«Мы лишены свободы, но зачем лишать нас и здоровья?» Тюремная медицина в Латвии — что с ней не так?

Press.lv на условиях анонимности сумел поговорить с экс-заключенными, и с сотрудниками Рижской центральной тюрьмы. Картина получается очень мрачная.

Получить таблеточку- за пачку кофе или шоколад

Петерис (имя изменено):

— Есть такая медсестра… Она вся погрязла в подношениях — все заключенные ей все время что-то несут — кто шоколадки, кто кофе. И она уже настолько привыкла к этим регулярным подаркам, что запуталась, кто и что ей давал, а кто нет, и аппетиты только растут. «Пригревает», в основном наркоманов — то есть ее прельщают слабые люди, которые буквально выпрашивают препараты, замещающие наркотики. Те, кто жалобно просит: «Ну, пожалуйста, дайте нам таблеточку!»- препарат с действием слабого наркотика, принимаются без проблем и быстро получают желаемое.  А нормальные люди, без зависимостей, которые поддерживают свою физическую форму и просят лишь измерить давление хотя бы раз в неделю (хотя врач прописал чаще), ее вообще мало волнуют: я слышу только одно — вы же здоровы, проходите мимо! Я как-то после очередного такого отпора в тот же день попросил измерить давление другого врача. И тут бац — 170!

А вот первому медику, получается, все равно. Хотя если бы я принес, например, кофе, стоимостью от 5 до 10 евро, без вопросов бы приняла и измерила. Но мы ведь здесь не финансовые магнаты. Просто некоторые медики об этом почему-то «забывают» и без подарков отказываются выполнять свою работу.

И администрация на эти поборы в карман закрывает глаза. К тому же помогает экономить тюремные деньги. Но при этом вся эта экономия на обследованиях и анализах, получается,  идет за счет нас, заключенных. Ведь государство выделяет управлению мест заключения на медицинское обслуживание какую-то сумму денег. И вот от нас поступает запрос на какие-то анализы и еще какие-то манипуляции в больнице. Все это вместе обойдется, допустим, в 200 евро. И должностные лица говорят: да ну его, лучше 200 евро сэкономим. И сколько таких «сэкономленных» 200 евро? И кто им что за это сделает? Ну, а когда тебе совсем уже капут и впору скорую вызывать, тогда уже, конечно, обратят внимание… Мы лишены свободы, но здоровья-то зачем последнего лишать?

Комментарий начальника Управления мест заключения Дмитрия Калина:

— Правда ли то, о чем рассказывает заключенный Петерис — и в медицинском отделе Рижской центральной тюрьмы есть медики, которые  «вымогают» у заключенных подношения, а принимают их в обмен на кофе или шоколад?

— В распоряжении Управления мест заключения такой информации нет.

— Как часто Управление тюрем проверяет работу медицинского отдела Рижской центральной тюрьмы? Были ли в ходе таких проверок констатированы противоправные действия кого-то из медработников?  И был ли кто-то из медиков наказан за нарушения?

— Сотрудники тюремных больниц проводят плановые проверки Медицинских отделов мест заключения в соответствии с планом, утвержденным начальником Управления мест заключения. Очередная такая проверка в Рижской Центральной тюрьме запланирована на второй квартал 2025 года. Кроме того, Латвийская тюремная больница проводит и внеплановые проверки в Медицинских частей тюрем. Последняя такая внеплановая проверка в Медицинском отделе Рижской Центральной тюрьмы проводилась  в ноябре 2024 года.

О результатах проверок — были ли в ходе них констатированы какие-то нарушения и был ли наказан кто-то из медиков, руководство Управления мест заключения умалчивает.

Мой кабинет ничем не отличается от тюремной камеры!

Сами сотрудники медицинского сектора Рижской центральной тюрьмы на условиях анонимности, согласились раскрыть некоторые факты о медицинском обслуживании в тюрьмах. Назовем одну из сотрудниц Дагнией:

— Если мне приходит 10 заявлений от одного человека, что у него болит голова, разумеется, я приму того, кто обращается все-таки с острыми жалобами — он будет в приоритете. Но что касается самого медперсонала, у нас острый дефицит работников: каждый день кто-то на больничном, кто-то в отпуске. В итоге постоянно не хватает рабочих рук. Например, я работаю без медсестры, еще приходится порой и ошибки хирурга корректировать.

