Это было бы плохой идеей в любом месте, но особенно плохой — в центре польской столицы.

УПА была сформирована в начале 1940-х годов для борьбы с нацистами и советскими войсками. В то же время она преследовала поляков, проживавших на польско-украинской границе. В своей авторитетной книге «Игровая площадка Бога: история Польши» Норман Дэвис пишет о том, как украинские националисты «воспользовались возможностью... чтобы уничтожить поляков»:

"Вооруженные банды обходили города и деревни, обычно ночью, сжигая польские дома, безжалостно убивая польских мужчин, женщин и детей, убивая католических священников, заставляя оставшихся бежать и терроризируя всех непокорных украинцев".

Оценка Дэвисром числа жертв «в сотни тысяч» спорна, но десятки тысяч жертв были действительно задокументированы. Даже основатель УПА был потрясен массовыми убийствами. В своей статье «Организация украинских националистов и Украинская повстанческая армия: нежелательные элементы проекта идентичности» историк Джон-Пол Химка цитирует украинского националистического лидера Тараса Бульбу-Боровец, который сказал:

«К своему позору, «топористы» забивают и вешают беззащитных женщин и детей... Мы должны учитывать, что Англия обязательно выиграет эту войну и будет рассматривать этих «топористов», линчевателей и поджигателей как агентов, служащих гитлеровскому каннибализму, а не как честных борцов за свободу, не как государственных деятелей.

Жена Бульбы-Боровец была убита ещё более радикальными украинскими националистами. Эти боевики, Организация украинских националистов (ОУН), возглавлялись Степаном Бандерой. В 1930-х годах, на фоне споров о польских и украинских территориях, Бандера был заключен в тюрьму за участие в убийстве польского министра внутренних дел Бронислава Пьерацкого. «Миллионы жертв [должны были] быть принесены в жертву» ради украинского дела, заявил Бандера.

Во время войны Бандера сотрудничал с нацистами для достижения своих целей, а ОУН провозгласила, что Гитлер «создает новый порядок в Европе», после чего посвятила себя борьбе за «суверенное и единое государство и новый порядок во всем мире». Хотя его участие в зверствах было ограничено тем, что осторожные нацисты взяли его под стражу, они в значительной степени осуществлялись в духе его «национальной революции». Он никогда не осуждал их.

Тем не менее, многие украинцы по-прежнему прославляют Бандеру и его людей. В их честь проходят марши, где размахивают их флагами. Это вызывает понятное возмущение в Польше. Польские политики протестовали, когда Бандеру чествовали в украинском парламенте, а также, что, пожалуй, еще более оскорбительно, когда флаг УПА украсил автомобили, предоставленные поляками.

Подобные споры разгорелись и внутри Польши, еще до концерта Макса Коржа. В 2022 году польские полицейские сняли флаг УПА с балкона во Вроцлаве. Он якобы был вывешен там украинским мигрантом. В прошлом месяце мемориал жертвам массовых убийств УПА, установленный в польском селе Домостава, был осквернен изображением флага УПА, виновные пока не найдены.

Усугубляет недовольство поляков особый упорство украинских властей в вопросе разрешения эксгумации польских могил на Украине. Конечно, решение украинских властей разрешить польским археологам начать эксгумацию могил под Львовом весной этого года было долгожданным шагом вперед.

Было бы по детски наивно не понимать, почему украинцам может быть трудно принять критику в адрес людей, которые сражались и погибли за свою страну. Было бы также мелочно не понимать, почему украинцам может быть трудно думать о людях, погибших во Второй мировой войне, в то время как их соотечественники гибнут сегодня. Наконец, крайне оппортунистично со стороны Владимира Путина использовать призрак «бандеровцев» для оправдания своего вторжения, когда он занимается собственным ревизионизмом Второй мировой войны — и когда его солдаты совершают военные преступления.

Но то, что мы в некоторой степени можем понять ошибку многих украинцев, прославляющих УПА, ни в коем случае не означает, что эта ошибка не является ошибкой. Самое главное, что это моральная ошибка — затуманивание огромной и систематической несправедливости во имя собственной цели. Кроме того, это практическая ошибка. Польша была в авангарде поддержки украинцев — военной и гуманитарной. Прославлять убийц их предков — хороший способ усугубить недавнее снижение поддержки.

Было бы ужасно постыдно, если бы самодовольство меньшинства самых упрямых или ограниченных украинских националистов разорвало связи между народами, оба которых столкнулись с таким ужасным угнетением. Конечно, украинцам, наверное, трудно обращаться к своему прошлому, сталкиваясь с такими опасностями в настоящем. Но это не оправдывает размахивание символами убийц перед лицами потомков их жертв".