«Для меня, безусловно, важнейшими направлениями являются работа с полицией и с другими подчиненными МВД службами, улучшение условий работы, улучшение качества работы. […] Кроме того, для меня приоритет — борьба с насилием среди населения, насилием в семье, борьба с преступлениями на почве ненависти, улучшение качества работы с политикой миграции», — сказала М. Голубева.

Насчет условий работы политик напомнила, что состояние многих полицейских участков и пожарных депо — плачевное, и это, конечно, надо исправлять.

«Но хорошие условия работы — это не только стены. Это то, как устроено делопроизводство, как устроены все процессы внутри этих служб.

И министерство сейчас работает над улучшением этих процессов —  чтобы они стали более современными, дигитальными, более эффективными, чтобы надо было меньше тратить времени на бумаги, на заполнение каких-то форм, чтобы оставалось больше времени на саму работу», — заверила она.

Но, отметила гостья «Действующих лиц», качество работы зависит не только от качества инфраструктуры, от наличия технических средств. По ее словам, до сих пор инвестиции шли в основном в «железо», а не в людей, а она хочет несколько сместить акцент — чтобы вместе с техническим оснащением развивались и программы обучения сотрудников системы внутренних дел. «Это тоже один из моих приоритетов», — сообщила М. Голубева.

Отвечая же на вопрос, готова ли она биться за финансирование для восстановления Полицейской академии, министр заявила, что проблема упирается не только в финансирование, но и в понимание, кого и как вообще надо обучать для работы в структурах МВД.

«Нам нужна очень четкая концепция, как именно мы хотим улучшать образование и профессиональную подготовку полицейских, следователей, других профессионалов внутренних дел.
Я вижу большую проблему в том, что нынешняя концепция пока больше направлена на восстановление того, что было.

На мой взгляд, нам надо создать нечто новое — систему, которая соответствует современному представлению о том, что нужно постоянно повышать свою квалификацию, что это не так: один раз выучился, в лучшем случае получил степень магистра — а потом всю жизнь работаешь. Так уже ни в одной сфере не может быть: сейчас нужно постоянно учиться, постоянно улучшать свои навыки», — сказала она.

Министр надеется, что за лето концепцию развития профильного образования удастся переработать, а заодно определить какие-то реальные результаты: когда можно будет увидеть первые сдвиги в этой сфере и какие.

Ранее Голубева обещала уделить особое внимание образованию и повышению квалификации полицейских кадров.

Насчет коррупции в полиции министр констатировала: она есть. И отчасти это связано с тем, что карьера в полиции не настолько привлекательна, чтобы люди в системе воздерживались от незаконных действий не только из-за страха наказания, но и из-за страха вылететь с этой работы.

«Это не только зарплаты. Конечно, зарплаты важный фактор: пока в других областях госсектора и в Вооруженных силах зарплаты на соответствующих уровнях значительно выше. Это не очень хорошо.
Но есть ещё другие аспекты. Например, то же самое бюрократическое бремя на многих должностях, необходимость заполнять какие-то формы, не до конца видя смысл в этом.

Все эти вещи делают эту работу рутинной и мешают людям видеть в ней какой-то более глубокий смысл: что вот — день прошёл не зря, многое сделано. Я думаю, над этим тоже надо работать, потому что от этого тоже зависит нежелание потерять свое место», — считает политик.

Говоря о другом своем приоритете, борьбе с домашним насилием, Мария Голубева признала:

«В Латвии домашнее насилие возросло во время пандемии, когда люди в основном находились дома, и тем, кто страдает от домашнего насилия, зачастую было некуда податься, некуда спрятаться. Это проблема. Мы уже довольно много сделали, но нужно делать больше».

Она считает, что регулирующая эту сферу нормативная база еще требует доработки — например, для решения ситуаций, когда жертва насилия из страха не подает заявление.

Надо ли Латвии для более эффективной борьбы с домашним насилием ратифицировать Стамбульскую конвенцию?

«Конвенцию, я считаю, нам безусловно надо ратифицировать! Бояться ратификации довольно глупо: она не изменит ничего в других областях законодательства, исключительно в этой сфере — в борьбе с домашним насилием, насилием на гендерной основе. Я думаю, что это серьезный вопрос, многие женщины страдают», — заявила министр.