«Вакцина от убийств»? В Израиле спорят о возвращении смертной казни

Но после нападений ХАМАС 7 октября 2023 года — самого кровавого дня в истории Израиля — политики стали продвигать новый спорный закон о смертной казни, направленный против палестинцев, осужденных за смертельные террористические акты.

«Это еще один кирпич в стене нашей обороны, — поясняет Би-би-си Цвика Фогель из ультраправой партии „Оцма Йехудит“, глава парламентского комитета по национальной безопасности. — Возвращение смертной казни — это самое моральное, самое еврейское и самое достойное, что можно сделать».

Правозащитники считают законопроект «одним из самых экстремистских» в истории Израиля. Документ, по их мнению, неэтичен и может привести к «смертной казни по расовому признаку», поскольку, по замыслу, она будет применяться только к палестинцам.

Законопроект вызвал горячие споры в парламенте. В обсуждении участвовали раввины, врачи, юристы и представители спецслужб. Родственники погибших при нападении ХАМАС 7 октября 2023 года и в последующей войне в Газе выступили как за, так и против законопроекта.

«Я считаю, что только 10 или 20% закона направлено на обеспечение справедливости, а остальное — на сдерживание и предотвращение», — говорит скорбящая мать Валентина Гусак, поддерживающая законопроект.

Обращаясь к комитету по национальной безопасности, она держала в руках фотографию своей 21-летней дочери Маргариты, которая хотела пойти по стопам своих родителей и изучать медицину. Маргарита и ее бойфренд, Симон Вигдергаус, были убиты во время атаки на музыкальный фестиваль Nova 7 октября 2023 года.

«Это профилактика — так это называют в медицине, — говорит Гусак о возвращении смертной казни, которая, по ее мнению, могла бы спасти ее дочь. — Это вакцина от следующего убийства, и мы должны обеспечить будущее наших детей».

Сейчас смертная казнь в Израиле может быть назначена за некоторые преступления. Однако в тех редких случаях, когда военные суды приговаривали осужденных террористов или боевиков к смерти, после апелляций эти приговоры смягчались до пожизненного заключения.

Дело Адольфа Эйхмана — исключение. Оберштурмбаннфюрер СС был архитектором Холокоста. В 1960 году агенты израильской разведки похитили его в Аргентине и вывезли в Израиль, где его ожидал длительный открытый судебный процесс. Эйхман был казнен в 1962 году.

Единственный случай приведения в исполнение смертного приговора до этого — это дело капитана Армии обороны Меира Тувианского. Он был приговорен к смертной казни военным судом за измену в июне 1948 года (и расстрелян через несколько минут после вынесения приговора) — вскоре после создания Государства Израиль. Спустя год он был посмертно реабилитирован.

Противники смертной казни аргументируют свою позицию религиозными убеждениями, соображениями этики и правовыми основаниями. По их мнению, смертная казнь противоречит иудейскому праву, нарушает право на жизнь и создает риск казни невиновных людей.

Израильские правозащитники также обращают внимание на то, что законопроект усугубит дискриминацию, поскольку он направлен на палестинцев, осужденных за терроризм, а не на евреев.

«Сам факт того, что мы опять обсуждаем возвращение [смертной казни] в правовое поле в Израиле — это само по себе низшая точка», — говорит Таль Штайнер, исполнительная директор израильского НКО HaMoked.

«Кроме того, закон по замыслу расистский — он должен применяться только к палестинцам, а не к евреям, и только к тем, кто убивает граждан Израиля, а не, например, к гражданам Израиля, которые убивают палестинцев. Мотивация очевидна», — добавляет она.

Заявленная цель законопроекта — защита Израиля, «его граждан и жителей», «усиление сдерживания врага» и снижение стимулов «к похищению людей или захвату заложников ради переговоров об освобождении террористов», а также «обеспечение наказания» за преступные деяния.

Законопроект предполагает, что обязательные смертные приговоры будут применяться в израильских военных судах, которые исключительно рассматривают дела палестинцев с оккупированного Западного берега. После обязательной апелляции на приговор, если его оставят в силе, осужденные за смертельные террористические нападения должны будут быть повешены в течение 90 дней.

Документ также позволяет выносить и приводить в исполнение смертный приговор и в обычных израильских судах, но там он не будет обязательным.

Попытки ввести смертную казнь за террористические акты были и раньше, но против этого выступали службы безопасности. По их мнению, смертная казнь лишь усилила бы напряжение и не стала бы эффективной мерой сдерживания.

И без нового закона значительная часть палестинцев, совершающих смертоносные нападения на израильтян, погибает прямо в ходе таких нападений — от действий силовиков или вооруженных гражданских.

Цвика Фогель из ультраправой партии «Оцма Йехудит», которая внесла законопроект о смертной казни, настаивает, что нынешние главы израильских служб безопасности поддерживают его. Он отвергает идею, что закон несправедлив.

«Давайте будем точными, мой законопроект говорит о террористах и террористических актах, тут нет никакой дискриминации. Определение очень четкое, — говорит он. — Действительно, я не считаю, что существуют еврейские террористы или еврейские теракты. Это юридическое определение. Ничего больше».

