Михайлов из семьи закаленных большевиков, воевавших на фронтах Гражданской войны. В мирное время отец стал председателем Сокольнического райисполкома Москвы, затем возглавил строительство Ярославского резино–асбестового комбината. Мама работала завсектором отдела пропаганды и агитации в Московском обкоме партии. Сталинская машина прошлась по родителям — обоих арестовали в 1938 году. Мать получила пятнадцать лет, отец через год был отпущен. Но здоровье нельзя было вернуть — в 1944–м он умер.

В начале войны 11–летний Володя отправляется в эвакуацию: Муром, Новосибирск. В 1945 году переезжает в Ригу — там жили родные по линии отца. В Риге заканчивает школу, идет на производство — помощником мастера по вязальным машинам Рижской чулочной фабрики. Потом поступает на юридический факультет Латвийского университета. На втором курсе идет работать техническим секретарем районной прокуратуры и переходит на заочное отделение.

Через полгода ему предлагают новые должности на выбор: помощника прокурора в одном из уездов или народного следователя. Выбирает профессию сыщика. Но карьера Шерлока Холмса закончилась через полгода — пришла повестка в армию. Попадает в Белорусский военный округ — в пулеметную роту. И вот тут начинает писать — его берут в редакцию дивизионной газеты.

После службы окончательно выбирает журналистику. Первое гражданское издание — сатирический журнал "Дадзис". В мае 1963–го он уже главный редактор самой острой по тем временам латышской газеты Literatūra un māksla. Скажете, отличная карьера для функционера от журналистики? Вовсе нет. В 1966–м Михайлова снимают "за вольнодумство", и он уходит на вольные хлеба.

Через несколько лет попадает в сценарно–редакционную коллегию Рижской киностудии, в которой, по его словам, промучился три года. А самую большую известность в журналистике он приобрел, когда возглавил журнал "Даугава". Под его началом за 2 года из безликого республиканского ежемесячника "Даугава" превратилась в журнал, приобретший всесоюзную известность. Появилась там и рубрика фантастики, начатая повестью Г. Гуревича.

Там была напечатана крамольная по тем временам повесть братьев Стругацких "Гадкие лебеди". Михайлов так и не научился прислушиваться к "руководящим указаниям" чиновников от литературы, и в 1987 году его снимают. Это было последнее штатное место Владимира Михайлова. С того времени он занимается только писательством.

Атмода, когда с пеной у рта начали свергать все советское, а потом русское, для Михайлова не прошла бесследно. Точнее, он сам не захотел быть мишенью для выпадов отмороженных латышских хунвейбинов и уехал в Москву. Вместе с женой — журналисткой, литератором Еленой Михайловой. Это было в 1988 году.

Первую фантастическую повесть Владимир Дмитриевич, по его признанию, решил написать в семь лет, а в девять, прочитав книгу Адамова "Победители недр", начал писать роман. Потом был коротенький рассказ, на который вдохновили книги Александра Грина. С шестнадцати лет пишет стихи. Как поэт дебютировал в мае 1948 года в газете "Советская молодежь". Прозу же начал писать с конца пятидесятых.

Это были три рассказа о сельской жизни, и один из них был напечатан в районной газете, затем перепечатан другими районами, а позднее появился в альманахе "Парус". Другой рассказ несколько позже появился в рижском журнале "Звайгзне", ну а третий так и остался на бумаге. После этого Михайлов переключился на сатиру, и вскоре его начали постоянно публиковать в юмористическом издании "Дадзис". В фантастику же он пришел по чистой случайности.

"Знакомые литераторы издавали альманах на русском языке, — вспоминал писатель. — Чтобы привлечь читателя, им хотелось иметь в альманахе что–нибудь фантастическое. Ну, если есть заказ… Я писал с удовольствием. Сначала рассказ. Рассказ перерос в повесть. Повесть напечатали. Это была грань 50–60–х годов. Может быть, потому, что напечатали меня легко, без правки и сокращений, я решил фантастику не оставлять и на реалистическую прозу некоторое время не отвлекаться". Не отвлекался он до конца дней, за исключением романа "Один на дороге".