"Кому же понравится, когда политическая игра переносится в тот сектор, где самому не нравится играть. Например, Айнар Шлесерс со своей «Латвией на первом месте» (LPV) в других геополитических условиях мог бы добиться больших успехов, но из-за скользкой позиции по вопросу войны в Украине им приходится сидеть на одной дальней скамейке запасных с росликовцами.

Пытаясь отыгрываясь от неудобного для себя вопроса Украины, LPV инициировала бросок «Стамбульской кости» на песок латвийской политической арены. Надо признать, что это им удалось блестяще. Удачный ход, хотя задумывалось что-то другое и гораздо большее.

Здесь, однако, обязательно нужно напомнить, что в политике никогда нельзя планировать дальше чем на два хода. Все последующие истории задним числом, что так и было задумано и что мистические, никогда не называемые «политтехнологи» всё это тщательно просчитали, — это чистейшая конспирология и описание политики в стиле детективов Дэна Брауна. В реальности никто не знает, куда обрушится лавина, когда в снежный покров бросят камень.

Изначальная идея LPV была проста. Используя внутренние противоречия коалиции, развалить её, свалить правительство Эвики Силини и попытаться выйти из статуса «неприкасаемых». Максимальная программа: попасть в новую коалицию и правительство. Пока, однако, ничего подобного у них не получилось и вряд ли получится. Но почему этот ход LPV нужно оценивать как успешный, если цель не достигнута?

Успешный он потому, что, хотя правительство не свалено и от снятия статуса «неприкасаемых» LPV ещё дальше, чем до Стамбула, они укрепились в своей нише «анти-либералов». В той нише, представители которой находятся в остром противостоянии с деконструкторами концепции левых идеологов Франкфуртской школы.

Попробуем реконструировать, что же на самом деле произошло в Латвии за последний месяц и какой след эти события оставили на латвийской политике.

Фракция LPV 25 сентября этого года в Сейме внесла законопроект «О выходе из... [Стамбульской конвенции]». Этот документ подписали также депутаты Национального объединения (NA) и «Объединённого списка» (AS). За передачу этого законопроекта на рассмотрение в комиссии (то есть за зелёный свет) проголосовали и депутаты ZZS, что вызвало определённые разногласия в коалиции. «Прогрессивные» настаивали, что это нарушение коалиционного договора. Премьер-министр призвала ZZS дать объяснения по такому поведению. В Сейме уже начались разговоры о де-факто падении правительства Силини.

29 сентября Силиня публично, в присутствии СМИ, отчитала министра благосостояния ZZS Рейниса Узульниекса, но его отставки не потребовала. До этого ZZS твёрдо настаивали: если нашему министру придётся уйти, то мы потребуем отставки министров и от других партий. Переговоры коалиционных партий с премьером закончились общим посланием: пока не будет утверждён бюджет, до тех пор будем работать вместе. Ожидавшийся оппозицией кризис правительства не случился.

Хотя правительство не пало и все партнёры по коалиции фактически согласились с тезисом, что «из-за Стамбула» правительству не стоит падать, напряжение сохранилось. Процесс денонсации Стамбульской конвенции шёл полным ходом. 22 октября законопроект поддержала комиссия по иностранным делам Сейма, на следующий день, 23 октября, его поддержал Сейм в первом чтении, а через неделю, 30 октября, во втором, окончательном чтении. Процесс «прогнали» с максимальной скоростью, что должно свидетельствовать о его значимости для вовлечённых сторон.

Но в какой-то момент процесс пошёл как-то не так. Уже по другим рельсам. О том, что президент Эдгар Ринкевичс вернёт законопроект в Сейм на повторное рассмотрение, не было практически никаких сомнений, поэтому это было полностью ожидаемо. Неожиданным было «спрыгивание» NA и AS, говоря на политическом жаргоне, с продвигаемого ими самими законопроекта.

По поводу AS большого удивления нет. Это ярко выраженная партия без идентичности, чья электоральная привлекательность держится на двух китах: статусе альтернативного «меньшего зла» и неутомимой активности Андриса Кулбергса. Поскольку сам Кулбергс признал, что ему «та Стамбульщина» безразлична, то это «спрыгивание» выглядит вполне логичным и неудивительным.

О NA так сказать нельзя. NA — это партия, которая всегда гордилась тем, что у неё ярко выраженная национал-консервативная идеология. Вопрос Стамбульской конвенции определённо был идеологическим. По тактическим соображениям можно отступить от некоторых второстепенных принципов. Компромиссы в политике ещё никто не отменял. Без них немыслим политический процесс, но отступить от существенного идеологического столпа идентичности — это уже слишком.

Приходится согласиться с психотерапевтом, бывшим политическим комментатором Нилом Саксом-Константиновым, который говорит: «Те, для кого денонсация этой Стамбульской конвенции была важна, теперь чувствуют себя как оставшиеся без политического тыла». Речь идёт о тех, для кого Шлесерс и Росликов неприемлемы. То, что функция политических сил — представлять определённые группы общества, чтобы те чувствовали за собой тыл, иногда забывается. Так часто повторяются фразы, что политики — это лишь узкие, ведомые эгоистичными интересами группировки, что сами политики в это поверили.

Может быть, в разговорах в Рижском замке NA (так же, как и AS) были даны намёки или даже прямо высказаны предложения, что когда-то в будущем, в определённых условиях, у них будет место в новой коалиции и новом правительстве. Очень возможно. Если так будет, то в какой-то мере этот «кувырок» NA будет оправдан, но только «в какой-то мере». Конкуренты NA без сомнения используют этот «кувырок» как доказательство политической «продажности» этой партии и идеологической непоследовательности.

Зачем нужна была подчеркнуто жёсткая позиция председателя комиссии по иностранным делам Сейма Инары Мурниеце на заседании комиссии, если через несколько дней эта «жёсткая» позиция растает, как кусок льда под летним солнцем? Если в конце концов не было желания голосовать вместе с партией Шлесерса, то, может, и не стоило вообще начинать?

Будем объективны и будем реалистами. Ясно, что до выборов ещё достаточно времени и многое может измениться. У всех партий ещё будет бесчисленное количество раз возможности себя показать и доказать. Уже сейчас в повестке дня следующий вопрос «ценностей» (обязательно в кавычках) — финансирование SIF. Здесь будет возможность «откупиться». Получится ли, это уже другой вопрос, но в любом случае у многих, кто рассчитывал на определённые силы, останется горечь".