«Оцма Йехудит» внесла законопроект о смертной казни еще в начале 2023 года. После атак 7 октября рассмотрение документа было приостановлено, так как службы безопасности опасались, что он может поставить под угрозу возвращение заложников (как живых, так и погибших), которые удерживались в Газе палестинскими вооруженными группировками.

В 2025 году лидер партии и министр национальной безопасности Израиля Итамар Бен-Гвир был одним из немногих министров, проголосовавших против перемирия в Газе, заключенного при посредничестве США. В рамках договоренности оставшиеся заложники вернулись в обмен на почти 2 тыс. палестинских заключенных. Около 250 из них были приговорены к длительному или пожизненному заключению, в основном за убийства израильтян. Бен-Гвир говорил, что он против любых соглашений, касающихся заложников.

«Оцма Йехудит» затем пригрозила покинуть правящую коалицию, если законопроект о смертной казни не будет выставлен на голосование. В ноябре, когда документ был принят в первом из трех чтений (за — 39 голосов, против — 16, всего в Кнессете 120 мест), Бен-Гвир раздал депутатам сладости.

Его партия настаивает, что смертная казнь сделает менее привлекательным захват заложников и предотвратит спорные обмены заключенными. Депутаты от «Оцма Йехудит» стали носить значок в виде золотой петли.

«Больше не будет освобождения заключенных, — говорит Цвика Фогель. — Если заключенный совершил убийство, он будет казнен, так что он не будет предметом сделки. Это предотвратит захват заложников для использования в качестве разменной монеты».

Лимор Сон Хар-Мелех, тоже член «Оцма Йехудит», рассказала в парламенте историю своей жизни. В 2003 году, когда она вместе с мужем жила в поселении на Западном берегу реки Иордан и была на седьмом месяце беременности, их атаковали вооруженные палестинцы, пока они были в машине. Ее муж был убит, а она сама ранена, что привело к экстренному кесареву сечению.

Один из убийц ее мужа, говорит Сон Хар-Мелех, был освобожден в рамках одной из предыдущих сделок в обмен на израильского солдата, которого удерживали в Газе. По ее словам, затем он был во главе еще одного смертельного нападения на израильтянина и принял участие в атаках 7 октября. В итоге он был убит в ходе войны в Газе.

Около 1200 человек были убиты 7 октября 2023 года, когда боевики ХАМАС напали на Израиль. За этим последовала самая кровопролитная война в Газе. По оценке Министерства здравоохранения, подконтрольного ХАМАС, более 71 тысячи палестинцев были убиты в ходе конфликта.

Многие замечают, что настроения в израильском обществе сместились в пользу более драконовских наказаний. Однако Аида Тума-Сулейман, арабо-израильская депутатка от оппозиционной партии «ХАДАШ», говорит, что законодатели должны проявлять осторожность в своей реакции.

«Он подпитывает жажду возмездия и гнев, которые есть в обществе, — говорит она о Бен-Гвире. — Но нельзя основывать законодательство и правосудие на инстинктах возмездия».

Тума-Сулейман принципиально против смертной казни. Кроме того, по ее мнению, законопроект противоречит международному праву и договорам, подписанным Израилем в прошлом. Если документ будет принят после еще двух чтений, Верховный суд отменит его, считает она.

Тем не менее, принятие законопроекта будет важным политическим фактором для «Оцма Йехудит» в год выборов. Партия, входящая в правящую коалицию, последовательно пытается ограничить судебную власть.

«Для Бен-Гвира и его партии поддержка такого закона — это беспроигрышный сценарий, — говорит Тума-Сулейман. — Если закон будет принят, это будет как раз для их избирателей. Я уверена, что если ему удастся провести закон, Верховный суд попросит Кнессет отменить его. Тогда он [Бен-Гвир] вместе с другими политиками правого крыла сможет говорить: „Смотрите, они хотят управлять страной, хотя выбрали нас!“».

Бен-Гвир публиковал в социальных сетях видео, снятые в израильских тюрьмах. В них он позирует со связанными заключенными с повязками на глазах, по его словам, членами военного крыла ХАМАС, участвовавшими в нападении 7 октября. Он кичится тем, что они получают «самый минимум в плане условий».

Согласно недавней статье, опубликованной на израильском новостном сайте Walla, за последние два с половиной года рекордное число — 110 — палестинцев умерли в заключении.

Комитет ООН против пыток в конце прошлого года выразил обеспокоенность сообщениями о «де-факто государственной политике организованных и широкораспространенных пыток и жестокого обращения» с палестинцами в тюрьмах Израиля. В комитете говорят, что подобные сообщения стали намного более частыми после нападения 2023 года. Израиль отрицал эти обвинения.

Пока законопроект о смертной казни находится на рассмотрении, другой комитет в парламенте разрабатывает отдельный закон о специальном военном трибунале для заключенных из военного крыла ХАМАС.

Ожидается, что им предъявят обвинения в военных преступлениях и преступлениях против человечности — в том же обвинили и Эйхмана 60 лет назад. Осужденным может грозить смертная казнь.

Пока многие страны по всему миру упраздняют смертную казнь, Израиль делает шаги в противоположном направлении.