Будущее Латвии – это отличная тема. Но поскольку мы маленькие, нам нужно вникать в общие тенденции. Американцы потихоньку собирают все у себя в Соединенных Штатах. Европейцы сейчас в прострации. А Рига – это место, которое от всей этой неопределенности может только выиграть. Если убрать антироссийскую риторику, то все мелкие глупости исчезнут.

Но никто не понимает, что происходит в России. А в России происходит очень много интересных процессов. Например, сейчас будет всего лишь год, как Путин снова стал президентом. Только год – 365 дней. И за этот год они полностью изменили структуру экономических, как бы это сказать, принципов развития страны.

Они отказались от привычной схемы регулирования. Они сказали: у нас будет другая концепция, мы будем заниматься национальными проектами. Путин в своем докладе обозначил 12 национальных проектов.

Я ясно понимаю, что это принципиально иной организационный, управленческий конструкт, который действительно позволит России развиваться без оглядки на новые условия.

- Но меня это настораживает – тут ведь нужны координация и контроль…

- Поэтому на эти национальные проекты выделены отдельные деньги, не связанные с текущим бюджетом. Вот, мол, мы собрали налоги, и у нас есть какие-то проекты… Россия уже поняла, что ради развития собственной инфраструктуры она может заниматься самостоятельной эмиссией.

Несмотря на Вашингтонский консенсус, Россия начала эмитировать деньги под проекты, но не как в Советском Союзе, где все растворялось. А с достаточно четким пониманием: на уровне вице-премьеров, что есть ответственные люди по направлениям, а министерства становятся администраторами проектов.

В этих проектах участвуют только те, кто хочет и умеет работать. И никаких бюджетных вливаний. Вместо этого что ты хочешь предложить? Часть финансирования твоя (региональная, областная, городская), а мы (федеральные структуры) можем поддержать – у нас есть свои ресурсы.

- Но Россия все-таки очень сложная страна. Хотя бы по своему региональному устройству…

- Поэтому там очень жестко контролируют все федеральные деньги. А финансирование национальных проектов замыкается лично на вице-премьерах. Вот этот новый принцип организации управления финансами и схема с национальными проектами говорят о том, что Россия очень быстро рванет.

И это не Евросоюз со своими долгими согласованиями. В эти 12 национальных проектов они реально вкладывают ресурсы. И это другой принцип управления большой страной.

- Какова в этом роль президента Путина? Читать приходится самое противоположное. В том числе и о том, что он не в силах справиться с нестыковками даже в ближнем кругу власти.

- Однако обратите внимание на реакцию достаточно молодых людей на его выступление на Арктическом форуме. Приехали президент Финляндии, премьер Швеции, премьер Норвегии, премьер Исландии… Это все происходило на уровне первых лиц, и они говорили достаточно серьезно. Мол, что бы там ни происходило, Арктика – это то место, где мы живем. И я знаю, что в Российской Федерации выросла новая генерация менеджеров, которые это все понимают.

Да, у них куча проблем. Думаю, есть и нестыковки и нет координации, но я увидел совершенно другой принцип организации системы. Они тихо и спокойно делают свое дело.

Все стремительно меняется. И я почти уверен, что в России это видят и об этом думают. Сейчас там другая система управления всем хозяйством. И в первую очередь меняется система образования.

Да, понятно, что там есть свои проблемы, но это уже не наши бюрократы, которые передвигают бумажки и ничего не понимают…

- Какую роль в налаживании отношений могла бы сыграть политика Латвии?

- Смотрите исторически: от немецкого феодализма латышей спасли, с одной стороны, младолатыши, которые учились в Москве, а с другой, извините, - русские, основатели славянофильства. Письма того же Самарина спасли очень многое, что было связано с немецким беспределом.

И когда провозглашали Первую республику во втором Рижском русском театре, подавляющее большинство присутствующих были выпускниками Московского и Петербургского университетов. Немцы, евреи, русские, латыши…

Поэтому тут имеются две возможности: либо оставаться задворками Европы, либо же быть форпостом новой Евразии, куда входили бы и Китай, и Казахстан, и Узбекистан… Кстати, Юго-Восточная Азия войдет с удовольствием.

- Значит, мы должны для этой задачи собирать ресурсы…

- Представляется, что идут большая игра и торг. Политический, властный торг… Потому что англичане явно уже играют не в свою игру. Например, они сыграли с Ассанжем по наводке американцев. К сожалению, народ стал еще более глупым, чем был раньше, и сейчас все равно не поймет, что происходит…

- Оболваненный народ…

- Оболваненный. И смотрите на этот интересный водораздел: либо быть в хвосте англо-саксонского мира (поскольку американцы здесь все-таки основные игроки), либо встать в авангарде нарождающегося евразийского мира.

- Для меня второй вариант более приемлемый.

- Конечно. И место здесь шикарное. Это самый большой ресурс Латвии. А для Риги это вообще было бы выходом. Потому что, извините, с почти миллиона жителей дойти за 30 лет до 650 тысяч населения – это катастрофа. Это депопуляция. Мы упали и будем падать, ведь бизнеса здесь, к сожалению, нет.

- А кто может подняться на данном глобальном уровне? Китай, Юго-Восточная Азия…

- Все думали, что Европа поднимется, когда объединится. Не очень-то получается. Америка – тоже не очень. Да, все ждали Юго-Восточную Азию. Но у нее свои, другие интересы. Китай – сейчас сильная страна, но у него также свои интересы, и он не кровожаден.

Все с удовольствием придут туда, где их будут ждать, сделают льготные и удобные условия для бизнеса. Ослабят налоговое бремя, откроют границы для квалифицированных тружеников и, конечно, изменят языковую политику. Как это ни странно, Латвия все это может сделать сама. Своими силами. Было бы желание… Если этого не сделать сейчас, то очень скоро наступят еще большая депопуляция и бесславное прозябание на задворках истории.

Виктор АВОТИНЬШ