноз и где можно добиться наилучших результатов, то, конечно, по результатам. К сожалению, так: если не можешь помочь всем».

Теперь суд решит, кто прав. Тем временем Марису уже 71 год.