При этом и условия работы самих медиков ужасные. Мой кабинет — та же камера. С решёткой. Окно открыть я не могу. Света нет. Уже два года безуспешно добиваюсь, чтобы мне выдали личную рабочую э-почту, потому что мне приходят заявления от осужденных — я очень внимательно слежу, кто чем болел, когда болел , почему болел. И все это потом уходит на мою личную почту. А Управление отвечает на все мои просьбы отказом —  нет ресурсов! Их нет ни на то, чтобы выдать мне рабочий э-мейл, ни на новое кресло, чтобы не портить спину… Да что тут говорить.

— А на лекарства выделяют деньги?

-Все, что нужно для моих больных, я в итоге получаю, но чего мне это стоит! Пока запросишь, пока согласуют, пока пришлют, уходит время. Постоянно еще и получаю упреки от начальства за то, что трачу слишком много государственных ресурсов. Медикаменты приходится буквально выбивать — это требует очень много времени и сил — эмоционально все это тяжело.

— А как с зубоврачебной помощью?

—  Насколько мне известно стоматолог у нас очень хороший.  Он, в меру своих сил, в течение пяти лет (!) старается выбить аппаратуру — новые сверла, еще что-то нужное для работы. Постоянно отказывают. Но почему на расходы администрации есть ресурсы, а на медицину в тюрьме нет?! Единственное, что выполняется — это законное требование обеспечивать  заключенным компенсируемые медикаменты:  самый дешевый аналог выписанного лекарства ты получишь.

Но вот эта система с почтовыми ящиками, куда заключенные должны просто опускать свои заявки, если нужна медицинская помощь, толком не работает! Куда эти заявления деваются, никто не знает. Все это приводит к тому, что почти каждый день заключенные приходят без всякой записи, просто проходя мимо врачебного кабинета, и просят — кто диклофенак, кто обезболивающее. У кого одно болит, у кого-то другое. 

Продолжает тюремный врач Рижской центральной тюрьмы (назовем ее Даце):

— Каждый врач сам берет заявки заключенных и далее действует на свое усмотрение  А есть у нас такая В., так вот ее запись в приемный день составляет от 7 до 9 пациентов, поскольку половину она просто выгоняет. Я же принимаю всех, — обычно у меня пять острых пациентов за день, в какой-то день у меня бывает и 20 пациентов, а в какой-то даже 30. Охрана знает — в мой кабинет в любое время могут прийти заключенные с острыми жалобами, без предварительной заявки. У меня есть фото с доказательствами, где я исправляла ошибки хирурга. Был пациент, страдающий экземой, который попросил всего лишь позволить ему получить  передачу с домашним постельным бельем от родных. Причина в том, что у него случилось обострение из-за медикаментов, которые врач выписал ему, даже не спросив, есть ли на что-то аллергия. В итоге мне пришлось вызывать неотложку и транспортировать его в Гайльэзерс. У меня есть фотографии, в каком состоянии ко мне попал пациент.

И знаете, парадокс, но начальству медчасти это не нравится! Меня постоянно упрекают в чрезмерной доброте и смотрят косо. Но уволить не могут, поскольку нет законного основания — Закон о врачебной деятельности запрещает сортировать пациентов: врач должен лечить всех без разбору. 

Также держится в страшной тайне, но процветает пышным цветом внутритюремная продажа медикаментов между заключенными. Из-за этого и введены все эти строгости. Например, заключенному выдали медикаменты для лечения, а он вместо того, чтобы их пить, решил их продать кому-то другому. Так мы выявили случай продажи галапередол, синопсина, которые, в случае приема нескольких таблеток, могут вызвать хмельное состояние. Поэтому здесь у нас нужно держать ухо востро — теперь все очень строго контролируется, — что можно, а что нельзя выписывать. Теперь даже заключенным без зависимостей нельзя покупать более дорогие лекарства — только самые дешевые аналоги. Даже за свой счет!

Комментарий начальника Управления мест заключения Дмитрия Калина:

— Что скажете на жалобы самих медиков? Вам известно, в каких условиях работают тюремные врачи? Правда ли, что окна в кабинетах с решетками на окнах и не открываются для проветривания?

— В кабинетах лечащего персонала тюрьмы, так же, как и в кабинете любого другого врача, есть как естественное, так и искусственное освещение, для использования по необходимости. На окнах тюремных медиков могут быть решетки с учетом того, что большая часть окон в местах заключения оборудована решетками — из соображений безопасности.

— Кто распределяет нагрузку между медицинским персоналом и почему одни медики принимают до30 пациентов в день, в то время как другие менее десяти?

— За распределение нагрузки между находящимися в его подчинении медиками отвечает начальник Медицинской части мест заключения. Прошу учесть, что число принимаемых пациентов не является решающим критерием при распределении нагрузки между медиками: стоит принимать во внимание общее состояние здоровья пациента, серьезность его жалобы, предположительный объем необходимого лечения и т.д

— Известны ли вам случаи, когда заключенные  торгуют между собой медикаментами , в том числе и с одурманивающим эффектом  то, о чем рассказывают тюремные медики?

— Заключенные не могут в стенах тюрьмы делать, что им заблагорассудится, их права и обязанности строго регламентированы, и они  должны соблюдать определенный порядок — а именно  правила Кабмина 423 от 30 мая 2006 года «Правила внутреннего распорядка в местах заключения». Отступать от этих правил недопустимо. Так, заключенным запрещается брать у других или передавать в чужое пользование свои личные вещи, предметы или вещества, а также покупать или принимать их от других. Такой же запрет содержат другие правила Кабмина за номером 800 «Правила распорядка следственных тюрем», от 27 ноября 2007 года. Если заключенный не соблюдает эти условия, ему могут назначить дисциплинарное наказание. Что касается употребления медикаментов, согласно  5 пункту правил 276, лекарства заключенные должны употреблять только в присутствии персонала тюрьмы, за исключением случае, когда получено особое назначение тюремного медика.

— Сами тюремные медики жалуются на нехватку средств на приобретение необходимых лекарств и медоборудования в тюрьмах. Так ли это? Сколько средств выделяется  в год на медицинские нужды?

— В 2024 году было выделено 4 615 739 евро, в том числе на Рижскую Центральную тюрьму 830 207 евро. Эти средства были выделены на обеспечение медицинских услуг, оплату работы самих медиков и медицинские услуги за пределами тюремных стен.

— А конкретнее, сколько было потрачено на лечение заключенных и закупку медикаментов, мебели и медицинского оборудования в тюрьмы? И сколько планируется выделить на это в 2025 году?

— В прошлом году на закупку медикаментов было потрачено 254 121 евро, на лечение заключенных  в тюрьмах и за их пределами  4 361 618 евро.  На поддержание медицинского оборудования  в тюрьмах потратили  33 141 евро, а на обновление медицинского оборудования в течении двух прежних лет — 377 479 евро. А в этом году в бюджет Управления заложены затраты на услуги здравоохранения  в стенах тюрьмы и за ее пределами в размере  5 012 399 евро.

***

О том, почему этих средств не хватает на оказание помощи всем нуждающимся, и каков порядок предоставления медицинских услуг в тюрьмах, а также почему заключенным приходится так долго ждать записи к врачу и важных обследований, читайте в следующем выпуске «Тюремного вестника».

Пока же только небольшой штрих к работе начальника Медчасти Рижской Центральной тюрьмы. Продолжает тюремный  медик Дагния:

— Майор дежурной части в отношении нас, медиков, допускает и моббинг, и боссинг во всех его проявлениях.  Нас никто не уважает и не слушает. Жалобы не помогают. В итоге, мы, обычные тюремные врачи, вынуждены испытывать унижения и работать практически в таких же условиях, в каких отбывают наказание заключенные. Мой кабинет ничем не отличается от тюремной камеры.

Комментарий начальника Управления мест заключения Дмитрия Калина:

-Жаловались ли вам тюремные медики — врачи и медсестры — на эмоциональное насилие со стороны начальника Медчасти Рижской Центральной тюрьмы? Что было предпринято руководством Управления мест заключения, чтобы оградить медиков от подобных нападок?

— Управление получило жалобу одного из медицинских работников Медчасти Рижской Центральной тюрьмы о возможном эмоциональном насилии со стороны коллектива и начальника Медчасти. На основании этой жалобы была проведена проверка, однако результаты этой проверки являются информацией ограниченного доступа, поэтому более детальных пояснений  предоставить не сможем.